истории

В Казани действует «центр психологической помощи» для подростков. Детей в нем не учат и не лечат, а за проступки — пытают

Meduza
14:00, 20 июля 2018

Здание центра «Символ жизни», 17 июля 2018 года

Наталья Васильева / «Вечерняя Казань»

В августе 2017 года Наталья Фадеева отдала сына в «центр психологической помощи» в Казани. Вскоре она поняла, что с ребенком что-то не так

Наталья Фадеева искала частную закрытую школу, где бы ее ребенок, который плохо учился в школе, смог лучше подготовиться к выпускным экзаменам после 9-го класса — где был бы режим дня, ограничивалось использование телефонов, просмотр телевизора и ребенок «психологически и физически развивался». Как сама Фадеева рассказала «Медузе», она нашла в интернете телефон центра «Символ жизни» — и позвонила туда несколько раз, чтобы уточнить детали их работы. В центре обещали помочь с мотивацией и социализацией ребенка. По словам Фадеевой, за месяц пребывания там нужно было платить около 80 тысяч рублей — за проживание, питание и работу учителей. (На сайте центра указана цена за курс в размере 50 тысяч рублей; сколько длится курс, неясно.)

Фадеева привезла своего сына Даниила в «Символ жизни» в августе 2017 года. В первый месяц контакты с родителем были запрещены — Фадеевой это объяснили тем, что ребенок должен пройти адаптацию. Потом разрешили десятиминутные телефонные звонки раз в неделю — но только в присутствии сотрудников центра и при хорошем поведении. Еще через три месяца разрешались личные встречи — не чаще раза в месяц и продолжительностью не более трех часов.

Когда Фадеева начала говорить с сыном по телефону, ей начало казаться, что что-то не так. «Я спрашивала, как у него дела, а ребенок, как в церкви, говорил „все хорошо“, „у меня нормально“, „я рисую“, — вспоминает женщина. — Обычно он так не разговаривает».

В какой-то момент Фадеевой удалось поговорить с одной из сотрудниц «Символа жизни». Та рассказала, что подростки в доме систематически недосыпают, плохо питаются и часто в качестве наказания выполняют различные задания — внутри дома это называлось «последствия». К примеру, за нарушение субординации дети много раз подряд должны были написать одну и ту же фразу, за забытый бейдж — носить на шее дощечку, ходить в коронах или масках.

Позже об этом рассказывал и сам Даниил: по его словам, из-за наказаний подростки мало спали, засыпали на уроках — и получали новые наказания, их «заставляли приседать или убираться в доме». Когда в центре пропали банки с шоколадной пастой, «консультанты», по словам Даниила, «заставили всех нас делать 1100 приседаний, держа друг друга за плечи». «Если мы не успевали сделать нужное количество подходов днем, нас заставляли приседать ночью, — рассказывал он. — В центре нас часто поливали ледяной водой из шланга, якобы в воспитательных целях».

Похожие истории рассказывали и другие подростки — их свидетельства опубликовали «Радио Свобода» и «Реальное время». Мать одной из девочек, Ольга Титова, пояснила «Медузе», что искала организацию, которая обеспечит ее дочери «полный пансион, здоровый режим, обучение и помощь квалифицированных психологов и медиков». Она хотела избавить ее от интернет-зависимости и ждала, что в «Символе жизни» она сможет учиться и успешно сдаст экзамены ГИА. По ее словам, дочери в центре не давали одеяла, поэтому она вынуждена была спать в кофте; «любые жалобы на здоровье объявляли манипуляцией»; за любые провинности наказывали — заставляли приседать, носить за собой стул, «поднимали ночью на разборки».

Сын Фадеевой пытался покончить с собой. По ее заявлению завели уголовное дело

По словам Фадеевой, в сентябре 2017 года — через месяц с небольшим после попадания в «Символ жизни» — Даниил попытался покончить жизнь самоубийством, порезав руки лезвием. Мать узнала об этом только через девять месяцев, когда забрала сына из центра. Фадеева обратилась в полицию; Следственный комитет проверил данные и 19 июля завел уголовное дело по статье о доведении до самоубийства. Пытался покончить с собой и еще один подросток — он закрылся в туалете и осколком выбитого стекла вспорол себе живот.

Фадеева забрала Даниила сразу после того, как сотрудник центра рассказал ей о принятых там методах воспитания. По ее словам, это было раннее утро, персонала в центре было мало, и ребенка ей отдали практически без сопротивления, тем более что она пришла вместе с участковым.

