Перейти к материалам
истории

Главный параноик Intel Памяти Эндрю Гроува, топ-менеджера с очень интересной биографией: Time

Источник: Time
Фото: Tony Avelar / Bloomberg / Getty Images

21 марта на 80-м году жизни умер бывший генеральный директор и председатель совета директоров Intel Эндрю Гроув. Он — один из первых сотрудников Intel и человек, во многом благодаря которому компания стала стоить больше сотни миллиардов долларов. В 1997 году журнал Time назвал его человеком года; в честь этого события в издании вышла подробная биография Эндрю Гроува — о жизни при нацистах, бегстве от Советского Союза и его работе в Intel. «Медуза» приводит пересказ заметки 19-летней давности.

Эндрю Гроув не любит вспоминать свое детство в Венгрии. Он путешествует по миру, но не заезжает в Будапешт и клянется, что ему это совершенно неинтересно. Миллиардер Джордж Сорос, который во время Второй мировой войны тоже жил в столице Венгрии, называет те годы самыми важными в своей жизни. «Сорос полностью отличается от меня в этом отношении», — отмечает Гроув.

Андраш Гроф родился 2 сентября 1936 года в Будапеште в еврейской семье. Его отец Дьердь бросил школу, чтобы открыть свое дело — небольшой молочный магазин. Из-за этого Андраш выделялся среди сверстников: до войны его дразнили как еврея, после — как сына «торгаша».

Первые годы жизни Андраша — это история выживания. В четыре года он чуть не умер от эпидемии скарлатины. Андраш вспоминал, как, очнувшись в больнице, подумал: «Я умер. Я в могиле смотрю на небо». Гроф выжил, но болезнь серьезно повредила его слух.

В 1941 году отец Андраша исчез (впоследствии выяснилось, что он оказался в концлагере). В 1944-м Венгрию оккупировала Германия. Грофы — мать и сын — скрывались под чужими документами. Восьмилетний Андраш стал Андрасом Малескевичем; их с матерью пустила к себе христианская семья, подвергая себя серьезному риску.

Дьердь Гроф выжил в концлагере, и после войны семья воссоединилась. Родители мечтали, чтобы Андраш поступил в колледж, но наука привлекла его не сразу. В 14 лет он увлекся журналистикой и стал работать в молодежной газете. Ему нравилось это занятие, но когда родственника Груфов взяли под стражу без суда, подросток стал персоной нон-грата в своей газете. Андраш разочаровался в журналистике и обратился к науке.

В частности, Андраш увлекся химией — она легко ему давалась. У Грофа был талант: он с легкостью манипулировал молекулярными структурами в уме. При этом интересовала Грофа не только наука — его лучший друг Янош Лань вспоминает, что Андраш был очень общительным и постоянно пел (он даже мечтал стать оперным певцом).

В конце 1956 года в Венгрию пришли советские войска — подавлять восстание. Гроф понял, что нужно бежать. Вместе со своим другом Яношем Андраш запрыгнул на поезд, движущийся на Запад, к австрийской границе. Вскоре они узнали, что впереди их ждут контрольно-пропускные пункты: Красная армия двигалась по сельской местности, задерживая всех без разбора. Янош и Андраш должны были успеть добраться до границы раньше советских войск, поэтому они на последние деньги наняли контрабандиста, который обещал провести их тропой, о которой еще не знали военные.

Через несколько часов они оказались в поле где-то в районе австрийской границы. Но где именно, было непонятно. Вокруг маршировали солдаты и лаяли собаки. Вдруг кто-то крикнул на венгерском: «Кто здесь?» Гроф похолодел от ужаса: неужели контрабандист предал их? Мужчина крикнул снова. Андраш наконец отозвался: «Где мы?». В ответ послышалось: «Австрия». Гроф встал и пошел навстречу будущему.

Вскоре он добрался до Нью-Йорка и стал Эндрю Гроувом. Он поступил в Нью-йоркский колледж, который тогда считался «иммигрантским Оксфордом». Летом 1957 года он познакомился с Евой, тоже беженкой; через год они поженились. В 1960-м Эндрю закончил колледж с отличием и они с женой переехали в Калифорнию — в университет Беркли. 

После получения ученой степени пришла пора искать место работы. Эндрю выбирал из двух вариантов: престижная исследовательская компания Bell Laboratories или стартап Fairchild Semiconductor, в котором работали блестящие инженеры. Послушав, что говорят в Беркли, Гроув остановился на Fairchild.

В начале 1960-х мир компьютеров был на пути к революции, а Fairchild готовил почву для революционеров. В те годы компьютеры работали на радиолампах, которые потребляли очень много энергии и выделяли очень много тепла. Логичным решением этой проблемы была замена радиоламп на транзисторы — «переключатели», которые контролируют поток электронов в компьютерах.

Практической реализации этой идеи не существовало. Ученый Гордон Мур, руководитель исследовательского подразделения Fairchild, считал, что транзисторы можно создавать из слоев металл-оксид-полупроводник — эта схема называется МОП-структурой. В ней используется кремний, который не нагревается, хорошо проводит заряд и широко доступен.

Но МОП-структуры в то время были крайне нестабильны. Подавая одно и то же напряжение через один и тот же образец, можно было получать совершенно разные результаты. Эндрю Гроув, придя на работу в Fairchild, ни в чем подобном не разбирался — он изучал гидродинамику. Тем не менее, через несколько месяцев работы Гроув и двое его коллег, Брюс Дил и Эдвард Сноу, выяснили, что главной причиной нестабильности были примеси натрия. «Как капля лимонного сока в стакане молока, натрий портил ценные полупроводники», — объясняется в статье Time. Их открытие решило фундаментальную проблему и стало еще одним шагом на пути к полупроводниковой революции.

