Перейти к материалам
истории

«Когда говоришь людям „одобрено“, они уже ничего не слышат» Сотрудники микрофинансовых организаций и их заемщики — о том, кто, как и почему берет кредиты под сотни процентов годовых

Источник: Meduza

По состоянию на июль 2017 года отказы в выдаче кредита получают 65% клиентов, которые обращаются в российские банки. При этом в микрофинансовых организациях, где несколько десятков тысяч рублей можно получить, просто предоставив паспорт, отказов в последнее время стало еще меньше, чем раньше. И хотя в последние годы количество таких фирм сокращается, а законодательство в их отношении ужесточается, их легко найти в любом городе страны. «Медуза» поговорила с клиентами и сотрудниками МФО со всей России, чтобы понять, зачем люди туда идут — и как пытаются выбраться из долгового рабства.

Александр Олехов

42 года, предприниматель, поселок Звездный (Пермский край)

Ярослав Чернов

Полгода назад моя жена захотела открыть торговую точку на рынке, чтобы продавать детскую одежду. Для этого нужны были около 100 тысяч рублей — закупить товар, оплатить аренду. Взять деньги в банке не вышло бы из-за плохих кредитных историй у нас обоих. У меня, например, три года назад начал копиться долг перед «МТС-банком». Я тогда занимался отделкой помещений, случился кризис — пошли проблемы с заказами. В банке предложили принести трудовую книжку с записью об увольнении. А у меня такой сроду не было. Да ее и не просили, когда давали заем. Пришлось просто перестать платить — ну нечем. У меня был еще один кредит, за машину, но по нему ежемесячный платеж уменьшили, и здесь я до сих пор плачу.

Чтобы жена начала бизнес, был лишь один выход — идти в микрофинансовые организации. Я предупреждал Ольгу [супругу]: «Вся выручка будет уходить на платежи — смысл?» Но она уже загорелась идеей своего дела. До этого все время сидела дома с ребенком, пока ему не исполнилось два с половиной года. Почти никуда не выходила, начала сходить с ума. Хотела чем-то заняться.

К тому времени я выплатил еще один заем, который взял в магазине «Вестфалика» (судя по договору, деньги мне дало МФО «Обувь России»). Как-то купил там обувь в рассрочку, расплатился, вот мне и предложили наличные в долг — а мне как раз надо было сделать платеж по кредиту за машину. Так что когда Ольга открывала магазин, я туда снова обратился — взял там 20 тысяч рублей. То же сделали жена и ее мама. Еще 30 тысяч мне дали в «МигКредите». Процентные ставки при оформлении займов называли, но я их не запомнил. Помню только суммы платежей и их количество. С кредитом в «Вестфалике» рассчитался в этом июле. Если посчитать — с начала года отдал туда около 40 тысяч рублей (то есть в два раза больше, чем взял). С «МигКредитом» должен расплатиться в конце этого года — всего внесу 65 тысяч (больше изначальной суммы в два с лишним раза).

Денег постоянно не хватает. Через пару месяцев после открытия магазина надо было снова закупать одежду. Оказалось, что вся выручка уже ушла на аренду, платежи по займам и продукты нам домой. Так мы снова и снова влезаем в долги. Например, когда в этом году мой основной долг в «Вестфалике» снизился до 12 тысяч, я взял там еще 8 (то есть как будто бы снова взял двадцать). Хорошо еще, что эту восьмерку удалось вернуть за пару недель.

Вроде у нас не патовая ситуация — пока вывозим. Но такое ощущение, что я работаю на все эти микрофинансовые организации. В месяц получаю 35 тысяч рублей — работаю вахтами администратором в реабилитационном центре в другом районе [Пермского края] плюс вожу туда продукты. А месячных взносов у нас с женой на двоих — больше 40 тысяч. На платежи уходит вся моя зарплата (оставляю себе лишь на бензин и сигареты) и часть дохода Ольги. Живем на копейки, которые у нее остаются. Спасибо моей маме, она живет с нами, оплачивает коммунальные услуги.