В своих показаниях, данных следствию (есть в распоряжении «Медузы»), Фадеева утверждает, что в «Символе жизни» «детей настраивают против родителей, друзей и других близких людей, убеждая, что все, что с ними происходит, — с ведома и разрешения родителей». Она также рассказала, что детей «зомбируют» на безусловную любовь к руководителю центра — Елизавете Платоновой. Сама Платонова заявила «Радио Свобода», что в центре «оказывают только психологическую помощь». («Медузе» с ней связаться не удалось.)

При этом, согласно базе данных «СПАРК-Интерфакс», директором «Символа жизни» на бумаге является 35-летний уроженец Венгрии Геннадий Попович, а учредителями — Лилия Ходыкина и Людмила Литке. Журналисты издания «Вечерняя Казань» смогли задать несколько вопросов Ходыкиной; та назвала обвинения Фадеевой «предвзятым отношением к центру».

Когда Даниил вернулся домой, «он больше двух недель разговаривал только матом, дотронуться до себя он не давал», — рассказывает Наталья Фадеева. «Такого не было никогда — какие-то вещи меня не устраивали, но у нас всегда было понимание, мы много разговаривали, — продолжает она. — Я не предполагала, что ребенка будут бить». После работы с психологом Даниилу стало лучше. Фадеева говорит, что рассказала родителям других подопечных «Символа жизни» о происходящем в центре; кто-то из них забрал своих детей, кто-то не изменил своего решения.

В «Символе жизни» ничему не учат. Об этом говорят сами сотрудники центра

Наталья Фадеева рассказывает, что из «Символа жизни» ей прислали отчет, «в котором говорится, что Даня учился, не поднимая головы». Когда женщина решила уточнить эту информацию у учительницы математики, сотрудничавшей с центром, та ответила, что преподавателям «в какой-то момент перестали платить деньги» и они ушли из «Символа жизни».

Бывшая сотрудница «Символа жизни», попросившая не называть свое имя, рассказала «Медузе», что дети в центре «занимались намного меньше, чем в обычной школе». Подготовка к экзаменам занимала четыре урока в неделю, математика — четыре урока в неделю. Иногда у некоторых детей проходили индивидуальные занятия по химии или биологии, но всего в неделю они занимались максимум 16 академических часов.

Тетрадь дочери Ольги Титовой
Ольга Титова

«У них было четыре полных свободных дня в неделю, у тех, кто не сдавал экзамены, — пять дней, — продолжает собеседница „Медузы“. — В остальное время я просто видела хаотичное движение по дому, дети постоянно убирались или писали. Даже во время уроков они занимались писаниной — это называлось „анализ чувств“. Я говорила консультантам, что детям надо дать время, чтобы они усвоили материал вечером, но они не слушали и говорили, что это ответственность самих детей». По ее словам, дети никогда не делали домашних заданий, «уверяя, что им на это не выделяют время», а во время уроков «всегда хотели спать». С учителями в «Символе жизни» так и не заключили никаких договоров, а зарплату постоянно задерживали.

Рассказывает бывшая сотрудница «Символа жизни» и о принятых в центре наказаниях. Подростков могли заставить «сидеть на острове» — то есть смотреть в угол; заставляли ходить в коронах, масках или перчатках, с дощечкой в руках. Собеседница уверена, что родители об этом не знали.

Подтверждает информацию о наказаниях и еще одна бывшая сотрудница «Символа жизни», также пожелавшая сохранить анонимность. «Дети таскали воду, убирались, — вспоминает она. — Я не могла понять, правильно это или не правильно, начальство говорило, что в других заведениях эти методы работали». По словам собеседницы «Медузы», иногда ее просили присутствовать на свиданиях с родителями, чтобы дети не сказали «ничего лишнего»: «Это значит, что им нельзя было жаловаться — иначе считалось, что ребенок манипулирует. Не знаю, внушали ли это детям, но к родителям обычно они относились негативно». Встречи с родителями проходили не там, где живут подростки, а всегда на другом этаже — сотрудники объясняли это тем, что они помешают адаптации и режиму дня других детей.

По словам девушки, она знает, что в нескольких случаях дети планировали побег, — например, писали своим друзьям с компьютеров, которые предназначались для уроков, о том, что с ними плохо обращаются, и просили передать родителям, чтобы их забрали. В одном случае сотрудники центра обнаружили сообщения и наказали подростка, во втором — родители сами обратились к руководителю.

