истории

Как проходит суд по делу об убийстве Бориса Немцова. Главные вопросы и ответы За что убили политика? Почему одному из свидетелей пообещали «сломать ноги»?

Meduza
10:11, 16 декабря 2016

Фото: Анатолий Жданов / «Коммерсантъ»

По делу об убийстве Бориса Немцова, которое рассматривается Московским военным окружным судом уже третий месяц, сторона обвинения закончила демонстрировать присяжным свои доказательства. Теперь ход перешел к стороне защиты. Подсудимые себя виновными не считают. Из материалов дела следует, что заказчиком покушения на известного российского политика является водитель заместителя командира чеченского батальона «Север» Руслан Мухудинов и другие «неустановленные лица». «Медуза» попросила освещающего процесс журналиста «Медиазоны» Егора Сковороду ответить на главные вопросы о деле, которые возникли у редакции.

Кто судит предполагаемых убийц Немцова и кто их защищает?

Процесс идет в Московском окружном военном суде: это связано с тем, что предполагаемый киллер Заур Дадаев на момент совершения преступления служил во внутренних войсках, в чеченском батальоне «Север». Вердикт по делу будет выносить коллегия присяжных — со второй попытки в нее отобрали 22 человека (12 основных присяжных и 10 запасных); присяжных собирали по всему Московскому военному округу, поэтому многие из них едут на суд из других областей, живут в Москве, в гостинице, а на выходные уезжают домой.

Ведет процесс судья Юрий Житников. Раньше он служил в Северо-Кавказском окружном военном суде и, в частности, вел резонансное дело криминального авторитета Олега Гагиева по кличке Малыш — тот возглавлял банду киллеров, стоявшую за убийством двух мэров Владикавказа. После обвинительного вердикта присяжных Гагиев получил пожизненное заключение.

Обвинение представляют прокуроры Мария Семененко, Алексей Львович и Антуан Богданов. Семененко считается ведущим специалистом Генпрокуратуры по работе с судами присяжных, она была прокурором на процессе лидера «Русского образа» Ильи Горячева, в судах по делам об убийстве журналистки Анны Политковской и полковника Юрия Буданова.

Прокурор Алексей Львович известен по процессу над активистами организации «Хизб ут-Тахрир» — их приговорили к длительным срокам за покушение на государственный строй России. Военный прокурор Богданов участвовал в деле «Оборонсервиса»; в суде по делу Бориса Немцова он не проронил ни слова.

Интересы Заура Дадаева представляют адвокаты Марк Каверзин и Шамсудин Цакаев; Анзора Губашева — Муса Хадисов и Артем Сарбашев; Шахида Губашева — Магомед Хадисов. Темирлана Эскерханова защищает Анна Бюрчиева, а Хамзата Бахаева — Заурбек Садаханов. Видно, что в группе адвокатов основную роль играет Каверзин — он заявляет больше всего ходатайств и постоянно спорит со стороной обвинения.

Семью Бориса Немцова в процессе представляют адвокаты Вадим Прохоров и Ольга Михайлова.

Установлено ли уже, за что все-таки убили Немцова?

Нет. Обвинение придерживается версии, согласно которой подсудимые совершили преступление по корыстным мотивам. Им якобы обещали 15 миллионов рублей за убийство.

В суде время от времени звучат вопросы об отношении обвиняемых к Борису Немцову и скандалу с карикатурами на пророка Мухаммеда в журнале Charlie Hebdo (считается, что поддержка Немцовым карикатуристов тоже могла быть мотивом, но свидетелям об этом ничего не известно). Как одно из доказательств вины Темирлана Эскерханова прокуроры продемонстрировали присяжным его смартфон, где на одной из 46 открытых вкладок браузера сохранилось голосование на сайте «Эха Москвы» с вопросом: «Следует ли изданиям печатать карикатуры на пророка Мухаммеда в ответ на расстрел редакции Charlie Hebdo?»

Обнаружено ли орудие убийства?

Нет. Пистолет, из которого был застрелен Борис Немцов, до сих пор не найден. На месте убийства обнаружили патроны и гильзы калибра 9 мм. В своих первых показаниях предполагаемый киллер Заур Дадаев говорил, что это был пистолет Макарова с глушителем. В обвинительном заключении по делу сказано так: «не позднее 27 февраля 2015 года (день убийства политика — прим. „Медузы“) Руслан Мухудинов приобрел в неустановленном следствием месте у неустановленных лиц один экземпляр пригодного для стрельбы 9-мм огнестрельного оружия неустановленного образца».

