истории

«Действуй-злодействуй». Сериал «Домашний арест» Семена Слепакова и Петра Буслова — обаятельная сатира на коррумпированную власть

Meduza
13:18, 21 августа 2018

Телеканал ТНТ

16 августа на новом онлайн-сервисе «ТНТ-Premier» вышел сериал «Домашний арест» — про мэра провинциального города, которому из-за взятки приходится вернуться в общежитие, где он жил в юности. Придумал «Домашний арест» продюсер и сценарист Семен Слепаков, а снял режиссер Петр Буслов. По просьбе «Медузы» кинокритик Егор Москвитин рассказывает, как сериал шутит не только над продажной властью, но и над жаждущим денег и успеха электоратом.

Главные герои «Домашнего ареста» — два соседа по коммунальному общежитию, выросшие в городе Семиозерске. Многообещающий хулиган, повзрослев, стал экскаваторщиком на стройке и остался жить в коммуналке — с разочарованной женой и не питающими к нему уважения детьми. А вот забитый ботаник-невротик сделал головокружительную политическую карьеру. Стал мэром, обложил всех застройщиков данью, воздвиг за городом виллу со специальным хранилищем для денег и завел любовницу, записанную в телефоне как «губернатор». Но по популистским соображениям чиновник не стал менять место прописки — и когда в конце первого эпизода он окажется под домашним арестом за взятку, жить ему придется именно в прогнившей общаге, рядом с любимым народом.

Экскаваторщика играет Александр Робак — Коровин из «Елок» и грустный чиновник из «Географ глобус пропил». А мэра — Павел Деревянко, который одним из прототипов своего персонажа называет Бориса Березовского. Титры обещают появление Светланы Ходченковой и Гоши Куценко в образе генерала ФСБ, но в «Домашнем аресте» достаточно известных актеров и без них. Сергей Бурунов из «Полицейского с Рублевки» играет сначала напарника, а затем врио мэра — и второй раз за сезон доказывает, что у него есть серьезный драматический талант. Олеся Судзиловская изображает жену градоначальника, а Марина Александрова — учительницу и активистку, сражающуюся с застройщиками за древний монастырь. Во второй серии появляется Роман Мадянов в образе губернатора; просто представьте, что его герой из «Левиафана» получил повышение, и поймете, что это за персонаж.

«Домашний арест». Трейлер
Телеканал ТНТ

Среди талантов, оставшихся за кадром, — режиссер «Бумера» Петр Буслов и аниматор Александр Петров. Благодаря Буслову в телевизионном проекте мелькают сцены, снятые, как большое кино. В свой загородный дом мэр въезжает, как герой «Бригады», а все события в тюремной камере из второго эпизода похожи как раз-таки на «Бумер». Обладатель «Оскара» Александр Петров вместе с сыном Дмитрием нарисовал открывающую сцену, где герои вальсируют с банкнотами, — она хороша сама по себе. Как и сопровождающая ее песня Семена Слепакова. Мягкие интонации Слепакова и Петровых и есть то, что отличает сатиру «Домашнего ареста» от любой другой.

На самом деле в этом сериале, показанном пока только в новом онлайн-кинотеатре, а не в федеральном эфире, нет ничего, что до этого не могли бы позволить себе телеканалы. Чемоданы с деньгами и распилы уже были в «Сладкой жизни» на ТНТ. Порочные нравы богатых и коррумпированность тех, кто стремится ими стать, — в «Садовом кольце» на Первом. В грядущем сериале «Содержанки» тот же Сергей Бурунов изображает не менее циничного взяточника — но уже в Москве. А Джаник Файзиев спродюсировал для Первого канала драму «Министерство», которая кажется двойником «Домашнего ареста». Сериалы совпадают вплоть до отдельных сцен — например, и там и там красноречивый взяточник выходит из своего офиса к «представителям СМИ и населения» и произносит пламенную речь о борьбе с коррупцией.

В «Домашнем аресте» подкупает не смелость высказываний, а интонация. То, что губернатор делает для своего инстаграма постановочные фотографии в образе дзюдоиста, — забавно и только. То, что мэр и его помощник в новогоднюю ночь не смотрят обращение президента («Путин может долго говорить!» — отмахивается пьяный градоначальник), — допустимая дерзость. А эпизод, в котором полпред разносит на совещании региональных чиновников и срывает с одного из них дорогие часы (и все это, разумеется, попадет на ютьюб), в 2018 году едва ли покажется кому-то сатирой на случай с авторучкой в Пикалево. Так что достоинства «Домашнего ареста» заключаются не в обличительной сатире — ее хватало и прежде.

Песня Семена Слепакова из сериала «Домашний арест»
Семен Слепаков

Обаяние сериала легче всего объяснить через песню Семена Слепакова, которой открывается и закрывается первый эпизод. Если вступительные титры благодаря анимации Петровых кажутся печальным вздохом больших художников, то финальная сцена иллюстрирует песню совершенно иначе. В ней картинки из глянцевых клипов (яхты, спорткары, средиземноморские курорты) чередуются с видео из залов суда и оперативных сводок. И из этого всего вдруг получается портрет тотальной жадности и русифицированной американской мечты, который наши телевидение и кинематограф стараются лишний раз не рисовать — а если рисуют, то неубедительно.

«Домашний арест» подтрунивает не только над теми, кто преступает закон, но и над сложившейся «культурой успеха» вообще. Даже самым симпатичным из своих героев сериал все время подсовывает моральные испытания, после которых тем уже трудно делать вид, что они с негодяями находятся в разных лодках. Честной учительнице-активистке угрожают увольнением за протесты, а все проблемы экскаваторщика могут решиться, если он в прямом смысле поцелует своего покровителя в зад. Принципиально важно, что под домашним арестом в сериале находится не только мэр, но и его электорат. Чтобы подчеркнуть эту идею, авторы не стесняются устроить в коммунальной квартире прорыв канализационной трубы со всеми вытекающими последствиями — и неизбежным сплочением перед общей бедой. 

Зрителям, привыкшим к иностранным сериалам, эту — вполне серьезную —драматургию, спрятанную под шубой из шуток от Comedy Club Production, еще только предстоит распробовать. А песня Слепакова и оба видеоряда к ней, кажется, застрянут в народной памяти надолго. Как и некоторые крылатые фразы героев: например, мэрское «Действуй-злодействуй» того и гляди станет афоризмом — вроде «Разорю!» и «Не потерплю!» из романа Салтыкова-Щедрина.

Егор Москвитин