истории

Заключенные или пленные Кого еще могут обменять Россия и Украина: главные имена

Meduza
Последователи запрещенной в РФ организации «Хизб ут-Тахрир» Руслан Зейтуллаев, Юрий (Нури) Примов, Рустем Ваитов и Ферат Сайфуллаев в ростовском суде
Последователи запрещенной в РФ организации «Хизб ут-Тахрир» Руслан Зейтуллаев, Юрий (Нури) Примов, Рустем Ваитов и Ферат Сайфуллаев в ростовском суде
Фото: Валерий Матыцин / ТАСС / Scanpix / LETA

В течение мая-июня 2016 года Украина и Россия произвели два важнейших обмена осужденными. 25 мая украинскую летчицу Надежду Савченко отправили в Киев; одновременно в Россию вернулись бывшие бойцы спецназа ГРУ, россияне Александр Александров и Евгений Ерофеев. 14 июня по такому же принципу состоялся обмен украинцев Геннадия Афанасьева и Юрия Солошенко на одесских журналистов, граждан Украины Елену Глищинскую и Виталия Диденко. По просьбе «Медузы» киевская журналистка Юлиана Скибицкая рассказывает, кого еще из украинцев и россиян могут в ближайшее время обменять по похожей схеме. 

Россия: «крымские террористы»

С присоединением Крыма и началом вооруженного конфликта в Донбассе в первой половине 2014 года одним из элементов противостояния между странами стали аресты российских граждан на Украине и украинцев — в России. Первым и одним из самых громких оказалось дело «крымских террористов». Его фигурант Геннадий Афанасьев вернулся 14 июня на Украину — его помиловал президент России Владимир Путин. Взамен в Россию приехали одесситы Елена Глищинская и Виталий Диденко, тоже граждане Украины.

Афанасьев был арестован 9 мая 2014 года; 11 мая крымские силовики задержали украинского режиссера Олега Сенцова, 16 мая под стражу взяли еще одного жителя Крыма — Александра Кольченко. Все трое были активистами украинского «Евромайдана» на полуострове. Во время подготовки референдума о присоединении Крыма к РФ в марте 2014 года все трое выступали на проукраинских митингах, привозили еду заблокированным в своих частях в Крыму украинским военным.

Сенцова обвинили в создании на территории Крыма террористической группировки, которая, по мнению следствия, координировалась «Правым сектором» (организация признана в России экстремистской и запрещена). Ключевые показания против режиссера дал Афанасьев — во время допросов он признал, что Сенцов был лидером группировки. На суде Афанасьев отказался от своих слов, заявив, что его пытали. Суд все равно приговорил Сенцова к 20 годам колонии строгого режима, его соратника Кольченко — к десяти годам. На суде Сенцов вел себя свободно, назвал слушания «скучной передачей», а во время вынесения приговора пел гимн Украины. Афанасьева судили отдельно, он получил семь лет лишения свободы.

Олег Сенцов (слева) и Александр Кольченко в Северо-Кавказском окружном военном суде, 25 августа 2015 года
Олег Сенцов (слева) и Александр Кольченко в Северо-Кавказском окружном военном суде, 25 августа 2015 года
Фото: Василий Дерюгин / Коммерсантъ

На Украине считалось, что Сенцов и Кольченко — главные кандидаты на следующий обмен после Надежды Савченко. Еще до ее возвращения, в апреле 2016 года, адвокаты «крымских террористов» подали прошение в Минюст России о том, чтобы разрешить им отбывать наказание на Украине.

«Осужденные должны быть гражданами Украины, более шести месяцев отбыть наказание по приговору, статья, по которой они были осуждены в России, должна быть в уголовном кодексе Украины, — перечисляла «Медузе» условия, по которым Сенцов и Кольченко должны отправиться на Украину, адвокат последнего Светлана Сидоркина. — Это основные пункты документа, написанного заявителями о согласии отбытия наказания на Украине. Другими словами, по закону есть все основания для принятия решения об отбывании ими срока на Украине». Однако процесс переговоров заглох; сейчас, по словам Сидоркиной, нет никакой информации о перспективах возвращения Сенцова и Кольченко на Украину.

