истории

Художники не хотят ваших «заказов» Андрей Звягинцев — о недопустимости вмешательства государства в культуру: «Коммерсант»

20:41, 26 октября 2016

Фото: Евгения Новоженина / Sputnik / Scanpix / LETA

В конце октября в России развернулась дискуссия о роли государства в искусстве. Тему поднял руководитель театра «Сатирикон» Константин Райкин, который резко высказался против любой цензуры в искусстве. Ему ответил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков: по его словам, цензура недопустима, но государство, если оно оплачивает тот или иной проект, вправе «обозначить ту или иную тему». 26 октября ему на страницах «Коммерсанта» ответил режиссер Андрей Звягинцев. «Медуза» максимально коротко пересказывает колонку режиссера (рекомендуя прочитать ее на сайте «Коммерсанта» целиком).

По словам Звягинцева, ситуация в экономике сейчас такова, что в России практически нет оперных театров или кинокартин, созданных без участия государства. Следовательно, почти вся культурная жизнь в стране зависит от чиновников. 

Режиссер спрашивает, кто же эти конкретные люди, которые осуществляют «заказ». Он упоминает министра культуры Владимира Мединского, его заместителя Владимира Аристархова, пресс-секретаря Владимира Путина Дмитрия Пескова, депутата Ирину Яровую — и задается вопросом: «Кто же наградил их безупречной квалификацией сразу во всех видах человеческой деятельности? Когда, наконец, чиновники поймут, что их дело — организовывать и поддерживать труд людей, а не раздавать им свои „заказы“?»

По словам Звягинцева, не художник обязан государству, а государство художнику. Он также напоминает, что чиновники распоряжаются не собственными деньгами, а деньгами налогоплательщиков. 

В конце колонки Звягинцев рассказывает историю о своем сыне. До первого класса он жил без телевизора и не знал, кто такой Владимир Путин. В первом классе его сразу научили тому, кто такой Путин — и что Путин «хороший и добрый». «Вот это и есть госзаказ», — заключает режиссер. 

Лао-цзы говорил: «Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он существует. Несколько хуже те правители, которые требуют от народа их любить и возвышать. Еще хуже те правители, которых народ боится». Другой перевод звучит еще строже: «В благополучном государстве подданные не знают имени своего правителя». Мы ходим по кругу. Знакомые тени встают и снова ввергают нас в дурной сомнамбулический сон, в котором нам снится наш страх.

Коммерсантъ