В качестве наказания детей могли отправить в «мотивационный дом». Это система «реабилитации» для наркопотребителей и страдающих алкогольной зависимостью

Одним из самых строгих наказаний в «Символе жизни» была отправка подростков в «мотивационный дом» — о таком опыте рассказали несколько бывших подопечных «центра психологической помощи»; собеседница «Медузы», ранее работавшая в центре, подтвердила, что детей иногда «увозили в другой дом».

Как «Медуза» подробно рассказывала в 2016 году, так называют себя центры, которые обычно располагаются в арендованных частных домах и позиционируют себя как клиники, в которых обещают снять наркотическую и алкогольную зависимости. Согласие пациента для начала терапии не требуется — иногда достаточно звонка родственника с просьбой помочь; доставкой людей в такие дома занимаются так называемые мотиваторы. Бывшие жители и сотрудники «мотивационных домов» рассказывают, что в них практикуют физические и психологические наказания: обливания холодной водой, побои и унижения.

Некоторые из них похожи на практики, принятые в «Символе жизни»: людям вешают на шею доски с надписями; тем, кто просит таблетки, вешают на шею автомобильную шину; иногда такие «тренинги» длятся больше недели. Выйти из таких домов самостоятельно до истечения отведенного срока пребывания почти невозможно. Точное количество подобных «центров» по всей России неизвестно, в Татарстане в 2016 году их было около 86.

Даниил Фадеев провел в одном из «мотивационных домов» девять дней, — по его словам, это была организация под названием «Триумф». Когда он приехал туда, его схватили несколько мужчин и повели в баню, где сорок минут поливали холодной водой. Позже Фадеев наблюдал, как там же проходили «тренинги»: например, в раскаленную баню загоняли по тридцать человек и не выпускали, пока они не споют пять песен. Именно в «мотивационном доме» Фадеев предпринял попытку самоубийства. Через девять дней его заставили подписать бумаги о том, что он не имеет никаких повреждений, и забрали обратно в «Символ жизни».

Елизавета Платонова в разговоре с «Радио Свобода» подтвердила, что «немногие» подростки «перенаправлялись на короткий период в другое учреждение». «При этом честь и личные достоинства ребенка никогда не задевали, — заявила она. — Да, я с вами соглашусь, что в России есть заведения, которые не должны существовать. Но те, с кем мы сотрудничали, себя позиционировали как квалифицированный центр».

В интернете можно найти предложения, почти полностью аналогичные тому, как рекламирует себя «Символ жизни». «Центры психологической помощи» обещают помочь в случаях, когда подросток агрессивно или «криминально» себя ведет, в случаях затрудненной социальной адаптации, а также разного рода зависимостей — алкогольной или табачной. Для решения этих проблем центры обещают предпринять пять шагов — мотивацию, немедицинскую детоксикацию, восстановление режима дня и питания, психологическую помощь и ресоциализацию. Условия проживания также похожи: комнаты на четыре-шесть человек, комплексное пятиразовое питание, работа с психологом, групповые и индивидуальные занятия.

Юрист Алексей Курманаевский, который занимался расследованием деятельности «мотивационных домов», считает, что они могут быть связаны с некоторыми «центрами психологической помощи» для подростков. «Все реабилитационные центры, неважно, детские или взрослые, которые имеют задачу удержания [подопечных], обращаются в подобные дома, чтобы не своими руками делать грязную работу, — поясняет он. — А „мотивационные дома“ зарабатывают на этом — там нет никакой реабилитации, это абсолютно криминальные люди, у них криминально выстроенные переговоры, у них нет никаких договоров, официальных документов, все на уровне устного общения. Они просто держат людей и „прокачивают“ их».

Курманаевский отмечает значительные сходства в методах работы «мотивационных домов» и «Символа жизни». «Подход абсолютно один и тот же: сроки от трех до девяти месяцев, одинаковая цена, консультанты одни и те же, задания одни и те же, — рассуждает он. — И методики коррекции личности что там, что там сводятся к одному — показать человеку последствия его выбора в идеальной модели. В случае наркозависимых они считают, что надо изменить модель поведения, создав мотивацию, а мотивация создается тем, что человеку показывают последствия „плохого“ поведения. В случае детей, судя по всему, используется тот же метод: задания, дисциплина, коллективное воздействие, манипуляция. Это одна и та же модель: берут непривлекательную проблему и на этой почве начинают манипулировать сознанием людей».

Ильнур Шарафиев, Казань