Перейти к материалам
истории

Выходит «Т-34»: блокбастер про Великую Отечественную войну от режиссера «Бригады» — без Сталина и идеологии

Meduza
«Централ Партнершип»

В прокат выходит «Т-34» — фильм режиссера «Бригады» и «Боя с тенью» Алексея Сидорова про танкистов, устраивающих побег из концлагеря на танках. Главные роли в картине сыграли Александр Петров, Виктор Добронравов и Ирина Старшенбаум. Кинокритик «Медузы» Антон Долин считает, что эта лента о Великой Отечественной войне удачно обошлась без патриотической пропаганды, но не избежала сюжетных штампов.

Фильмы, как правило, завершаются списком благодарностей. Эту статью с такого списка хочется начать.

Спасибо авторам за то, что сделали высокобюджетный военный блокбастер, почти очистив его от пропагандистской и идеологической составляющей. Возможно, при его описании даже можно будет обойтись без слова «патриотический». И слово «Сталин» здесь упоминается лишь однажды, да и то в шуточном контексте. Редкость в наше время.

Спасибо, что постарались сделать честную развлекательную жанровую картину — хотя, как показал опыт «Сталинграда», многим зрителям до сих пор кажется кощунственным совмещение голливудского подхода с темой Великой Отечественной войны. Впрочем, судя по кассовым сборам, они в меньшинстве.

Спасибо, что не делают вид, будто «Т-34» — картина по реальным событиям, хотя документальная основа у нее все-таки есть, а один из российских продюсеров после премьеры рассказал историю своего отца-ветерана, в деталях совпадающую с частью сюжета фильма. Тем не менее, в своей основе «Т-34» — чистая фантазия, адаптированная для тинейджеров. Это, если что, комплимент.

Теперь перейдем к проблемам. 

Идея «„Форсажа“ на танках» звучит соблазнительно в теории, но на практике трудноосуществима. Фильм, как и его центральный герой — танк Т-34 — достаточно тяжеловесен, местами однообразен и утомителен. Особенно если ты обычный смертный, зашедший в кино развлечься, а не действительный член военно-исторического общества.

Трюк с замедленно летящим танковым снарядом (адаптация эффекта bullet time) производит впечатление в первые пару раз, однако его многократное повторение лишь тормозит действие. Танки вообще довольно неповоротливы, а их специфическое обаяние трогает далеко не всех. Уместно вспомнить, что ни один из танковых блокбастеров последних лет, от «Белого тигра» Карена Шахназарова до недавних «Танков» Кима Дружинина, не стал прокатной сенсацией. С другой стороны, расчищенные на праздники кинотеатры могут удивить, и заранее несложно предсказать, что «Т-34» станет самым кассовым отечественным фильмом с танком в главной роли.   

«Т-34». Трейлер
Central Partnership

Схематизм сценария зашкаливает. Картина состоит из трех актов. В первом спонтанно составленный экипаж единственного танка под руководством младшего лейтенанта Ивушкина героически сражается с многократно превосходящими немецкими силами, защищая от них деревню Нефедово. Во втором Ивушкин оказывается в концлагере, где его находит давний противник — ныне повышенный в звании штандартенфюрер Ягер. Он предлагает «русскому Ивану» (на самом деле Ивушкина зовут Николай, а Ягера Клаус, они тезки) послужить живой мишенью на полигоне, заняв трофейный Т-34; тот соглашается, планируя побег. В третьем Ягер и Ивушкин сталкиваются в танковой дуэли на мосту маленького немецкого городка близ чехословацкой границы. Вы, наверное, догадываетесь, кто победит.

Главное, что мы знаем об Ивушкине, — он русский, «это многое объясняет», как добавил бы Никита Михалков, один из сопродюсеров фильма. Национальный характер без шансов на отступление от канона: сметлив, энергичен, отчаян, мужественен. Свято верит в русский авось. Таким его, не размениваясь на излишние нюансы, и играет главная нынешняя российская суперзвезда Александр Петров.

