истории

«Шансы победить теперь ухудшились» Участники Демократической коалиции объясняют, почему она развалилась

Meduza
15:33, 28 апреля 2016

Фото: Александр Неменов / AFP / Scanpix

Поздно вечером 27 апреля оппозиционные политики Алексей Навальный и Владимир Милов вышли из состава Демократической коалиции, которая должна была принимать участие в сентябрьских выборах в Госдуму. Навальный и его сторонники недовольны тем, что лидер партии «Парнас» (на базе этой зарегистрированной в Минюсте партии создана коалиция) Михаил Касьянов отказался соревноваться с другими кандидатами на внутрипартийных праймериз. В самом «Парнасе» утверждают, что первое место Касьянова в списке — результат договоренностей всех членов коалиции, а решение Навального выйти из коалиции продиктовано демонстрацией в эфире НТВ «разоблачительного фильма» «Касьянов день». «Медуза» выяснила у представителей входивших в Демократическую коалицию политических сил, как они относятся к распаду объединения.


Покинувший коалицию Алексей Навальный объяснил, что решение коалиции поставить Касьянова первым номером списка и избавить его от процедуры праймериз — ошибка. «Никого тут не обманешь, ясно, что первый номер — это самое важное, что есть в избирательной кампании, и мы столкнулись с полным отсутствием интереса к праймериз. Ошибку может совершить любой, важно признать ее и исправить», — написал он в своем блоге (просьбу «Медузы» о комментарии он проигнорировал). На заседании совета демократической коалиции 27 апреля, по словам Навального, четыре из пяти ее членов (либертарианцы, партия «5 декабря», Партия прогресса и «Демократический выбор») заявили, что «считают необходимым вернуться к первоначальному замыслу: праймериз на весь список без льгот и привилегий». Однако «Парнас» заблокировал это решение (в коалиции они принимались только консенсусом). Также «Парнас» отказался принять предложение партии «5 декабря» разрешить спор об участии Касьянова в праймериз голосованием зарегистрировавшихся избирателей. «В этой ситуации мы — Партия прогресса — делаем то, что должны. Продолжаем считать „Парнас“ нашим политическим союзником, но заявляем о своем неучастии в партийном списке», — заявил Навальный.

Константин Мерзликин

Заместитель председателя партии «Парнас», ближайший соратник Михаила Касьянова

Фото: Василий Шапошников / «Коммерсантъ»

Общее ощущение — это, конечно, сожаление. Нам представляется, что это большая ошибка [Навального и Милова], так как те причины, которые формулируются в оправдание этого решения, крайне неубедительны. Мы убеждены, что договоренности, достигнутые в коалиции в декабре, должны выполняться. Мы ими руководствовались вплоть до последнего дня и не видим, что произошло что-то такое в стране, что заставило бы нас эти договоренности пересматривать.

Вся эта история с пересмотром договоренностей началась после печально известного фильма «Касьянов день», и нам предъявляли, что его показ, дескать, изменил ситуацию и поэтому Касьянов должен свою легитимность подтвердить на праймериз или вообще покинуть список и отойти в сторону. Мы считаем такую причину ничтожной и абсолютно убеждены, что избиратели ждут от нас адекватной реакции на подобные провокации со стороны власти — демонстрации стойкости, партнерства и взаимной поддержки.

Такие эпизоды нас должны только консолидировать, тем более что они относятся не только к Касьянову. Напомню, что вскоре показали и не менее провокационный фильм в отношении Навального. Если следовать логике, то он на нас должен был тоже произвести глубокое впечатление и мы не должны были бы теперь садиться рядом с Навальным, раз он теперь воспринимается многими телезрителями как шпион ЦРУ. Мы убеждены, что нельзя руководствоваться принципом «Есть провокация, надо реагировать и кидать своих».

Вместе с тем мы считаем, что ничего фатального пока не произошло, и в основной своей массе кандидаты, поддержанные «Демвыбором» и Партией прогресса, ни с праймериз, ни с выборов сниматься не намерены. Существует возможность наверстать потерянное. Выход Навального из политического процесса, разумеется, снижает наши ресурсы, но мы полагаем, что он одумается и включится в работу согласно тем базовым договоренностям, которые мы рассматриваем как нечто незыблемое и неизменяемое.

— Почему не пожертвовать этой частью договоренностей, чтобы сохранить единство?