Россия: чеченский след Карпюка и Клыха

Ровенский националист Николай Карпюк и киевлянин Станислав Клых находятся под стражей в России с 2014 года. Карпюка задержали в марте 2014-го, он заявил, что его похитили российские силовики на границе с Россией. Клыха арестовали в августе 2014 года в Орле, куда он приехал к знакомой девушке.

В Следственном комитете утверждали, что располагают доказательствами об участии украинцев в первой чеченской войне на стороне боевиков-сепаратистов. »[Клых и Карпюк] прибыли с Украины на территорию Чеченской Республики с тем, чтобы на стороне банд, возглавляемых Асланом Масхадовым и Шамилем Басаевым, совершать нападения и убийства граждан, военнослужащих, а также сотрудников правоохранительных органов РФ», — говорилось в материалах дела.

Николай Карпюк в 2001 году стал главой националистической организации «Украинская национальная ассамблея — Украинская народная самооборона» (УНА-УНСО; в России организация признана экстремистской и запрещена), ее активным членом он был с начала ее основания еще в 1990-х годах. Там же Карпюк познакомился с Александром Музычко, больше известным как Сашко Билый — ровенским националистом, убитым в ходе перестрелки с украинскими силовиками в марте 2014 года. Про Музычко известно, что в первую чеченскую кампанию он воевал на стороне боевиков в составе отряда УНА-УНСО и был лично награжден Джохаром Дудаевым орденом «Герой нации». Сам Карпюк в начале 1990-х вместе с другими соратниками из УНА-УНСО был участником событий в Приднестровье на стороне сепаратистов; он также воевал на стороне Грузии во время грузино-абхазского конфликта в 1992-1993 годах. К моменту начала «Евромайдана» в ноябре 2013-го входил в ровенское отделение «Правого сектора».

Российские следователи утверждают, что Клых также входил в состав УНА-УНСО и — совместно с Карпюком и бывшим лидером «Правого сектора» Дмитрием Ярошем — воевал в Чечне. Клых свое отношение к УНА-УНСО отрицает. Его мать уверяет, что в 1994-1995 годах, во время первой чеченской кампании, Клых находился в Киеве — он учился на историческом факультете киевского университета.

В 2008 году Клых стал активистом украинской организации «Спас», которая выступает за «единый славянский мир», что противоречит националистической идеологии УНА-УНСО. В том же году Клых давал совместную пресс-конференцию с Оксаной Шкодой, подругой Игоря Стрелкова-Гиркина (в 2008 году он служил в ФСБ, увлекался военной реконструкцией; в 2014-м приехал с отрядом в Славянск воевать против украинской армии). На пресс-конференции Клых и Шкода осуждали Украину за поддержку Грузии в конфликте с Южной Осетией.

Во время следствия Карпюк и Клых признали свою вину, а позже заявили в суде, что показания дали под пытками. 26 мая 2016 года суд приговорил Карпюка к 22 с половиной годам заключения, Клыха — к 20 годам.

«В июне 2016 года мать Клыха была на свидании с ним, — говорит «Медузе» украинская правозащитница Мария Томак, которая занимается делами украинцев, осужденных в России. — Она утверждает, что ее сын действительно психически болен. Она его не узнает, он совсем не такой, как был. Карпюк же чувствует себя хорошо, занимается спортом. Полон оптимизма и боевого настроя».

Станислав Клых и Николай Карпюк в Верховном суде Чечни
Станислав Клых и Николай Карпюк в Верховном суде Чечни
Фото: Антон Наумлюк

Россия: дела «украинских шпионов»

74-летний Юрий Солошенко 14 июня 2016 года вернулся на Украину (вместе с Геннадием Афанасьевым). Он — один из старейших сотрудников полтавского оборонного завода «Знамя», в последние 20 лет возглавлял его; в 2014-м он приехал в Москву на встречу с партнерами и был задержан российскими силовиками. О его деле известно мало — Солошенко судили за шпионаж, процесс проходил в закрытом режиме. Сам он рассказывал, что его обвинили в попытке выкрасть некие секретные материалы. »«Секретными материалами» оказались бумаги на системы С-300, которые эксплуатируются в Вооруженных силах Украины 40 лет, и комплектующие делаются на киевском заводе «Генератор», — утверждал Солошенко.

