разбор

Почему Владимир Мединский — не историк

Meduza
07:05, 4 октября 2016

Фото: Михаил Метцель / ТАСС / Scanpix / LETA

Диссертационный совет Уральского федерального университета во вторник, 4 октября, рассмотрит вопрос о лишении Владимира Мединского ученой степени доктора наук. Диссертацию на тему «Проблемы объективности в освещении российской истории второй половины XV—XVII веков» по специальности «Отечественная история» будущий министр культуры РФ защитил в Российском государственном социальном университете в 2011 году. Не дожидаясь решения совета, «Медуза» объясняет, почему Владимир Мединский вполне может претендовать на звание худшего историка современной России.

Профессиональные историки еще несколько лет назад подробно проанализировали докторскую диссертацию Владимира Мединского и убедительно объяснили, почему она не может претендовать даже на статус плохой научной работы: диссертация просто не имеет к науке никакого отношения, кроме некоторых внешних признаков. Но дело не только в содержании работы — дело еще в том, каким образом она защищалась. В апреле 2016 года группа ученых подала заявление в Министерство образования и науки с требованием лишить Мединского ученой степени доктора наук. 4 октября диссертационный совет Уральского федерального университета должен рассмотреть это заявление и дать рекомендацию министерству. Мы рассказываем об основных претензиях ученых к исторической диссертации Владимира Мединского. 

Диссертация Мединского. Очень краткий пересказ

Мединский выбрал несколько десятков записок иностранцев о России XV—XVII веков и постарался доказать, что их сведения недостаточно объективны. Он приходит к выводу, что иностранцы плохо писали о России, потому что таков был «заказ политических кругов» — ослабить набирающую силу державу. 

Характерная цитата:

«Но в конце XV века Иван III сбросил ордынское иго и смело вышел на международную арену. Его сын Василий III вступил в борьбу за „киевское наследие“ с Польско-Литовским государством и Ливонией. Его победоносные походы привели к тому, что на Европу буквально обрушился поток негативной информации о России, распространяемой польскими королями и правителями Ливонии». 

Мединский никогда не был историком. А потом стал доктором наук

Будущий министр культуры учился на факультете международной журналистики МГИМО. В 1999 году Мединский стал доктором наук в области политологии (причем общество «Диссернет» обнаружило следы некорректных заимствований как в кандидатской, так и в докторской диссертации), но как историк никогда не был известен. Судя по списку публикаций в автореферате Мединского, свои первые работы по истории он опубликовал за два года до того, как стал доктором исторических наук. 

Мединский — автор пяти монографий. Но их никто не видел 

Всякий соискатель ученой степени доктора наук должен сперва предъявить свои опубликованные работы по теме исследования, напечатанные в научных журналах и изданиях. В автореферате, опубликованном на сайте РГСУ, список публикаций Мединского состоит из десяти научных статей и пяти монографий. Однако позже оказалось, что все пять монографий существуют, судя по всему, только в виде заголовков. «Новая газета» отправляла запрос в Книжную палату и выяснила, что там о существовании упомянутых книг ничего не знают. Кроме того, авторы заявления о лишении Мединского степени установили, что из десяти статей напечатаны были только девять. В Российскую государственную библиотеку поступила уже новая версия автореферата — четыре из пяти загадочных монографий из списка публикаций исчезли. Копии обоих авторефератов приложены к заявлению о лишении степени. 

К слову, даже если вывести за скобки все перечисленные проблемы с опубликованными работами Мединского, останется еще по меньшей мере одно немаловажное затруднение: в статьях диссертанта должны быть представлены основные наработки к докторской. В случае с Мединским это не так: около трети исследуемого в его диссертации периода никак не упоминается в его опубликованных работах. 

Мединский защитился в диссовете своего научного руководителя. И публиковал работы в его журналах

Научным консультантом Мединского во время работы над исторической диссертацией стал академик РАН Василий Иванович Жуков. Одновременно он был ректором РГСУ, председателем диссертационного совета при университете и по сути главой двух научных журналов — «Ученые записки РГСУ» и «Социальная политика и социология». Все десять статей (вернее, девять) Мединский опубликовал именно в этих двух журналах — хотя логичным было бы публиковать их в профильных изданиях. Загадочные монографии, которых никто не видел, также вышли (или не вышли) в научном издании при РГСУ. Таким образом, будущий министр культуры защищался в диссертационном совете своего научного руководителя Жукова (в составе совета не было ни одного специалиста по исследуемому Мединским периоду), а публикации, необходимые для соискания степени, делал в связанных с ним изданиях. 

Мединский не знает, что такое историческая наука

На первых же страницах диссертации Мединский приводит цитату, которой многим хватило бы для того, чтобы сразу закрыть работу и больше никогда к ней не возвращаться. 

«Критерием положительной или отрицательной оценки, — по словам нашего современника — известного русского ученого и мыслителя О.А.Платонова, — могут быть только национальные интересы России. Первый вопрос, на который должна честно ответить историческая наука, — насколько то или иное событие или частное деяние отвечает интересам страны и народа. Взвешивание на весах национальных интересов России создает абсолютный стандарт истинности и достоверности исторического труда».

