Перейти к материалам
истории

В Гентском музее искусств открыта выставка неизвестных работ русского авангарда. Искусствоведы о них тоже ничего не слышали

Meduza
Здание Гентского музея
Здание Гентского музея
Horizon Images / Motion / Alamy / Vida Press

Европейские искусствоведы, кураторы, арт-дилеры и коллекционеры написали открытое письмо, посвященное выставке художников русского авангарда в Музее изящных искусств в Генте, которая открылась еще осенью 2017 года. Они говорят, что подлинность всех этих ранее неизвестных работ вызывает сомнения — они не упоминаются в научных публикациях, об их происхождении нет никаких сведений. Эти работы принадлежат частному коллекционеру Игорю Топоровскому — к нему в России были вопросы как у искусствоведов, так и у правоохранительных органов.

Что за выставка?

Осенью 2017 года в Музее изящных искусств бельгийского города Гент были представлены 24 ранее не выставлявшиеся и до этого неизвестные произведения художников русского авангарда: Казимира Малевича, Василия Кандинского, Лазаря Лисицкого, Наталии Гончаровой и других. Бельгийский музей получил эти работы в долгосрочную аренду от Фонда Дилегема (Dieleghem Foundation), основанного частным российским коллекционером Игорем Топоровским.

В чем претензии?

15 января 11 известных европейских искусствоведов (в том числе доктор искусствоведения Александра Шатских, один из ведущих специалистов по Малевичу), кураторов, арт-дилеров и коллекционеров опубликовали открытое письмо, посвященное выставке в музее Гента. Экспонаты в этом письме были названы «вызывающими множество вопросов». Авторы письма предложили их убрать, чтобы «не вводить публику в заблуждение».

Специалисты по истории искусства пишут, что у представленных картин «нет выставочной истории, они никогда не были упомянуты в серьезных научных публикациях, нельзя проследить историю их покупок».

«Некоторые предметы, например, сундук и прялка, якобы расписанные Казимиром Малевичем, не имеют известных аналогов, и нет никаких исторических данных или даже упоминаний о том, что художник имел отношение к росписи подобных вещей», — пишут эксперты. По их словам, вопросы вызывают все 24 экспоната (как картины, так и предметы декоративно-прикладного искусства) из коллекции Топоровского.

Чем известен Игорь Топоровский?

Бельгийскому изданию La Libre Топоровский рассказал, что ему 51 год и у него историческое образование МГУ. В конце 1980-х он стал, по его словам, одним из помощников последнего руководителя СССР Михаила Горбачева — готовил для него специальные досье перед официальными визитами в страны Западной Европы (пресс-секретарь Фонда Михаила Горбачева Павел Палажченко в ответ заявил, что советника с таким именем у Михаила Горбачева все же не было).

При Борисе Ельцине Топоровский, как он рассказал бельгийским журналистам, стал «тайным дипломатом», часто ездил в Брюссель в штаб-квартиры ЕС и НАТО. Окончательно переехать в Европу он решил в 2006 году, когда понял, что разногласия с руководством России больше не позволяют ему оставаться в стране.

По данным газеты The Art Newspaper Russia, в декабре 1995 года Топоровский баллотировался в Госдуму по одномандатному округу в Московской области, но выборы проиграл. В середине 1990-х он называл себя «директором Института внешней политики и международных отношений». Впрочем, этот институт являлся обычной некоммерческой организацией, она была ликвидирована Минюстом в 2013 году в связи с отсутствием деятельности.

Откуда появилась коллекция Топоровского?

Топоровский утверждает, что у его коллекции сразу несколько источников. Во-первых, его супруга Ольга — в девичестве Певзнер — дальняя родственница художника и скульптора Антона Певзнера и его брата, архитектора и художника Наума Габо. Певзнер и Габо, говорит Топоровский, перед тем, как уехать из СССР, приобрели произведения запрещенных тогда художников-абстракционистов. Также по словам Топоровского, отец его жены был близким другом известного коллекционера, владельца богатейшей коллекции русского авангарда Георгия Костаки. Родственники Габо и Костаки заявили газете The Art Newspaper Russia, что не знают ни Ольгу Топоровскую, ни ее отца — и люди с такими именами не связаны с их семьями.

По словам Топоровского, которые также приводит бельгийская пресса, еще часть своей коллекции он нашел в Одессе. Там якобы оказались полотна, которые пытался спасти от уничтожения директор Эрмитажа в 1934–1951 годах Иосиф Орбели. Татьяна Орбели — вдова сына бывшего директора Эрмитажа — назвала эту историю абсурдом. По ее словам, Орбели никогда не вывозил картины и частной коллекции у него не было.

Наконец, Топоровский рассказал, что еще часть коллекции была куплена им в начале 1990-х, когда после распада СССР картины авангардистов выставили на продажу по низким ценам.

Как удалось выяснить The Art Newspaper Russia, имя Топоровского встречается в материалах дела антикваров Преображенских. Следователь по этому делу, адвокат Никита Семенов рассказывал: Преображенские взяли у Топоровского и продали за три миллиона долларов неназванному «крупному олигарху» две картины, якобы написанные Кандинским и Малевичем. Олигарх тогда проводить экспертизу полотен не стал.

И что теперь будет с выставкой?

Сам Топоровский на вопросы о подлинности своей коллекции отвечал следующее: «Со своими экспертами я могу указать все источники». Гентский музей на запрос The Art Newspaper Russia об экспертизе выставленных работ ответил, что «все [сопроводительные] бумаги в порядке».

Газета La Libre писала, что директор Гентского музея Катрин де Зегер планирует в конце 2018 года организовать еще одну, более масштабную экспозицию, посвященную русскому авангарду, и тоже в партнерстве с Топоровским. Де Зегер говорила La Libre, что хочет «переписать историю русского авангарда». А Топоровский рассказывал, что планирует открыть в особняке Дилегем, расположенном недалеко от Брюсселя, центр по изучению русского авангарда, где он представит уже сотни ранее неизвестных работ из своей коллекции.

Претензии искусствоведов де Зегер пока не прокомментировала, Игорь Топоровский не был доступен для оперативных комментариев.

Саша Сулим