истории

Ликвидация «Страны детей» Илья Жегулев рассказывает, почему развалился проект детского лагеря стоимостью в миллиард долларов

Meduza
3D иллюстрация: Unity для проекта «Страна детей»

Строительство огромного детского лагеря «Страна детей» в Ярославской области должно было завершиться летом 2015 года. Планировалось, что в лагере смогут одновременно размещаться 15 тысяч детей («Артек» — в четыре раза меньше), возглавлять его собирался Филипп Бахтин, бывший главный редактор русской версии журнала Esquire, создатель камерного, но популярного проекта для подростков «Камчатка». Уже два месяца «Страна детей» существует без офиса: из трехэтажного особняка на Патриарших прудах в Москве владелец компании Леонид Ханукаев съехал потому, что у него нет денег на аренду. Специальный корреспондент «Медузы» Илья Жегулев рассказывает, почему развалился проект детского лагеря, который поддерживали высокопоставленные российские чиновники.

Мы едем по Псковской области на гремящей серебристой «Ладе». «Место тебе в палатке найдем, спальник организуем», — говорит Александр Решетов, завхоз детского палаточного лагеря, в который мы направляемся.

Автомобиль выруливает на поляну перед крутым склоном с подъемником: горнолыжная база «Мальская долина» летом выглядит даже живописнее, чем зимой. «Во-о-он там наш лагерь, — машет рукой куда-то в далекую низину Решетов. — А сюда мы ходим обедать, каждый раз поднимаясь на гору». Минут десять мы спускаемся по простенькой лестнице, сделанной из железной арматуры, и наконец оказываемся на месте.

В псковском палаточным лагере «Камчатка», куда вожатыми ездили многие известные москвичи, тихо. Дети разбрелись по сосновому лесу, чтобы снимать видеофильмы по мотивам стихов, зачитанных накануне на Дне поэта. Из динамиков раздается «Аквариум»; в комнате вожатых играют на гитаре. «Вы из „Медузы“? А я обещала уволиться, если вы приедете», — говорит одна из вожатых и начинает заразительно хохотать.

Вместе с этой девушкой — корреспондентом газеты «Псковская провинция» Натальей Игнатенко (она взяла отпуск, чтобы поработать вожатой), ее партнером — предпринимателем Владимиром Афанасьевым (он занимается экспортом леса, но в «Камчатке» тоже работает вожатым), а также всем первым отрядом мы отправляемся снимать фильм по стихотворению «Посткриптум» Иосифа Бродского. Сценарий придумали сами подростки, они же — операторы и актеры; вожатые пока участвуют советами, а потом помогут смонтировать материал.

Воспитанники «Камчатки» снимают фильм по стихотворению «Постскриптум» Иосифа Бродского. Псковская область, лето 2015-го
Воспитанники «Камчатки» снимают фильм по стихотворению «Постскриптум» Иосифа Бродского. Псковская область, лето 2015-го
Фото: Илья Жегулев / «Медуза»

«Главный кайф в подростках заключается в том, что это фактически уже взрослые люди, они равноправные партнеры для всех наших задач», — говорил Филипп Бахтин. Главный редактор русской версии журнала Esquire основал «Камчатку» пять лет назад — вместе с Сергеем Ремером, своим бывшим вожатым. Первый лагерь был рассчитан на 40 человек, затем расширился до 80 человек; в таком размере он существует до сих пор.

Для Бахтина маленькая псковская «Камчатка» оказалась очень важной историей. Через год после ее запуска он ушел из Esquire, чтобы заняться проектом «Страна детей», лагерем в Ярославской области, в котором могли бы отдыхать 15 тысяч детей со всей России. Однако «Страна детей» не получилась. В ответ на мою просьбу поговорить про детский лагерь Бахтин написал: «Не вижу ни одного способа, как мне эта статья поможет, и вижу 300 минусов для себя» (и отказался от прочих комментариев).

Огромный лагерь так и не был построен, Бахтин уволился из «Страны детей». Нет его и в псковской «Камчатке»: со своим бывшим другом и партнером Сергеем Ремером Бахтин разругался. У каждого теперь — своя «Камчатка»: Ремер продолжает заниматься псковским лагерем, Бахтин основал новый на острове Сааремаа в Эстонии.

Единственным представителем «Страны детей» остается инвестор проекта, бизнесмен Леонид Ханукаев. Он бодро отвечает мне по телефону с Ибицы: «За пять лет первый раз решил наконец-то отдохнуть». В отпуске Ханукаев уже больше месяца — с тех пор, как «Страна детей» съехала из трехэтажэтажного особняка на Патриарших прудах в Москве, в котором располагалась последние четыре года.

Сейчас у компании нет офиса; на площадке, где должен был появиться лагерь, стоят недостроенные корпуса — он возведен на 20%. За несколько лет масштаб проекта сократился в десять раз, но денег все равно не хватило. «Надо подождать, передохнуть. Как только будут хорошие новости…» — загадочно отвечает на вопрос о дальнейшей судьбе «Страны детей» Леонид Ханукаев.

