истории

«Нам нужна обоюдная предсказуемость» Заместитель генерального секретаря НАТО — о Трампе, агрессивном поведении России и новых угрозах

Meduza
12:38, 6 февраля 2018

Andreea Alexandru / AP / Scanpix / LETA

В начале февраля в Латвию с официальным визитом приехала заместитель генерального секретаря НАТО Роуз Гетемюллер. В ходе визита она посетила военные объекты, на которых несут службу войска Альянса, — солдаты НАТО расквартированы в Латвии с 2017 года в рамках программы поддержки стран, граничащих с Россией. Спецкор «Медузы» Константин Бенюмов поговорил с Гетемюллер о НАТО, Америке, России и киберугрозах.

— Во время президентской кампании Дональд Трамп много говорил о том, что роль США в НАТО должна измениться, а члены Альянса должны больше сами обеспечивать свою безопасность. Как вам кажется, этого удалось добиться?

— Есть разные способы ответить на этот вопрос, но я бы сказала, что в каком-то смысле — да по всем пунктам. Природа нашего сотрудничества все время меняется. Тем не менее у нас не было бы такого успешного союза, как сейчас, если бы мы не заботились о защите всех 29 членов союза. США в последнее время обеспечивали эффективное участие [членов Альянса в обеспечении коллективной безопасности]. И президент Трамп очень убедителен, когда требует от участников НАТО большей ответственности в обеспечении защиты своих границ, выполнения своих обязательств по расходам на оборону, — как вы знаете, сейчас они должны составлять 2% от ВВП. Многие страны, в том числе Латвия, вплотную приближаются к этому показателю, за что мы им очень благодарны.

Мне кажется, США дали нам мощный толчок, и это хорошо, но и сами союзники стремились воспользоваться новыми возможностями и соответствовать новым требованиям. Здесь у меня была возможность познакомиться с латвийской военной группировкой, убедиться, что страны НАТО от Албании до Канады готовы вкладывать усилия в работу в Латвии. Это впечатляющий знак того, что союзники готовы действовать, если того потребует ситуация.

— Почему группировку войск НАТО в Латвии возглавляет Канада, а не, к примеру, США?

— Насколько я понимаю, войска США появятся здесь [в будущем] по принципу ротации. И они были здесь в прошлом году. Просто так получилось, что в данный, конкретный момент их здесь нет. Что касается Канады, то одна из причин — то, что в Канаде много граждан латвийского происхождения; тут есть культурная связь и общий страх перед агрессией.

— Вы упомянули, что природа сотрудничества внутри НАТО все время меняется. Как? Вы говорите о гибридной войне и кибервойне?

— Все начиналось с довольно стандартных представлений об угрозах. 2014 год, когда Россия захватила территорию Украины, Крым, и начала вести себя более агрессивно в Европе, был переходным для нашего Альянса. Границы Европы впервые со времен Второй мировой войны были изменены силовым путем. Это был очень тяжелый момент. И Альянс принял этот вызов. При этом я хочу подчеркнуть: НАТО выступал как оборонительный союз, а предпринятые нами шаги соответствовали международным законам.

Но есть и другие угрозы. Еще один переломный момент 2014 года — появление ИГИЛ и рост террористической угрозы. У нас были определенные успехи [в борьбе с ними] за прошедшие два с половиной года. Как мы видим, Сирия и Ирак стали гораздо более мирными, но угроза насильственного экстремизма и терроризма в этих странах по-прежнему сохраняется. Это еще одно новое и важное направление для работы НАТО.

Конечно, есть множество новых видов угроз, в том числе и в киберпространстве. Мы работаем над созданием новых технологий, которые бы действовали там, куда не может добраться военная техника.

— Вы верите, что новые угрозы полностью вытеснят существующие?

— Нет. И поэтому я считаю, что мы должны заниматься всеми видами угроз — независимо от того, откуда они придут и в какой форме.

— Вы много лет занимались проблемой контроля за вооружениями. Сейчас многие из соглашений, заключенных между США, СССР, НАТО и Организацией Варшавского договора, пересматриваются. На ваш взгляд, они утратили актуальность?

— Одно я знаю точно: Россия четко заявила, что больше не хочет слышать о Договоре об обычных вооруженных силах в Европе. И это вызывает очень большие опасения с учетом ее нынешнего агрессивного поведения. Это один из факторов, который делает сегодняшнюю обстановку такой непредсказуемой для европейских стран. Сейчас США ведут переговоры с Россией в попытке найти выход из сложившейся ситуации.

— Вы говорите, что 2014 год по-прежнему определяет отношения между НАТО и Россией. Был ли достигнут за прошедшие три с лишним года хоть какой-то прогресс?

— С Варшавского саммита НАТО мы подчеркиваем не только необходимость усилить защиту от возможной агрессии, но и важность диалога. Мы продолжаем встречаться с Россией, с российским представителем при НАТО, мы будем продолжать работать над последующими встречами, а также продолжим военные переговоры. Мы очень заинтересованы в расширении диалога. Нам сейчас очень нужна обоюдная предсказуемость, нам необходимо говорить друг с другом — это лучший способ избежать инцидентов, которые могли бы перерасти в кризис.

Константин Бенюмов