Две недели назад, как только отделался от займа в «Вестфалике», снова взял там двадцать тысяч.

В разных МФО кредиты предоставляются на разных условиях. В нашем калькуляторе сумма займа ежедневно увеличивается из расчета в 730% годовых (2% в день от исходной суммы). При этом срок займа составляет месяц — по новым законам общая сумма задолженности, набежавшей за год, не может превышать заем более чем втрое (не считая штрафов и сервисных платежей). Минимальный займ составляет 100 рублей

Виктория (имя изменено)

26 лет, переводчица, Владивосток

Когда я была студенткой, мы взяли ипотеку. И однажды так вышло, что за нее было нечем платить. У мамы уже висел неоплаченный кредит, про который все забыли, поэтому в банк отправилась я. Тогда параллельно с учебой подрабатывала в двух местах менеджером аналитического отдела и администратором на катке; мне дали двести тысяч. Правда, скоро стало понятно, что мы не можем платить ежемесячные взносы вместе с ипотекой. Я зарабатывала копейки, потому что училась на очном. Мама лишилась работы, у нас в семье был маленький ребенок. Спустя несколько месяцев меня через суд обязали выплатить 150 тысяч. Тогда я взяла кредит в другом банке, чтобы оплачивать первый; потом еще в одном. В итоге я обошла в городе все банки, у меня было то ли шесть, то ли семь кредитов я уже даже не помню. Испортила кредитную историю, мне стали отказывать в новых кредитах, копились долги.

Тогда я обратилась в микрозаймы, брала по два и три одновременно. Скрывала, что студентка, чтобы не отказали. Не знаю, сколько их всего было. Наверное, десятки. Со временем я перестала их воспринимать как абсолютное зло и нашла фирму с нормальной репутацией, не такую мутную, как все остальные. Я научилась брать деньги, только если знала, что точно верну. Сейчас это для меня спасение, я для них положительный клиент. Они готовы мне давать максимальные 30 тысяч.

Единственный раз проблема случилась с фирмой «Деньга». Я там взяла 10 тысяч. Когда я их забирала, меня не интересовали условия просто хотелось получить деньги и пойти дальше решать свои проблемы. Не понимая, о каких суммах речь, просрочила платежи на месяц, накопился долг в 40 тысяч. Я продлевала его, носила им понемногу за проценты, но все никак не могла оплатить основной долг. Все время надеялась, что перехвачу заем в другом месте или устроюсь на подработку. В итоге я ничего не нашла; дошло до того, что они позвонили моей бабушке. Она подняла на уши других родственников, и они скинулись, чтобы оплатить часть моих долгов. Все были на меня злы, они подумали, что я специально взяла заем, чтобы с них содрать денег. Мне было стыдно, но без их помощи я бы не выбралась из этой долговой ямы. Я в ней находилась два года. Это было время страха и вечных поисков выхода. Помню чувство, когда молока не на что купить ребенку. Думаю, без помощи со стороны вылезти из крупных долгов невозможно — как и отказаться от этих ларьков.

Когда я окончила университет, уехала работать переводчиком в Китай. Я начала новую жизнь и рада, что здесь такой системы микрозаймов нет. Мне удалось закрыть абсолютно все старые долги благодаря укреплению юаня. В Азии легко зарабатывать деньги, если знаешь язык. Правда, все работают нелегально и по туристической визе. Но даже так лучше, чем в России. Потому что там нет перспектив, особенно во Владивостоке. Опыт показал: во Владивостоке можно утонуть в бедности, этот город меня сожрал бы.

Сейчас я могу обратиться за займом, когда приезжаю в Россию. В последний раз брала в декабре. Тогда мне не хотелось менять китайскую валюту плюс так совпало, что было выгодное предновогоднее предложение с маленьким процентом — около ста рублей в день. Я взяла на мелкие траты и вернула уже на следующий день.