В закрытом режиме проходил суд и над Валентином Выговским, еще одним «украинским шпионом». В декабре 2015 года Мосгорсуд приговорил его к 11 годам по статье «шпионаж». Во время следствия украинец признал свою вину. «Интерфакс», со ссылкой на свои источники в ФСБ, сообщал, что Выговский якобы привлекал работников российских организаций оборонно-промышленного комплекса авиационно-космического профиля к сбору и передаче ему закрытой технической документации через интернет. В поле зрения российских спецслужб он попал еще в 2012 году.

Отец Валентина Выговского Петр уверяет, что его сын всегда увлекался авиацией и космонавтикой, общался на форумах с россиянами, которые разделяли его хобби. Возможно, потому он и попал в поле зрения спецслужб. Петр Выговский настаивает, что его сын ни в чем не виноват. Представители МИД Украины называли дело Выговского «очередным проявлением цинизма» со стороны России.

Россия: преследуемые в Крыму 

По словам правозащитницы Марии Томак, всего в России находятся 29 украинцев, которые признаны МИД Украины политзаключенными. Больше половины из них задержаны в Крыму после его присоединения к России. Десять из них — крымские мусульмане, по делу которых продолжается суд. Они обвиняются в организации и участии в террористической группировке. Речь идет о партии «Хизб-ут-Тахрир-аль-Ислами» (признана в России террористической и запрещена с 2003 года; при этом разрешена на Украине). Четверо фигурантов — Руслан Зейтуллаев, Нури Примов, Рустем Ваитов и Ферат Сайфуллаев — этапированы в Ростов-на-Дону. Следствие по их делу еще продолжается, суд не начался.

Крымских татар задерживали в период с января по апрель 2015 года. Прокурор Крыма Наталья Поклонская заявила, что задержанные — «террористы». «Это не татары, это террористическая организация. Мы не делаем разбивки по национальности», — говорила она журналистам, комментируя вопрос о многочисленных обысках в домах крымских татар. Как объясняет Мария Томак, в деле крымских татар нет данных о том, что они совершали или готовили насильственные действия. Но, по статье 205.5 Уголовного кодекса РФ, по которой их судят, этого и не требуется — достаточно членства в организации, которая признана террористической.

Преподаватель и блогер Юрий Ильченко был арестован в Крыму в июле 2015 года. За полгода до этого он опубликовал на своем сайте статью, в которой резко критиковал мартовские события 2014-го и призывал «дать отпор агрессору». Тогда же Ильченко попал в поле зрения российских спецслужб.

«Толпа молодых людей, человек десять, они прямо с порога меня отшвырнули, заняли комнаты, кухню, все, нам с женой сказали — ничего не трогайте, никуда не подходите. Они часа четыре все перетряхивали, обыск был. Потом они мне показали постановление на обыск», — так рассказывал о задержании отец Юрия, Геннадий Ильченко. Суд по делу блогера продолжается, его обвиняют в экстремизме, по этой статье он может получить до пяти лет лишения свободы.

Украинца Андрея Коломийца 10 июня 2016 года Киевский суд Симферополя приговорил к десяти годам лишения свободы. Коломиец — активный участник «Евромайдана», был на баррикадах в Киеве. Его обвинили в избиении сотрудников «Беркута» в Киеве, а также в хранении наркотиков.

Уголовное дело против Коломийца возбуждено в мае 2015 года. Его задержали в Кабардино-Балкарии, куда тот приехал к своей гражданской жене. На суде Коломиец отрицал, что бросал в «Беркут» «коктейли Молотова»; найденные в доме его гражданской жены наркотики, по его словам, принадлежат ее бывшему мужу. Во время судебного заседания адвокат Коломийца предоставлял документы из Генеральной прокуратуры Украины: в Киеве виновным в нападениях на сотрудников «Беркута» его не считают.