— Нет, это невозможно. В любой другой ситуации это, может, и было бы возможно, но в ситуации, когда это выглядит — а так оно и есть! — как реакция на провокации власти, совершенно невозможно. Наши коллеги из Партии прогресса и «Демвыбора» в декабре убеждали своих сторонников, что решение правильное, что Касьянов — это лучший из бывших премьеров, что он — очень перспективная кандидатура, что он — единственное, кроме Навального, абсолютно узнаваемое лицо. Я задаю им вопрос: «Что случилось?» Они говорят: «Фильм». А раз фильм, то тем более никто не должен ничего пересматривать, потому что в глазах людей это выглядит как прогиб. Ну будет кто-то другой первым номером, а про него тоже фильм покажут. И что тогда?

— Публично они говорят не про фильм, а, например, про отсутствие интереса к праймериз.

— Это не проблема Касьянова, а наша общая проблема. Утверждать, что в связи с показом фильма снизился интерес к праймериз, — это по меньшей мере передергивание. Мы очень рассчитывали, что Навальный и его коллеги используют свои медийные возможности в интернете и в других коммуникативных средах, чтобы эту историю продвигать. Теперь это выглядит так: «Вы не справились, а я тут ни при чем». Почему? Мы же одна команда.

Да, есть проблемы. Но кто говорил, что их не будет? Кто-то думал, что не будет давления? Кто-то думал, что не нужно придумывать новые ходы, чтобы люди поверили и участвовали в истории с праймериз? Все это было на берегу понятно. А теперь [действия Навального] выглядят как бегство с корабля. Побросали весла и смотрят, как мы сами справимся.

— Если Навальный и выглядит так, то Касьянов в глазах избирателей теперь выглядит как человек, который боится идти на праймериз.

— Есть избиратели, которые сразу были не удовлетворены решением о первом номере Касьянова. Навальный сам находил аргументы и убеждал этих людей, что это хорошее решение. Что изменилось? Ничего!

— Со стороны в любом случае не кажется, что Касьянов и вы сделали максимум, чтобы предотвратить выход Навального из коалиции.

— Мы руководствуемся базовыми договоренностями, которые пересматривать нет причин. Создавать прецедент — это вредная история для нашего общего дела. Где гарантии, что послезавтра не появится еще какое-то условие или что не надо будет пересмотреть что-то еще? Так мы не привыкли. Я, может, другого склада человек, но если я дал какое-то слово, то я не могу от него отказаться по каким-то неубедительным надуманным причинам.

— Получается, что договоренности важнее общего дела, о котором вы сами говорите.

— Дело в том, что верховенство правил — это и есть демократическая ценность. Есть правила. Если нет оснований серьезных их отменять, то действуем по ним. Это и есть демократия, это и есть наша ценность. О каком верховенстве права мы можем рассуждать в связи с этим? Мы для себя придумали фактически законодательство, в рамках которого мы действовали, а теперь говорим: «Не-не. Ошибка вышла. Давайте менять».

Мне не нужны такие выборы, чтобы пришли к власти люди, которым наплевать на право, на договоренности. Я не готов в таком участвовать. Если люди дали слово, а теперь пользуются неугодными поводами отказаться от него, то это абсолютно неприемлемо. Мы не можем прогибаться. Я даже удивлен, почему я должен так много это аргументировать. Для меня это как дважды два четыре. Дал слово — выполняй.

Денис Билунов 

Член федерального координационного совета незарегистрированной Партии 5 декабря

Фото: Антон Новодережкин / ТАСС / Scanpix

Это все довольно прискорбно. [Зампредседателя «Парнаса»] Илья Яшин (от комментария отказался — прим. «Медузы»), который все и начал, был неправ. Другое дело, что людям свойственно ошибаться, и нужно было как-то купировать конфликты и искать компромисс. Руководство «Парнаса» в лице Касьянова и Мерзликина решило, что любая попытка искать компромисс будет означать слабость. Это распространенная точка зрения, но она почти всегда является ошибочной.

Коалиция же состоит не только из Касьянова и Навального, и мы, со своей стороны, пытались компромисс найти, но наши значительные усилия, к сожалению, оказались тщетными. Мне кажется, что Касьянов и Навальный просто сами для себя решили, что им не нужно состоять в партнерстве. Могу только догадываться почему.

Я не понимаю рациональных мотивов Навального по торпедированию коалиции. У Яшина это, возможно, была эмоциональная реакция, но Навальный — человек прагматичный, а я не вижу ни одного трезвого довода в пользу того, что произошло. Он мог, наоборот, ситуацию остудить, но этого не сделал. Что он хочет взамен? Вряд ли может сработать стратегия полного игнорирования выборов, как это было на выборах в Мосгордуму. Если [в Партии прогресса] решили, что эта история провальная и надо с нее скорее соскакивать, то это выглядит неумно.