Сергей Волхонский

28 лет, бизнесмен, Волгоград

из личного архива С. Волхонского

Я пользовался микрокредитами с 2011 по 2014 год, когда у меня было свое дело. Мне часто и срочно нужны были деньги, а кредитные инстанции в банке — это долго и неудобно. Проценты были большие, но считать нас [в школе] научили.

Тогда у меня был бизнес, связанный с обработкой металла песком. В это дело постоянно нужно было вкладывать деньги — закупить сырье, материал. Микрокредиты для этого подходили — я постоянно брал и отдавал, брал и отдавал. Других вариантов и не было: все родственники только начинали вставать на ноги. К кому мне обращаться, если они сами зачастую приходили ко мне за помощью?

Обычно брал под 730% годовых — 2% в день. Логика у меня была такая: если у меня не будет денег и обычный банк не выдаст кредит, то я не смогу перевезти оборудование на объекте, работа встанет. Обычно я брал около тридцати тысяч рублей (больше никто и не давал), через неделю нужно было отдавать тридцать пять. Были случаи, когда надо отдавать, а денег нет. Но получалось договориться, отдавали позже.

Теперь микрокредитами я не пользуюсь: нет нужды брать деньги вперед, потому что кое-какие накопления уже есть. Мой бизнес встал на ноги — правда, другой: я ушел в медицинскую сферу, занимаюсь хирургическими инструментами. Прошлый бизнес я бросил: слишком рискованно.

В последние годы в моем окружении микрокредитами точно пользуются меньше. Раньше кто-то, конечно, брал и просто для бытовых нужд — когда до зарплаты пять дней, а деньги нужны срочно и сегодня. Брали столько, сколько нужно — 5 тысяч рублей, например, взяли, а 5500 нужно будет вернуть через неделю. Когда нужны срочно, сегодня, 500 рублей — это не деньги, а издержки производства. Но сейчас уже нет такой потребности. Ситуация получше, у людей есть работа. Теперь мы друг друга микрофинансируем — только без процентов.

Роман Коротаев

39 лет, директор центра юридических услуг «Реверс», Березники (Пермский край)

Ярослав Чернов

Более чем из двух с половиной сотен дел, которые мы сейчас ведем, больше половины связаны со спорами с микрофинансовыми организациями. Зачастую клиенты узнают о нас благодаря сарафанному радио: у кого-то проблемы с эмфэошками закончились — и они советуют нас своим знакомым; микрозаймами мы занимаемся больше трех лет.

Поначалу многие приходили к нам в истерике. Один влез в долги, потому что не было денег на похороны сына, другому нечем стало платить по кредиту в банке — набрали займов, в итоге угрожают коллекторы. С тех пор держим в офисе валерьянку. Одна клиентка получала СМС, что скоро приедет «группа» с Северного Кавказа и «порешает» ее саму и близких. За последний год все изменилось, люди приходят уже подготовленные. Ведут себя даже по-деловому: спокойны, рассказывают, что перестали справляться с платежами, и интересуются, что мы можем им предложить.

Типичная ситуация — у человека долги сразу в нескольких местах. Это и обычные банки, и микрофинансовые организации. Большинство носят кредиторам «хотя бы по тысяче в месяц». Мы объясняем, что в этом нет смысла: «платежи» уходят на оплату штрафов, а сам долг и проценты по нему остаются. Лучше — отправить кредитору письмо о вашей неплатежеспособности и предложить разрешить спор в суде. В нем наш главный аргумент — что кредитор злоупотребляет правом сильной стороны в отношениях с заемщиком. А именно: МФО завышают проценты по займам, дожидаются, пока набегут внушительные долги, — и только потом подают иски. (С января 2017 года долг по процентам для займов, которые выдаются на срок до одного года, не может составлять более чем три суммы займа. Тогда же закон разделил МФО на два типа: микрофинансовые компании и микрокредитные — прим. «Медузы».)