Водолазы неподалеку от Большого Москворецкого моста в поисках орудия убийства Бориса Немцова, 3 марта 2015 года
Фото: Александр Миридонов / «Коммерсантъ»

Есть ли в деле записи с камер наблюдения, о которых много говорилось в первые дни после убийства политика?

Нет. Федеральная служба охраны отказалась предоставлять записи своих видеокамер, направленных на Большой Москворецкий мост и Красную площадь. По словам адвоката Ольги Михайловой, отказ не был обоснован.

В распоряжении обвинения есть камеры со здания ГУМа, которые запечатлели, как двое мужчин в темной одежде перед убийством Немцова ходят вокруг здания. В это время политик и его подруга Анна Дурицкая ужинали внутри ГУМа, в Bosco Cafe; они сидели возле окна с видом на Красную площадь. Как считает обвинение, именно через окно следившие заметили Немцова и дальше вели его до места убийства. Домработница Зарина Исоева, которая убиралась в двух квартирах, где бывали и жили подсудимые, подтвердила в суде, что наблюдавшие мужчины — это Анзор Губашев и Беслан Шаванов (последнего нет на скамье подсудимых; при попытке задержать его в Грозном он совершил самоподрыв — по официальной версии).

В деле есть также запись плохого качества с всепогодной камеры, запечатлевшей сам момент убийства.

Путь автомобиля ZAZ Chance, на котором 27 февраля скрылся убийца, следствие восстановило с помощью системы «Поток», фиксирующей номера автомобилей. Автомобиль был брошен в Трубниковском переулке. В двух вышедших из него мужчинах домработница Исоева снова опознала Губашева и Шаванова.

Кстати, именно по «Потоку» и системе учета неправильной парковки стало понятно, что следить за Немцовым начали еще в ноябре—декабре 2014 года — то есть до стрельбы в редакции Charlie Hebdo в январе 2015-го.

На скамье подсудимых находятся предполагаемые исполнители. А что с заказчиками?

Заказчиком покушения, по версии обвинения, были Руслан Мухудинов (это личный водитель заместителя командира батальона «Север» Руслана Геремеева; находится в розыске) и «иные неустановленные следствием лица». Их мотивы неясны.

Геремеев — родственник депутата Госдумы Адама Делимханова, сенатора Сулеймана Геремеева и начальника РОВД Шелковского района Вахи Геремеева. Имена этих людей, которые считаются ближайшим окружением главы Чечни Рамзана Кадырова, в суде практически не звучат. О возможной причастности Кадырова к преступлению перед присяжными говорили только политики Илья Яшин, Александр Рыклин и Геннадий Гудков, вызванные в суд как близкие соратники Бориса Немцова.

Адвокаты Вадим Прохоров и Ольга Михайлова просили вызвать в суд Кадырова и людей из его окружения, но судья им отказал.

Депутат Госдумы Адам Делимханов. Свидетели в суде говорят, что его родственник Руслан Геремеев много контактировал с обвиняемыми в убийстве Бориса Немцова 
Фото: Владимир Федоренко / Sputnik

А сам Дадаев и остальные говорили о том, в чьих интересах они действовали?

Подсудимые пока не выступали перед присяжными, они обещают сделать это позже. Но вины никто из них не признает; по репликам понятно: они будут говорить, что не имеют к покушению на Немцова никакого отношения, а первые признательные показания Дадаева и братьев Губашевых были получены под давлением.

Судя по протоколам допросов, сразу после ареста Заур Дадаев говорил, что убить политика ему за вознаграждение предложил некий «Русик» (следствие идентифицирует его как Руслана Мухудинова), а поводом для убийства якобы стало оскорбившее мусульман предложение Бориса Немцова перепечатывать карикатуры на Мухаммеда из Charlie Hebdo. Стоит отметить, что посвященная расстрелу карикатуристов запись Немцова на сайте «Эха Москвы» выдержана в нейтральном тоне, а перепечатывать карикатуры предлагал вообще не он, а Михаил Ходорковский.