Мединский ссылается на Платонова и называет его «известным русским ученым и мыслителем», хотя Платонов не имеет к науке никакого отношения. Он — отрицатель холокоста и автор книг вроде «Тайна беззакония. Иудаизм и масонство против христианской цивилизации», «Загадки Сионских протоколов» и «Бич Божий. Величие и трагедия Сталина». Впрочем, цитата действительно отлично показывает представление Мединского о работе историка: наука должна давать событиям положительную или отрицательную оценку, исходя из национальных интересов России. 

Мединский не знает материала, о котором пишет

Мединский утверждает, что им «впервые проведено комплексное, системное исследование и сформировано целостное представление о восприятии и оценке общей картины повседневной жизни московского общества европейцами, побывавшими в нашей стране во второй половине XV—XVII веках». Но, как отмечает в своей рецензии доктор исторических наук Вячеслав Козляков, о подавляющем большинстве источников Мединский явно ничего не знает. И Козляков, и другие профессиональные историки обращали внимание, что Мединский, очевидно, ничего не знает и об основополагающих исследованиях по теме своей диссертации. 

Историк Алексей Лобин пишет: 

«Лично я сильно сомневаюсь, что диссертант, не имеющий базового исторического образования, читал в подлинниках все дела (подчеркиваю — несколько тысяч страниц скорописи XVI—XVII веков), якобы использованные в диссертации. Установить достаточно легко — нужно всего лишь посмотреть листы использования архивного дела. Но увы, там мы не найдем искомую фамилию. А ссылается Мединский на архивные дела с одной целью — показать „научную значимость работы“». 

Мединский использует очень странную аргументацию

Мединский критикует сведения иностранцев о Русском государстве очень простым способом: приводит цитату и объясняет, почему все не так. Вот всего три примера, которые приводят историки в своих критических разборах:

1. «Данные датчанина о содомии, несомненно, были выдумкой, поскольку все иностранцы, положительно относившиеся к России, писали, что у русских людей было прирожденное отвращение к порокам».

2. «Но на самом деле русские люди, по сравнению с иностранцами, были настоящими трезвенниками. Ведь им разрешалось употреблять спиртные напитки всего несколько дней в году, по четырем большим церковным праздникам. Иностранцы же пили беспробудно и ежедневно».

3. «По его убеждению, московиты лучше следовали христианским заповедям, чем европейцы. „Величайшим злодеянием у них считалось обманывать и прелюбодействовать, разврат и распутство среди них встречались редко, а клятвопреступление и богохульство — никогда“. Совершенно очевидно, что данную информацию Альберт получил от своих родственников, достаточно долго живших в Москве и занимавшихся торговлей в России. Думается, что этим сведениям можно полностью доверять, поскольку их сообщили люди далекие от политики». 

Некоторые свои умозаключения Мединский вообще не считает нужным чем-либо подтверждать: 

«На самом деле в России развивались такие же научные знания, как и во многих европейских знаниях: философия, география, астрономия в форме астрологии и др.»

Как отмечает Козляков, оборот «на самом деле» встречается в работе 131 раз. 

Мединский допускает детские ошибки

Пожалуй, самый яркий пример грубейшей ошибки в диссертации, обнаруживающей уровень знаний соискателя, — рассуждение о языке Священного Писания у православных, католиков и протестантов во времена Ивана Грозного:

«Как известно, у православных верующих все церковные книги были написаны на русском языке, поэтому понять их содержание было легко. Иная ситуация была у католиков и протестантов. У них Священное Писание было написано на латыни, которую рядовые верующие не знали».

Авторы заявления о лишении Мединского докторской степени пишут: «…в одном предложении он [Мединский] сумел показать, что ему ничего не известно ни о таком феномене, как церковнославянский язык, ни о переводе Священного Писания на немецкий язык, сделанном Лютером». 

Мединский использует некорректные заимствования

Для библиографии к своей диссертации Мединский скопировал фрагменты библиографий к чужим работам, и судя по некоторым признакам, он брал их из интернета. Авторам заявления в Министерство образования и науки удалось это установить традиционным способом — по повторным ошибкам: и в библиографии диссертации, и на сайтах, откуда их брал будущий доктор наук, встречаются похожие ошибки распознавания немецкого текста. В одном месте Мединский аккуратно ссылается на ресурс, торгующий рефератами в интернете. С этого сайта исследователь взял фрагмент из чужой работы и никак не упомянул автора. Следы некорректных заимствований находили не только в тексте, но и в автореферате к диссертации.

Мы не перечислили и трети недостатков диссертации Мединского

Подробнее о диссертации Мединского можно почитать в текстах, которые мы использовали для этого материала:

Заявление о лишении Владимира Ростиславовича Мединского ученой степени доктора наук (В.Н.Козляков, К.Ю.Ерусалимский, И.Ф.Бабицкий)

Рецензия на диссертацию Мединского (В.Н.Козляков)

«Пещерное источниковедение» (А.Н.Лобин)

«Без навыков историка» (В.В.Пенской)

О плагиате в докторской диссертации В.Р.Мединского («Актуальная история»)