Перейти к материалам
истории

«Бог есть, ее зовут Петруния»: в Берлине показали феминистскую комедию об оскорблении чувств верующих

Meduza
sistersandbrothermitevski / Berlin International Film Festival

На Берлинском кинофестивале показали фильм македонского режиссера Теоны Стругар Митевски «Бог есть, ее зовут Петруния». Это основанная на реальных событиях комедия о девушке, которой удается победить в традиционно мужских соревнованиях, устроенных в честь религиозного праздника, но победа оборачивается для нее множеством проблем. Кинокритик «Медузы» Антон Долин рассказывает, как македонская картина исследует важную для России тему оскорбления чувств верующих и нарушения многовековых укладов.

Подъем и расцвет кинематографий постсоциалистических стран в последние годы не менее знаменателен, чем тот факт, что российские зрители, как правило, ничего об этом подъеме не знают. Такое высокомерие свойственно тем, кто привык считать себя «старшим братом» для всяких румыний, болгарий и югославий. Хотя многие новейшие картины из бывших стран просоветского блока удивляют прежде всего тем, как отважно, бескомпромиссно и остроумно их авторы препарируют травмы, которых мы боимся коснуться. 

Взять хоть Теону Стругар Митевску, признанного лидера современного македонского кино, лауреата Роттердама, участницу Канн и Берлина. Ее новая лента с причудливым названием «Бог есть, ее зовут Петруния» — блестящее киноисследование загадочного феномена под названием «оскорбление чувств верующих». У нас его по касательной затронул только Кирилл Серебренников в «Ученике». А Митевска, можно сказать, закрыла вопрос своей исчерпывающей картиной. 

Фильм основан на реальном случае. Несколько лет назад в городе Штип на востоке Македонии случился скандал. По традиции в январе там проводится ежегодное религиозное шествие, которое заканчивается на мосту. С молитвами в реку сбрасывают крест. Десятки ныряльщиков соревнуются за возможность его выловить: кто поймает крест, тому целый год будет улыбаться удача. И вот однажды крест достался женщине. Важная деталь в том, что женщины к состязанию допущены не были. Почему? Таковы правила, так повелось испокон веков. Бунтарку поймали и допросили, попытались уговорить сдать крест обратно. Она отказалась, ее чуть не линчевали. А потом она уехала из родного города и поселилась в Лондоне, где живет до сих пор. 

sistersandbrothermitevski / Berlin International Film Festival

Это и стало отправной точкой для Митевски, которая придумала героине целую биографию и новое имя — Петруния. Кстати, так звали древнеримскую мученицу, которую уморили голодом, чтобы не дать ей лишиться девственности. Патриархат бессмертен. Если его, конечно, не похоронят бунтарки вроде Митевски и ее Петрунии, потрясающе сыгранной комедийной театральной актрисой из Скопье Зорицей Нушевой. 

Петруния не вписывается ни в какие рамки. Не красавица, не элегантна, не худощава, уже не юна (32 года) и безработна. Отучилась на историческом факультете и не хочет идти в официантки или секретарши, сколько мать ее ни уговаривает. Еще и нрав у нее строптивый. На авансы потенциального работодателя — менеджера швейной фабрики, единственного мужчины среди десятков покорных женщин, — благосклонно отвечать не намерена. Рот на замке не держит. Кому такая нужна? В отчаянии Петруния прыгает в ледяную воду, ведомая загадочным импульсом. И выныривает с приносящим счастье крестом, будто знаком свыше. Бог помог? А может, наказал? Впрочем, мы так и не узнаем, верит ли Петруния в бога. На личные вопросы она отвечать не намерена. 

Сначала Петрунию атакует толпа разъяренных голых мужчин, которые требуют свой крест обратно (здесь без лишних комментариев отчетливо понимаешь, что для них это важный фаллический символ), потом — собственная мать. Затем возмутительницу спокойствия берут под стражу и, хотя официально арестовывать ее не за что, отпускать не желают. Вскоре это становится опасным: на улице собирается митинг — из одних мужчин. 

Петруния отмалчивается, но не сдается. Чем больше препятствий, тем она упрямее. Свой крест она намерена нести сама, ни с кем не делясь. На ее стороне только двое — Дарко, тихий молодой секретарь полицейского участка, завидующий ее отваге, и крикливая журналистка-телевизионщица Славица, которая надеется на сенсацию. Ее тоже бросают все, от потерявшего интерес к делу начальства до собственного оператора, рвущегося обратно в столицу на футбольный матч. А бывший муж опять опоздал и не забрал дочь из детского сада. Но Славица (роль которой играет родная сестра режиссера и продюсер фильма Лабина Митевска) продолжает по-своему воевать с патриархатом. 

sistersandbrothermitevski / Berlin International Film Festival

Режиссер (здесь точнее будет написать «режиссерка») не просто феминистка: она утверждает, что любая женщина в здравом уме — феминистка, даже если сама считает иначе. Неслучайно в титрах сплошь женские имена: сценаристка Элма Татараджич, операторка Виржини Сен Мартен, монтажерка Мари-Элен Дозо, а за звук отвечает Ингрид Симон. Только художник-постановщик здесь мужчина — Вук Митевски, брат постановщицы. Однако в самом фильме все не так просто. Умозрительная борьба журналистки с системой бессмысленна и даже смешна. А вот интуитивное сопротивление Петрунии, напротив, быстро теряет комические черты, а героиня становится похожа на современную мученицу. Ее сопротивление — не только женское. Ее призовой крест — для всех, кто не может найти работу по специальности, добиться уважения от окружающих, завоевать право на выбор своей судьбы. Хотя подано это по-прежнему иронично, без намека на пафос. 

Жанр картины можно определить как «тихий гротеск». Атмосфера домашнего, привычного нам всем абсурда передана без преувеличений, с будничной интонацией. Здесь исследуется тончайшая грань между тем, что незаконно, и тем, что «не принято». За нарушение закона таинственная славянская душа не осудит. А вот против традиций идти не смей. Уклад — самое важное, он важнее человечности, веры, самого господа бога. Его и готовы защищать с оружием в руках оскорбленные верующие, которых лучше не спрашивать, во что они веруют. 

Многое роднит «Бог есть, ее имя Петруния» с румынским кино (своего рода культовым; недавно на фестивале «Искусства кино» в Москве, например, мы с аншлагами показали несколько лучших фильмов «новой румынской волны») с его любовью к правовой казуистике и стычками сакрального с профанным — вспоминаются «Полицейский, прилагательное» Корнелиу Порумбою, «За холмами» Кристиана Мунджиу и «Сьераневада» Кристи Пуйю, одним из продюсеров которого была как раз Митевска. Ее собственная картина, впрочем, прямолинейнее и простодушнее. Но в то же время эмоциональнее и трогательнее.

Этот фильм — из тех, что пытаются изменить мир. Хотя он и сам не стоит на месте. По словам Митевски, в этом году на таком же соревновании в Сербии крест снова выловила женщина. Ее чествовали и поздравляли всей деревней. 

Антон Долин