Украина: фигуранты «дела 2 мая» в Одессе

Украинские официальные ведомства заявляют о гражданах страны, которые стали политзаключенными в России; в РФ ситуация принципиально иная. Лишь в мае 2016 года года президентский совет по правам человека направил письмо главе подкомитета ООН по предотвращению пыток Малькольму Эвансу, в котором указан список из 52-х политических заключенных на Украине; двое из них — граждане России. Это Евгений Мефедов и Максим Сакауов, участники беспорядков 2 мая 2014 года у Дома профсоюзов в Одессе. В списке не было еще находящихся в украинской тюрьме бывших российских военных Евгения Ерофеева и Александра Александрова.

Заседание суда по «делу 2 мая» в Одессе
Заседание суда по «делу 2 мая» в Одессе
Фото: Таймер

Сакауов задержан украинскими силовиками 2 мая 2014 года сразу после беспорядков в одесском Доме профсоюзов. Тогда пророссийские активисты, жившие в палатках на Куликовом поле (площадь в Одессе), подрались с местными сторонниками «Евромайдана». В результате столкновений загорелся Дом профсоюзов, где находились в основном «антимайдановцы»; погибли 48 человек.

Сакауова обвинили в участии в массовых беспорядках, ему грозит 15 лет тюрьмы. По этому же делу проходит и Евгений Мефедов. Он настаивает, что приехал в Одессу как турист, а в Доме профсоюзов пытался спрятаться, чтобы его не избили. Оттуда Мефедова вывела украинская милиция, у него были ожоги рук и дыхательных путей.

В конце апреля 2015 года Сакауов объявлял голодовку из-за продления срока содержания под стражей; аналогичным образом отреагировал и Мефедов. В декабре 2015-го он пытался порезать себе вены прямо в зале суда — из-за того, что его не хотели отпускать под залог.

Одесское издание «Думская» писало, что в марте 2015-го Сакауова и еще одного фигуранта «дела 2 мая» украинца Владислава Романюка должны были обменять на украинского военнослужащего, находившегося в плену у донецких сепаратистов (имя военнослужащего не называлось). Обмен так и не состоялся. В июне 2016-го, когда стало известно о возвращении на Украину Геннадия Афанасьева и Юрия Солошенко, также ходили слухи, что их обменяют на Мефедова и Сакауова. Тем не менее оба пока остаются под стражей на Украине. 

Украина: «террористка» из «группы Лесника»

Москвичка Анастасия Леонова задержана на Украине в декабре 2015-го. Весной того же года она уехала из России — как она сама говорила, из-за своей «оппозиционной позиции». Оказавшись на Украине, Леонова работала санитарным инструктором в гражданском (штатском)  корпусе добровольческого батальоне «Азов», воевавшем с сепаратистами. В течение недолгого времени она состояла волонтером в «Правом секторе», где познакомилась с разведчиком-добровольцем Олегом Мужчилем (позывной «Лесник»). По данным СБУ Украины, вернувшись из зоны конфликта в Киев, «Лесник» организовал «диверсионную группу» из трех россиян (какие именно диверсии на территории Украины они готовили, неизвестно), в группу входила и Леонова. «Лесника» убили в ходе операции по задержанию.

Россиянка Анастасия Леонова, которую подозревают в подготовке терактов на
Украине, 24 мая 2016 года
Россиянка Анастасия Леонова, которую подозревают в подготовке терактов на Украине, 24 мая 2016 года
Фото: Александр Синица / УНИАН

Леоновой несколько раз продлевали содержание под стражей в украинском СИЗО СБУ. Как она рассказала «Медузе», ее содержали в тяжелых условиях — в камере не было солнечного света, среди ночи к ней приходили силовики с обысками и внеплановыми допросами. 6 марта 2016-го Леонову выпустили из СИЗО, поскольку суд ранее отказался продлить срок ее содержания под стражей на два месяца, как требовало обвинение. Через десять дней суд постановил снова взять ее под стражу. С 17 мая она официально находится на свободе в статусе подозреваемой и все еще остается фигурантом уголовного дела.