Анзор и Шадид Губашевы первоначально тоже дали признательные показания, а потом отказались от них. Анзор Губашев, к примеру, говорил во время последних допросов, что в Немцова стрелял покойный Беслан Шаванов, причем друзей о своих планах он не предупреждал, а просто позвал их на прогулку. Темирлан Эскерханов и Хамзат Бахаев своей вины никогда не признавали.

Кто считается главным в этой группе? Как распределялись роли между ними?

Когда адвокат Вадим Прохоров задает этот вопрос свидетелям, видевшим всю компанию в квартире на улице Веерная, они отвечают, что главным среди них, конечно, был Руслан Геремеев из батальона «Север». Но Геремеев по делу не был допрошен даже как свидетель.

Если говорить о подсудимых, то основная роль отводится Зауру Дадаеву, Анзору Губашеву и Беслану Шаванову, которые непосредственно следили за Немцовым и должны были его застрелить. Руководителем группы считается Дадаев: именно он в октябре 2014 года купил ZAZ Chance, на котором следили за политиком, покупал телефоны и сим-карты, получил, если верить его первым показаниям, пистолет от Руслана Мухудинова, а затем застрелил Немцова.

Шадид Губашев помогал им в мелочах, например встречал в аэропорту прилетевшего из Грозного Беслана Шаванова. Роли Эскерханова и Бахаева не очень ясны — обвинение утверждает, что они, как и остальные участники группы, искали информацию о Немцове в интернете, а также иногда подвозили остальных.

Насколько стройной со стороны выглядит линия обвинения? Что с доказательной базой? Насколько убедительны адвокаты?

Обвинение выглядит убедительным, когда говорит о роли Заура Дадаева и Анзора Губашева. Видеозаписи из ГУМа и с Веерной улицы, биллинг конспиративных телефонов (один из которых Анзор Губашев «спалил», вставив разовую сим-карту в свой постоянный телефон), покупка машины ZAZ Chance и ее зафиксированные передвижения по маршрутам Немцова, их генетический материал в этой машине (к примеру, установлено, что Губашев оставил в ней бутылку из-под киселя), поспешное бегство в Грозный после убийства — все это складывается в цельную и достаточно непротиворечивую картину.

Сложнее с Шадидом Губашевым. Он бывал в квартирах на Веерной (там экспертиза нашла его генетический материал), встречал Шаванова в аэропорту (подсудимый этого не отрицает), часто помогал своему старшему брату Анзору и выполнял его просьбы. Несколько раз осенью 2014 года его телефон зафиксировали в районе коттеджного поселка Бенилюкс, где находился загородный дом Немцова. Губашев объяснил это тем, что он на своем КамАЗе возил стройматериалы по всему Подмосковью. Но прямых свидетельств его участия в слежке за Немцовым или подготовке убийства нет.

Роль, которую обвинение приписывает Темирлану Эскерханову и Хамзату Бахаеву — поиск информации о Немцове в Сети и предоставление транспорта другим участникам банды, — очень размыта и толком ничем не доказывается.

Фигуранты по делу об убийстве Бориса Немцова: Темирлан Эскерханов, Шадид Губашев и Хамзат Бахаев (слева направо), 22 ноября 2016 года
Фото: Антон Новодережкин / ТАСС

При этом нет сомнений, что Эскерханов давно был близок к Руслану Геремееву и плотно общался с Зауром Дадаевым. У него в телефоне так были записаны их номера: Дадаев — «Добрый Заур», Артур Геремеев — «Добрый Артур», Руслан Мухудинов — «Добрый Русик». Сам Руслан Геремеев записан как просто «Добрый».

Но едва ли подготовка убийства Немцова напрямую входила в сферу его деятельности. «Эскерханов был известен в Москве как своеобразный посредник между бизнесменами и чеченскими силовиками, прежде всего — Русланом Геремеевым. Темирлан приносил ему так называемые темы, чаще всего связанные с крупными долгами. И если суммы Геремеева устраивали, то начинались силовые операции по выбиванию денег у должников», — писал «Росбалт» со ссылкой на свои источники в силовых структурах.

Что касается Бахаева, то он в этой истории может оказаться достаточно случайным человеком. Обвинение не предоставило никаких прямых свидетельств того, что он имел отношение к подготовке убийства политика.

Адвокаты обвиняемых только начали предоставлять свои доказательства, поэтому говорить об их убедительности пока довольно сложно.