Об остальных героях фильма мы знаем еще меньше. Среди членов экипажа первого, почти сразу погибающего, танка есть украинец и белорус — квота «братских народов» соблюдена. Боязливый украинец почти сразу погибает, а вот крепкий основательный мехвод-белорус доживает вместе с Ивушкиным до кульминации; в этом раскладе трудно не усмотреть геополитическую метафору, даже если счесть ее ненамеренной. Нам удается узнать, что зовут его Степан Савельевич Василенок, и кажется, что этим паспортным ФИО ограничиваются режиссерские указания хорошему артисту Виктору Добронравову. Еще он, похоже, должен был имитировать характерный акцент — и с этим справился весьма успешно.

В новом экипаже компания Ивушкина и Василенка комплектуется более тщательно, хотя бойцов командир отбирает как бы случайно, на глаз, из толпы истощенных заключенных концлагеря, очевидно, состоящей исключительно из советских танкистов. Один — крепко сбитый Волчок (Антон Богданов), основательный уральский парень. Другой — хлипкий и вечно гнусавящий интеллигент Серафим (Юрий Борисов). Зачем такого взяли в танк? Да затем, что без духовности и в танке далеко не уедешь. В немецком городке, где остальные хватают одежду и еду, Серафим добывает копию Мадонны Ботичелли и в критический момент, выставив ее перед собой, как это делали православные воители Средневековья, читает молитву. Не она ли спасет танкистов? Очень может быть.

Об антагонисте Ягере — фамилия говорящая, «Охотник», — мы знаем и того меньше. У артиста Винценца Кифера злое умное лицо, в начале украшенное бородой, к финалу — шрамами. Он очень жестокий и упрямый. В общем, фриц. Тут и правда все русские — «иваны», все немцы — «фрицы». Имена запоминаешь с трудом.

Меньше всего конкретики досталось на долю единственного женского персонажа — заключенной-переводчицы, которая помогает пленным танкистам совершить побег и присоединяется к ним. Ирина Старшенбаум, знакомая по «Притяжению» (там она тоже была партнершей Петрова) и «Лету», совершает поистине героические усилия, чтобы сделать свою героиню объемной и живой. Сценарий изо всех сил сопротивляется. Даже ее имя — Анечка — мы впервые слышим из уст главного героя только после ночи любви, ближе к финалу фильма.

«Централ Партнершип»

Создатели фильма, продюсер Рубен Дишдишян и режиссер Алексей Сидоров, вместе делали один из первых постсоветских блокбастеров — криминально-боксерский «Бой с тенью». Брутальный мужской мир той картины, конечно, отзывается в «Т-34» на каждом шагу. Человеческим чувствам, кроме постыдного малодушия (оно встречается крайне редко) и отчаянной храбрости (вот она — на каждом шагу), здесь в принципе не место. Танки грязи не боятся. И всего остального тоже.

Это образцово-показательное бесстрашие, этот программный героизм слегка смущают. Поначалу сам не понимаешь, чем. А потом вспоминаешь, к чему — кроме голливудских образцов, например, той же «Ярости» с Брэдом Питтом, — возводит свою генеалогию «Т-34»: к советским фильмам о войне. В лучших из них противниками были не немцы, как здесь, а война как таковая. В «Судьбе человека», «Ивановом детстве», «Летят журавли», «Балладе о солдате», «Проверке на дорогах» при всех различиях было одно концептуальное сходство: они показывали, как человек сохраняет в себе человеческое благодаря стремлению к миру и памяти о нем.

Пространство «Т-34» устроено принципиально иначе. Оно отдано тотальной нескончаемой войне, в которой царит утешительная простота: есть наши, есть враги, и врагов надо бить до победного конца. Без боли и горечи, с азартом и остервенением игроков компьютерного чемпионата. Поэтому войне позволено быть предметом новогоднего развлечения. Что может быть веселее, чем врезать фрицам и раздавить фашистскую гадину, закусив победу мандаринами и запив шампанским?

Возможно, поэтому так фальшиво выглядят картины мирной жизни, которые сопровождают финальные титры. Не только потому, что из немецкого концлагеря герои фильма, скорее всего, попали бы не в родные дома, а прямиком в концлагерь сталинский. Мы два часа видели этих людей только в одном качестве: бойцов. Ничего другого мы о них не знаем, ни во что другое не поверим.

Зато на тех же титрах звучит песня Окуджавы «Бери шинель, пошли домой». В ней больше правды, чем во всем «Т-34» вместе взятом, и наконец-то больше мира, чем войны. За этот отрезвляющий контраст создателям картины — отдельное спасибо.    

Антон Долин