К 1968 году сооснователь Fairchild Роберт Нойс устал от своей компании. Он позвонил инвестору Артуру Року и сказал, что ему и Муру хочется открыть собственный бизнес и производить полупроводники. Рок тут же нашел для них деньги; Нойс и Мур рассказали о своих планах Гроуву, и тот почти сразу согласился примкнуть к ним. Так появилась Intel — «Integrated Electronics».

Нельзя сказать, что дела у новой компании шли гладко. Бизнес в этой сфере постоянно менялся. Стоило руководству Intel решить, например, что будущее — в продаже DRAM (оперативной памяти), как начинали появляться сообщения, что продажи DRAM падают. Руководству приходилось выбирать новую стратегию. Такой подход был похож на прыжки в спасательные шлюпки в последний момент.

В 1965 году Гордон Мур нарисовал на бумаге простой график. На вертикальной оси он изобразил рост сложности интегральных схем (то есть количества транзисторов в чипе), а на горизонтальной — временную шкалу. Так Мур увидел простую закономерность: мощность чипов удваивалась каждые 24 месяца, тогда как их стоимость падала вдвое. Закономерность получила название «закон Мура» (с некоторыми допущениями актуальна и сейчас, — прим. «Медузы») и позволила Intel значительно улучшить планирование.

В 1970 году, гуляя с Гроувом по зоопарку в Вашингтоне, Мур сказал: «Однажды ты возглавишь Intel». Последующие почти 20 лет он учил Эндрю думать обо всем, от пластиковой упаковки до торговли в Японии. В 1979 году Гроув стал президентом компании. В 1987-м он сменил Мура на посту генерального директора.

У Гроува и Мура нет никаких привилегий в компании: они, как и остальные сотрудники головного офиса, работают в небольших кабинетах, и любой желающий может заглянуть к ним на разговор (если решится на это, конечно). Если Гроув приезжает на работу поздно, он вынужден кружить по парковке в поисках свободного места.

Но в работе генеральный директор крайне требователен. У него взрывной характер и холодное инженерное отношение ко всему, будь то производство или человеческие отношения. Гнев Гроува обрушивался на каждого, кто не соответствовал внутренней тяге Эндрю к совершенству. В 1984 году журнал Fortune назвал его одним из самых жестких боссов Америки. Придя в себя после вспышки гнева, Гроув извинялся, но иногда он заходил слишком далеко и извинения не работали.

Преимущества жесткого подхода к управлению компанией проявлялись, когда Intel сталкивалась с проблемами — а их с 1976 года было немало. В 1981 году, когда появились очередные трудности, Гроув решил не увольнять людей, а приказал всем сотрудникам работать на 25 процентов больше — по два дополнительных часа в день, каждый день, бесплатно. 

Эндрю Гроув в 1993 году
Фото: Ed Kashi / VII / Corbis / Vida Press

Самый сильный удар компания пережила в 1994 году, выпустив миллионы процессоров Pentium, которые содержали крохотную ошибку в математических вычислениях. Intel успокаивала пользователей тем, что ошибка возникала настолько редко, что большинство из них могли годами использовать свои компьютеры, так и не столкнувшись с ней. Инженеры, обученные Гроувом, отвечали звонившим покупателям, что если они не собираются на выходных заняться решением сложных астрофизических проблем, то им не о чем волноваться.

Покупатели начали жаловаться в CNN, New York Times и Wall Street Journal; разразился большой скандал. Гроув решил резко изменить стратегию: Intel согласилась заменить все процессоры, содержавшие ошибку. Этот шаг стоил компании 475 миллионов долларов и, по воспоминанию Гроува, стал «тяжелым уроком». Но решение спасло Intel: она стала еще популярнее, а пользователи оценили ее стремление идти навстречу покупателям. 

Гроув повторял как мантру: «Выживают только параноики». В 1994 году Intel выжила, но теперь требовалось выжить самому Гроуву: в конце того же года у него обнаружили рак простаты. Болезнь не несла прямую угрозу жизни, но врачи не могли прийти к единому мнению о методах лечения. Один предлагал операцию. Другой — радиотерапию. Третий — ничего не делать и понаблюдать.

Гроув понял, что решение придется принимать самому. Он проштудировал все статьи о раке простаты, которые только мог найти. «Я читал до тех пор, пока не обнаружил, что какую бы статью я ни взял, я ее уже читал. Я не проводил столько исследования с тех пор, как получил ученую степень», — вспоминает гендиректор Intel. Он сделал ставку на «умную бомбу» из большой дозы радиации — новую процедуру, которая, на его взгляд, имела наибольшие шансы на успех. Рак отступил (в 1998 году из-за болезни Гроув ушел с поста гендиректора Intel, но до 2004 года оставался председателем совета директоров. Причина его смерти неизвестна, но в 2000 году у него диагностировали болезнь Паркинсона, — прим. «Медузы»).

Гроувы оплачивают 10 стипендий в нью-йоркском колледже, вложились в фонды, занимающиеся проблемой рака простаты, и поддержали Международный комитет спасения (МКС), который помог Эндрю перебраться из Вены в Нью-Йорк. Он все еще помнит, как представитель МКС в Манхэттене как-то дал ему подписанный чек без вписанной суммы, чтобы тот мог купить лучший слуховой аппарат, какой только сможет найти.

Ему везло или он всего добился сам? Ему повезло уехать из Венгрии; но он сам добрался до США. Повезло найти нью-йоркский колледж; но закончил его Эндрю лучшим в группе. Повезло попасть в Intel; но только благодаря своим усилиям он возглавил компанию. […] Вот такая жизнь. Эндрю Стивен Гроув, человек года Time-1997 (англ.яз.)

Time

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Реклама