Два года назад мы вели дело женщины, взявшей в МФО 10 тысяч рублей. Она сделала только один платеж, и долг вырос до 98 тысяч. Большую часть этой суммы составляли пени и штрафы. В суде мы снизили общую сумму долга до 17 тысяч (то есть в пять раз). Плюс клиентка в целом заплатила нам около 50 тысяч (это за работу со всеми ее кредитами, а их было одиннадцать).

Другая женщина изначально взяла тоже 10 тысяч, а в итоге должна была 90. Она заказала у нас не абонентское обслуживание (у нас есть такая услуга), а подготовку нескольких документов — заплатила две тысячи рублей. У нее тоже все закончилось благополучно — долг перед МФО снизился в три раза. Случаев, чтобы МФО получила с клиента в суде столько, сколько просит, у нас еще не было.

Анна (попросила не указывать фамилию)

24 года, менеджер в гостинице, Хабаровск

Когда я окончила техникум, устроилась барменом в китайское кафе, а потом попала на работу в [фирму, предоставляющую] микрозаймы. Точка была в торговом центре. Там я выдавала деньги, работала с базой, с клиентами просто живая касса. Меня на новой работе ничего не шокировало, несмотря на обилие странных историй. Еще в баре я видела, как много вокруг погрязших в долгах алкоголиков, — и тут их тоже было много. В основном они говорили, что кредиты в банках платить нечем и они надеются на нашу помощь. Еще кому-то нужны были деньги на новый телефон, на ремонт машины, часто к нам приходили пенсионеры, когда им не хватало на еду.

Постоянным клиентом была уборщица нашего торгового центра. Ее дети уговорили набрать кредитов — якобы они будут оплачивать сами. А потом оказалось, что все на ее плечах, и вот она пашет на двух работах. Как и многих других клиентов, ее было по-человечески жалко, но их же никто не заставлял брать деньги. Когда говоришь людям волшебное слово «одобрено», а потом объясняешь условия займа, они ничего не слышат. У них уже мысли о том, как они все потратят. Им настолько нужны были займы, что они не боялись оставлять даже паспорта в залог. У меня в сейфе валялись десятки документов, которые подолгу не забирали. Благодаря спросу на наши услуги выручку мы собирали хорошую: до 80 тысяч в день. Люди шли иногда сплошным потоком, по вечерам у меня болели руки из-за непрерывного печатания.

Работодатели мне обещали, что трудоустроят официально. Но я работала даже без договора, они экономили на налогах. Каждый месяц мне вовремя платили зарплату (25 тысяч рублей), поэтому я не жаловалась. Зарплаты не всегда хватало, мне тоже несколько раз приходилось брать займы, только не в нашей конторе.

Первые полгода наша компания расширялась. Стали открываться офисы, которые не только давали займы, но и брали деньги под процент. Приходили пенсионеры, вносили по 300 и 500 тысяч «гробовых», один 40-летний мужчина на старой машине привез 8 миллионов. Потом неожиданно офисы начали сокращать. Стали меняться один за другим генеральные директора, многие из них были хитрыми людьми, а я все еще работала неофициально. Я испугалась, что меня сократят, и уволилась.

Когда меня уже не было, стать генеральным предложили простому парню из службы безопасности, который раньше занимался взысканием денег. Он согласился, потому что предлагали большую зарплату. Вскоре обокрали офисы в Хабаровске, Комсомольске-на-Амуре, Благовещенске и Бикине — буквально в один день. Забрали деньги и документы. Людям, которые приходили возвращать займы, говорили, что они могут больше не платить. Бабушки, пришедшие за своими вкладами, остались ни с чем. Нового директора увезли в полицию, его предшественник, которого теперь обвиняют в том, что он спланировал ограбление, успел съездить в Таиланд и потратить там несколько миллионов. Следствие длится второй год, оба директора ходят на суды. Потерпевшие потеряли 59 миллионов рублей. Таких историй в интернете миллионы, в этом и есть основная особенность микрозаймов: сегодня они есть, завтра их нет. Им нельзя доверять.