Говоря о рациональных мотивах, фильм нельзя вообще всерьез рассматривать. Есть, наверное, проблема с деньгами, но этот аргумент — слабый, он решается не публичными скандалами, а переговорами. Минусов отказа от выборов гораздо больше, чем гипотетических плюсов.

Либертарианская партия и — почти наверняка — Партия 5 декабря резких движений предпринимать не будут. Я лично думаю, что общая позиция такова: мы потратили год жизни, деньги и силы — и с чего вдруг нам очертя голову говорить, что это ошибка? Нет, это глупость. Можно сколько угодно говорить, что не самое удачное решение ставить Касьянова первым номером, но если начали делать какое-то дело и потратили деньги, то надо доходить до конца.

Интерес кандидатов баллотироваться по одномандатным округам сохраняется. «Парнасу» нужно, чтобы как можно больше одномандатников шли, а кандидаты заинтересованы в том, чтобы не собирать подписи.

В 2009 году я кучу времени потратил на то, чтобы мирить [оппозиционного политика Гарри] Каспарова с Борисом Немцовым, но еще тогда я сделал вывод, что конфликты неизбежны. Это не особенность либеральной оппозиции — просто в силу обстоятельств оппозиция больше на виду, а такие же вещи происходят и у системных партий, но подковерно. Такова природа людей.

Константин Янкаускас

Член постоянного комитета незарегистрированной Партии 5 декабря, муниципальный депутат района Зюзино, собирается баллотироваться в Госдуму по Черемушкинскому одномандатному округу в Москве

Фото: Петр Кассин / «Коммерсантъ»

Я не буду выходить из коалиции, потому что хочу выиграть выборы в одномандатном округе, где я могу выиграть и где мы многое уже сделали. Очень печально, что произошел развал. Мы совершенно забыли про наших сторонников и избирателей, опять довели ситуацию до того, что люди разочарованно пишут, что демократы опять разругались.

Вчера была клинчевая ситуация, когда никто не смог найти компромисса ни по одному вопросу, даже по кандидату в ЦАО. Миноритарии типа Партии 5 декабря или Либертарианской партии пытались искать консенсусное решение, но его найти не удалось, и Навальный с Миловым решили выйти. Я очень расстроен, что все так закончилось.

Сейчас стороны будут бросаться обвинениями. Да, у нас некий возник кризис не столько из-за фильма, сколько из-за того, как ведется наша кампания, как работают региональные штабы, сколько человек регистрируются на праймериз. Это связано фактически с тем, что мы первое место в списке распределили по договоренностям, а фильм стал детонатором и катализатором.

Мы договорились, что Касьянов будет возглавлять список на праймериз и берет на себя политическое лидерство. Мерзликин возглавил штаб, но ошибка в том, что мы не формализовали в каких-то конкретных цифрах ответственность партии за работу штаба. Мог ли Касьянов больше ездить по регионам? Мог, наверное. Но это внутренние вопросы, это людям неинтересно.

Мы ожидали, что будет большая ответственность за результат. Когда начался конфликт, то, как правильно написал Милов, со стороны «Парнаса» началась эскалация. Когда уже сейчас пошла речь о том, что Касьянов и еще двое человек получат места в федеральном списке без праймериз, [член центрального совета Партии прогресса] Леонид Волков, Яшин и Милов, претендовавшие на лидирующие места, расстроились.

Меня расстраивает, что мы опять разругались, и расстраивает ситуация с [юристом Фонда борьбы с коррупцией Любовью] Соболь (в «Парнасе» решили выдвинуть одномандатником по ЦАО историка Андрея Зубова, хотя там хотела баллотироваться Соболь, — и отказались провести между ними отдельные праймериз — прим. «Медузы»), которая фигачила месяц, была лучшим одномандатником, у нее шла реально работа в поле, фандрайзинг был.

В целом же недовольство народа «Единой Россией» никуда не делось, мы остались без Навального, сами сделав «ЕР» подарок, но мы будем и дальше рубиться за победу.

Любовь Соболь

Член центрального совета незарегистрированной Партии прогресса, юрист Фонда борьбы с коррупцией, собирается баллотироваться в Госдуму по Центральному одномандатному округу в Москве

Фото: Константин Куцылло / PhotoXPress

Я сама недовольна [развалом коалиции] и как человек, который хочет видеть оппозицию объединенной, сильной и на лидирующих позициях, считаю, что можно было компромиссы найти — и очень плохо, что их не удалось найти. Я поддерживала коалицию всеми возможными путями: писала посты, участвовала в штабе костромской кампании, целый месяц собирала команду в ЦАО. Для меня эта ситуация некомфортная и неприятная.