«Мы начали знакомиться с делом. Пока я видела только один том, сколько их еще — мне неизвестно. Зато 21 июня я наконец-то познакомилась со своими соучастниками, которых вместе со мной тоже обвиняют в терроризме», — говорит «Медузе» Леонова. Она уверяет, что невиновна и ее дело сфабриковано. Возвращаться в Россию Леонова не собирается; она заявила, что не будет участвовать ни в каких обменах, если ей поступит такое предложение.

Украина: «шпионы» и бойцы из Донбасса

Несколько россиян были задержаны на линии разграничения между территорией самопровозглашенных ДНР и ЛНР с Украиной. Например, Николая Корчагина из Рязанской деревни Баграмово взяли в плен украинские военнослужащие 15 июня 2014 года на блокпосту возле Славянска (город тогда контролировался сепаратистами). В интернете позже появилось видео, где Корчагин показывает паспорт гражданина России.

Признали его и в родной деревне, откуда, как выяснилось, воевать в Донбасс поехали пять человек. «Он в начале марта уехал в Крым, — рассказывала мать Корчагина Мария. — Сказал, что по контракту служить. Уехало их несколько человек, потом некоторые из них вернулись, чтобы рассчитаться на работе, — и обратно. А Коля не приезжал. Позвонил только, попросил наколенники, кроссовки и пять тысяч рублей. Я все через ребят и отдала. Дня через три опять звонил, говорил, что все ему передали».

В январе 2015-го Корчагина осудили на восемь лет лишения свободы за участие в деятельности террористической организации и незаконном вооруженном формировании, а также за незаконное ношение оружия.

Задержание Николая Корчагина
Задержание Николая Корчагина
Кадр оперативной съемки СБУ

По данным «Медиазоны», как минимум два гражданина России были арестованы на Украине по статье «шпионаж». Во Львове в 2014 году россиянина, чье имя неизвестно, обвинили в сборе информации об украинской армии в зоне проведения антитеррористической операции; эти данные он «намеревался передать спецслужбам РФ». В декабре 2014 года его приговорили к десяти годам лишения свободы; в мае 2015-го это решение отменил апелляционный суд, новый приговор еще не вынесен.

В Чернигове гражданин России Макаров, по данным украинских силовиков, с 2009 года занимался «сбором секретных сведений в области разработки военных технологий и изготовления товаров военного назначения», а также вербовкой украинских военнослужащих. В апреле 2015-го ему дали девять лет тюрьмы.

Будут ли новые обмены 

Министерство юстиции Украины и Федеральная служба исполнения наказаний РФ на протяжении десяти дней не ответили на запросы «Медузы» о том, сколько граждан соседних стран задержано или осуждено на их территории. По украинцам в России ситуация тем не менее яснее: представители власти называют такое же число политзаключенных, что и правозащитники — 29 человек.

В украинской Службе безопасности в ответ на запрос «Медузы» указали, что за период с 2014 по 2016 годы на территории страны задержан 121 гражданин РФ. В суды отправлены 48 дел; 27 россиян отбывают наказание. В СБУ уточнили, что речь идет только о людях, проходящих по делам, связанным с угрозой безопасности страны и сепаратизмом.

По информации адвоката Ильи Новикова, который защищал Надежду Савченко, на Украине находятся больше ста россиян, проходящих по разным уголовным делам. Поэтому «материала для обмена» достаточно в обеих странах, говорит Новиков «Медузе». Вопрос, по его словам, лишь в том, насколько стороны заинтересованы продолжать наметившуюся в последний месяц тенденцию.

Сам Новиков считает, что обмены продолжатся. Правозащитница Мария Томак полагает, что первый на очереди — Станислав Клых из-за проблем со здоровьем. Точной информации о грядущих обменах нет. «Российская сторона настаивает, чтобы все переговоры об обменах проходили в полной секретности, — говорит Илья Новиков. — Да, какая-то информация просачивалась накануне, но это, к счастью, не помешало операции».

Юлиана Скибицкая

Киев