У офиса по оформлению займов в Симферополе, 9 декабря 2016 года
Артем Коротаев / ТАСС / Vida Press

Игорь (попросил не указывать фамилию)

24 года, исполнительный директор микрозаймовой компании, Барнаул

Я работаю в этой сфере восемь лет. Оказался в ней сначала как случайный помощник родственнику, а закрепился на постоянку. У меня юридическое образование, оно больше помогает в работе, нежели экономическое. Компания небольшая — три офиса в Алтайском крае, планируем в ближайшее время еще один или два. 

Может показаться, что заниматься микрофинансированием легко: дал денег человеку, забрал с процентами, а разницу — в карман. На самом деле только в нашем крае за последний год количество местных игроков на рынке сократилось примерно на четверть. Работать все сложнее. Небольшим компаниям зачастую не под силу правильно сформировать и отправить отчет в ЦБ, налоговую, Росфинмониторинг и так далее. Не хочу показаться человеком, который видит заговоры везде и всюду, но государство действительно плотно взялось за эту сферу, и не все нововведения обоснованны. Даже сам ЦБ порой встает на защиту микрокредитования перед законодателями, но те считают, что им виднее.

Мы начинали в те времена, когда эту деятельность можно было вести как ИП. После 2014 года многое изменилось: вступил в силу закон о потребительском кредите, который обязал нас зарегистрировать ООО с включением в реестр в качестве МФО, что уже значительно затруднило работу. И с каждым новым изменением в законе и распоряжением Центробанка работать все труднее. Сейчас на рассмотрении в Думе лежит закон о том, чтобы максимальную ставку по потребительскому займу в микрофинансовой организации сократить до 150% годовых — а чаще всего (в том числе у нас) МФО берут по 2% в день. В переводе в годовые — 730%, довольно высокая ставка. Кто-то выдает займы только под паспорт, но процент еще выше. Зато — быстро и без вопросов.

Статистика по должникам отличается в разных офисах, но средняя цифра — около 7%. Практика показывает, что восемь из десяти должников, которые выплатили все после решения суда по взысканию, при повторном сотрудничестве вновь не платят. Опираться на свои субъективные впечатления о человеке, прогнозируя, будут ли с ним проблемы, — бесполезно. От социального статуса тоже ничего не зависит. Человек может приходить не всегда опрятным и трезвым, но долг выплатит в срок, а другой — со всех сторон положительный на хорошей машине — пропадет. Примерно треть всех заемщиков обращаются один раз, выплачивают деньги в срок и больше не возвращаются.

Занимают чаще всего 8–10 тысяч рублей на месяц. Кому-то нужно всего 500 рублей, кому-то — больше 10 тысяч. Но у нас такие условия, что в первый раз больше этой суммы не выдаем. Да и с точки зрения потребителя, чтобы под такие проценты взять 20–30 тысяч рублей и больше, нужно иметь высокий доход. А потребность в микрозаймах возникает все же не от хорошей жизни.

В последнее время, по моим наблюдениям, тенденция брать «до зарплаты» теряет актуальность. Чувствуется, что общество адаптировалось к экономической ситуации в стране с высокими ценами и низкими зарплатами. Но если жить у людей как-то получается, то когда возникают незапланированные траты — срочно сходить к стоматологу, оплатить лечение, поменять крышу и так далее, денег не хватает. Бывают ситуации, когда банк не самый удобный вариант: долго, далеко, нет гарантии, что одобрят. В таких случаях и обращаются в микрофинансовые организации. Наш первый офис был открыт именно в сельской местности, и там эта тенденция особенно видна: раз в сезон людям нужно потратиться, чтобы закупить дрова, уголь, что-то починить. В городе формат «займа до зарплаты», когда не сошлись концы с концами, встречается чаще.