Свидетели по делу — кто они? Рассказали ли они что-то важное? Была ли допрошена подруга Немцова Анна Дурицкая?

Живущую в Киеве Дурицкую вызывали не раз, но она в суде так и не появилась, поэтому обвинение зачитало присяжным ее показания на следствии — выстрелы она сначала приняла за хлопки петард, убийцу не видела, ей вообще показалось, что стреляли из проезжавшей машины. По просьбе защиты ее снова вызвали в суд, но вряд ли она приедет.

Свидетелей обвинения, которых допрашивали перед присяжными, можно условно разделить на две группы. Первые рассказывали о жизни Немцова — чем он занимался, где бывал и что делал непосредственно в день покушения (это его коллеги, два водителя, администраторы спа-салона и Bosco Cafe). Они должны были показать присяжным, что Немцов и Дурицкая действительно были в тот день возле Красной площади и что Немцов действительно жил, работал и ходил в тех местах, где камеры и биллинг мобильных зафиксировали следивших за ним.

Вторые — это свидетели, которые наблюдали за жизнью предполагаемых киллеров на Веерной улице (риелторы, помогавшие снять и купить квартиры, дотошная консьержка, записывавшая всех входивших в подъезд, домработница). Они должны были показать, что все обвиняемые так или иначе связаны между собой, общались и жили вместе; кроме того, они опознавали знакомых им на видеозаписях.

Сергей Будников, водитель снегоуборщика, который ехал по мосту и к которому сразу после покушения подбежала Дурицкая, был допрошен следствием, но суд его найти не может.

Суд интересуется Русланом Геремеевым, раз уж его многократно упомянули свидетели?

Имя Руслана Геремеева звучит в суде постоянно. Именно он предоставил предполагаемым киллерам жилье (оплачивал аренду одной квартиры и был фактическим владельцем второй), он через день после убийства улетел в Грозный вместе с Дадаевым, а в квартире во время обыска нашли два командировочных удостоверения из батальона «Север», выписанных на лейтенанта Заура Дадаева и майора Руслана Геремеева.

После ходатайства адвокатов 7 декабря судья согласился направить повестки Руслану Геремееву и его племяннику Артуру Геремееву (его часто называют братом Руслана, однако свидетели утверждают, что все в этой компании называли Артура племянником).

Руслана и Артура Геремеевых вызывали на заседание 13 декабря, но они не явились. Накануне заседания источник «Росбалта» рассказал, что найти Геремеевых не удастся: «С момента следствия ситуация не изменилась. Местонахождение Руслана и Артура неизвестно, так что вручать повестки некому».

Подсудимые в Московском военном окружном суде, 3 октября 2016 года
Фото: Павел Головкин / AP / Scanpix / LETA

Свидетель Зарина Исоева рассказала, что Руслан Геремеев однажды пообещал ей «сломать ноги». За что?

Опознавшая членов группы на видео Зарина Исоева практически каждый день приходила убираться и готовить еду в обе квартиры предполагаемых киллеров, она — основной свидетель обвинения. Исоева хорошо знала всех, кто приходил в гости, подробно рассказала, как они жили.

Эпизод, когда, по словам Исоевой, Геремеев обещал, что он «сломает ей ноги», если она что-то лишнее узнает и расскажет, относится к одному из дней февраля 2015 года до убийства Немцова. Это звучит скорее как превентивная угроза слишком любопытной девушке. Так, на ее расспросы о том, чем он вообще занимается, Геремеев, с ее слов, отвечал: «Меньше знаешь, крепче спишь». Исоева также рассказала в суде, что летом 2016 года ей звонили люди «с кавказским акцентом», которые обещали «пробить голову и показать на ютьюбе», если она не исчезнет из Москвы.

Следует ли ждать формулировки: «преступление было совершено в интересах неустановленной группы лиц» или чего-то подобного?

Что-то подобное возможно. Прокурор Семененко на одном из последних заседаний повторила, что убийство Немцова запланировали «люди, чьи имена следствию пока неизвестны». Если присяжные признают, что подсудимые, если не все, то хотя бы часть из них, участвовали в преступлении и сделали это по найму, то можно ожидать, что сохранится формулировка следствия, посчитавшего, что покушение заказали Руслан Мухудинов и «иные неустановленные следствием лица».

Егор Сковорода