Сейчас Партия прогресса подготовила заявление, что она не участвует в коалиции на выборах в Госдуму, но [не препятствует] отдельным кандидатам участвовать в выборах по одномандатным округам в личном качестве и вести переговоры самостоятельно с любыми партиями. Я такой возможностью воспользуюсь — и в личном качестве такие переговоры буду вести как с «Парнасом», так и с любыми партиями, кроме «Единой России».

Я по-прежнему претендую на роль единого оппозиционного кандидата по ЦАО. Я готова к честной конкуренции и готова дальше сотрудничать с «Парнасом». С решением партии отказаться от проведения праймериз по ЦАО я не согласна. Я понимаю предпосылки этого решения, ситуация зашла [в тупик] по многим причинам. Считаю, что теперь у «Парнаса» есть возможность изменить решение. Все мосты еще не сожжены, и я их точно сжигать не собираюсь. Если «Парнас» готов вести со мной переговоры как с Любовью Соболь, а не как с Партией прогресса, я готова быть лучшим кандидатом для этой партии.

История Демкоалиции строилась на двух принципах — на выдвижении на базе «Парнаса» и на праймериз по всем спорным моментам. Именно из-за этого, из-за честной конкуренции, а не согласования кандидата, я вошла в коалицию, а не пошла договариваться с «Яблоком». Подавляющее большинство сторонников Партии прогресса проголосовали за праймериз по всем местам списка с учетом сложившейся ситуации.

Я действительно хочу стать единым кандидатом. Если «Парнас» ни при каких условиях не готов выдвигать меня, буду вести более плотные переговоры с партией «Яблоко». Насколько я знаю, у них пока нет публично объявленного кандидата по ЦАО.

Андрей Пивоваров

Сопредседатель петербургского отделения партии «Парнас», собирается баллотироваться в Госдуму в Красногвардейском и Калининском районах Санкт-Петербурга 

Фото: Александр Николаев / Интерпресс / ТАСС

Искать виновных — хороший процесс, но в первую очередь это удар по всем: кто участвует в выборах и кто нет. [Развал коалиции] отбросит нас на два-три года назад в плане доверия избирателей.

Пропагандистский фильм НТВ не должен влиять на изменение договоренностей. Использовать кремлевскую пропаганду для развала коалиции — это неправильно. Первоначальная претензия — это порнографический фильм, а все другие основания — перенос даты голосования праймериз, конфликт по ЦАО — вторичны. Их используют для обоснования выхода, ведь о том, что коллеги собираются выходить, мы знали и раньше.

В Санкт-Петербурге, на региональном уровне, у нас нет развала коалиции и все договоренности соблюдаются. Коллеги из Партии прогресса будут выдвигаться по списку «Парнаса». Уверен, что шансы победить теперь ухудшились: конфликт на избирателей действует демобилизующе, и если Навальный и коллеги не будут агитировать за список, то это удар. У нашего списка на выборах в Заксобрание Санкт-Петербурга есть шансы преодолеть пятипроцентный барьер, но с федеральным скандалом они, конечно, уменьшаются.

Самое главное, что ничего не заканчивается на выборах в Госдуму, а как после них мы будем взаимодействовать, непонятно. Раньше такого раскола коалиции, чтобы люди выходили из коалиции перед выборами, обвиняя друг друга в срыве договоренностей, не было.

Андрей Шальнев

Лидер незарегистрированной Либертарианской партии, намерен баллотироваться в Госдуму по Сергиево-Посадскому одномандатному округу

Фото: Антон Новодережкин / ТАСС / Scanpix

Выходить из коалиции Либертарианская партия не собирается, потому что для нас важнее участие в выборах в Госдуму по одномандатным округам — и мы оставляем свободу нашим кандидатам в них участвовать.

Я буду участвовать и в праймериз, так как для меня это прежде всего обязанность в рамках договоренностей по участию в кампании по одномандатным округам.

Мы тоже участвовали в предложении Касьянову разыграть на праймериз первое место в списке и других компромиссных вариантов, но он, к сожалению, не прислушался. Ситуация негативная и очень неприятная, и политическая ответственность за результат теперь лежит на «Парнасе». Касьянов мог хотя бы согласиться на праймериз по ЦАО. Это был бы компромиссный ход, который позволил бы избежать негатива. Впрочем, может, он еще сможет продемонстрировать результат на выборах и доказать, что был прав.

Что касается претензий к Касьянову, то когда мы все начинали и отдавали первое место в списке Касьянову, то ожидали, что «Парнас» будет более активно участвовать в избирательных процессах. Пока это участие находится не на таком высоком уровне, чтобы рассчитывать на серьезный результат, и это, наверное, одна из основных причин, почему разговор [о судьбе коалиции и праймериз] вновь возник в апреле.

Илья Азар

Москва