Я вижу почти всех наших заемщиков (среди них, кстати, больше женщин, чем мужчин), часто бываю в каждом офисе и сам выдаю деньги. Как правило, люди приходят с проблемами, и ты волей-неволей вовлекаешься, сочувствуешь. Зачастую, если клиент сам сообщает о задержке платежа, мы приостанавливаем начисление процентов. То есть у нас не так, как в крупных федеральных компаниях, имеющих по 500–1000 офисов, когда владелец точно не знает, сколько у него сотрудников, а уж тем более клиентов. Чем они живут, зачем берут деньги и так далее.

В последнее время появилось много рекламы, которая предлагает людям избавиться от долгов, но эти обещания не всегда правдивы. Закон о банкротстве физических лиц, например, не говорит прямо о том, что если у тебя есть долги, то можно их списать. Есть законы, которые защищают в таких случаях интересы финансовых организаций. Но если кредит был выдан под незаконный процент, то юрист может доказать, что с человека хотят взять больше, чем можно.

Микрофинансовая организация «Твои деньги» в Петербурге, 2 февраля 2017 года 
Замир Усманов / ТАСС

Сергей (имя изменено)

52 года, фотограф, место проживания попросил не указывать

По работе мне постоянно нужен телефон: звонят коллеги, клиенты, заказчики. И вот прошлой осенью на меня неожиданно обрушился шквал звонков из коллекторского агентства. Автоответчик сообщал, что один мой коллега, который мне даже не родственник и не друг, задолжал микрофинансовой организации небольшую сумму. Насколько я помню — полторы-две тысячи рублей. Они, видимо, ожидали, что я должен буду как-то на него повлиять. Сам коллега, когда я ему позвонил и спросил, что за херня, отрицал, что вообще занимал и тем более давал кому-то мой телефон. Но та симка была зарегистрирована на жену, и если бы номер попал к кому-то случайно, вряд ли бы автоответчик обращался ко мне по имени и фамилии.

Звонили ежедневно по несколько раз с девяти утра до шести вечера — кроме выходных. Я пытался блокировать номера, но звонили с других, зарегистрированных в разных регионах. Всего я насчитал около пятидесяти номеров. Работать было невозможно. Советовался с разными людьми, все говорили, что избавиться от звонков не получится, проще выбросить симку.

Было обидно, что сам я не занимал и ничьим поручителем не становился, но оказался на линии огня. Пока искал решение в интернете на разных тематических форумах, узнал много интересного. Например, что часто мужики, занимая в таких организациях деньги, в качестве гарантии оставляют телефоны бывших подруг и жен — чтобы насолить.

Я нашел контакт коллекторской фирмы, из которой мне звонили, объяснил, что сам ничего не занимал и поручителем не выступал. Мне подтвердили, что мой контакт им передала микрофинансовая организация. Повезло, что согласился помочь — из спортивного интереса — знакомый юрист. Он обратился к коллекторам (их офис, кстати, оказался в Нижнем Новгороде, и хорошо, что это была официально работающая фирма, а не частники) — и предложил в досудебном порядке решить вопрос: либо вы прекращаете звонить, либо мы подаем в суд. Они обещали поговорить со службой безопасности и отстать от меня. 

После официального предупреждения юрист попросил меня фиксировать все вызовы, если они будут. Так и получилось: за месяц с чем-то я насчитал 170 звонков. Решив, что этого достаточно, мы вновь предложили коллекторам в досудебном порядке решить вопрос, но на сей раз с компенсацией. Они согласились и выплатили мне 25 тысяч рублей. Видимо, поняли, что мы серьезно намерены идти в суд и им дешевле принять наши условия, чем лететь на процесс из Нижнего Новгорода в Сибирь.

Слушайте музыку, помогайте «Медузе»

Анна Вальцева, Барнаул

Михаил Данилович, Пермь

Дарья Миколайчук, Владивосток

Ильнур Шарафиев, Казань

Реклама