Всего на «Страну детей» было потрачено 1,3 миллиарда рублей, еще 700 миллионов Ханукаев остался должен банкам, строителям и сотрудникам. Как вернуть долги, предприниматель не знает: он утверждает, что сейчас ни на чем не зарабатывает.

Сумасшедший мужчина 

С Сергеем Ремером мы беседуем под одним из навесов палаточного детского лагеря «Камчатка» в Псковской области. «Все это построил Ханукаев», — признает Ремер. Простые, но крепкие конструкции, в том числе та самая лестница из арматуры, — это все, что потребовало участия инвестора. 

Ремер — старожил лагерного движения. В 1990 году он окончил Псковский политехнический институт по специальности «преподаватель информатики». После этого Ремер и его друзья — бывшие кавээнщики — ездили вожатыми в пионерлагеря по всей стране. В 1992-м они решили организовать собственный лагерь — «тренинговую базу» для будущих вожатых, где самым младшим воспитанникам было по 14 лет, а старшим — под 20. «Это был лагерь творческого инструктива для вожатых, такая креативная лаборатория», — рассказывает Ремер под музыкальное сопровождение: вожатые рядом у костра исполняют «Не спеши ты нас хоронить».

В 1998 году лагерь закрылся из-за кризиса. Ремер занимался всем понемногу — торговал лесом, организовывал корпоративы. Спустя 12 лет — в 2010-м — давний знакомый Ремера, предприниматель Владимир Селиверстов попросил его подумать, как сделать так, чтобы его горнолыжный курорт «Мальская долина» в Псковской области летом не простаивал. Ремер решил рискнуть и организовать новый детский лагерь; придумывать его он позвал своих старых друзей. Среди них был и воспитанник Ремера пскович Филипп Бахтин, который в то время возглавлял русский Esquire в Москве.

Название «Камчатка» появилось почти случайно, рассказывает один из старейших вожатых лагеря Дмитрий Иванов. Вожатые написали варианты названия лагеря на бумажках и бросили их в шапку; Бахтин предложил «Камчатку» — Ремеру так понравилась эта идея, что он «продавил» ее во время голосования.

«У Филиппа был огромный пиар-ресурс, поэтому он предложил взять на себя набор детей», — рассказывает Ремер. Используя связи в кругах московской интеллигенции, Бахтин с легкостью набрал детей на первую смену. 80% подростков приехали из Москвы, остальные были из Пскова. По словам Ремера, такое соотношение москвичей и псковичей сохраняется и до сих пор.

После двух смен в 2010 году слава о «Камчатке» разлетелась по всей стране; к тому же Бахтин везде о ней рассказывал и писал.

Однажды, вспоминает Ремер, Бахтин приехал к нему и сказал, что познакомился с «сумасшедшим мужчиной, который собирается строить лагерь на 15 тысяч человек». «Мы долго ржали, потому что это нереально, — говорит Ремер. — Вся наша технология основана на том, что лагерь камерный, на маленькую компанию, максимум до ста человек».

Однако еще через три месяца Бахтин позвонил Ремеру и снова заговорил на эту тему. Разговор был примерно таким:

— Он меня убедил. Это возможно. Приезжай, будем работать вместе, — сказал Бахтин.

— Ты что, переел чего-то, что ли? — возмутился Ремер.

— Я ухожу из Esquire и всю свою карьеру ставлю на это. Бросай свою работу, переезжай в Москву.

Ремеру принять это предложение было нелегко: в Пскове у него семья, он работал директором «Камчатки». Решиться, вероятно, помогла зарплата. Как рассказывает один из бывших сотрудников «Страны детей» на условиях анонимности, Ремеру предложили семь тысяч евро, а Бахтину и вовсе 20 тысяч евро в месяц. С такой зарплатой поверить в перспективы масштабного проекта было намного легче.

Бахтин стал официальным руководителем проекта «Страна детей». По сути, он занимался разработкой образовательной программы и был лицом проекта — исполнял представительские функции, рассказывал о проекте журналистам и чиновникам. Ремера Бахтин позвал заместителем — помогать, собственно, с разработкой программы. Строительство и финансирование лагеря были зоной ответственности Леонида Ханукаева — того самого «сумасшедшего мужчины»; предпринимателя, который нанял Бахтина и Ремера.

Бывший главный редактор журнала Esquire, один из идеологов проекта «Страна детей» Филипп Бахтин
Бывший главный редактор журнала Esquire, один из идеологов проекта «Страна детей» Филипп Бахтин
Фото: Александр Уткин / РИА Новости / Scanpix

Сто «Камчаток»

О предпринимателе Леониде Ханукаеве многие узнали, когда он построил с нуля торговую сеть «Бельпостель», специализирующуюся на постельном белье. В 2004-м Ханукаев отдал «Бельпостель» партнерам, после чего им пришлось закрыть половину магазинов — выяснилось, что они были нерентабельными.

Спустя год Ханукаев решил построить в Москве первый текстильный гипермаркет «Тряпка». Эксперты приветствовали идею, хотя и недоумевали по поводу названия. Однако не все было гладко: торговый центр долго не могли открыть, потом Ханукаев, так его и не достроив, передал проект компании «Ташир». В ребрендинг и завершение строительства «Тряпки» (теперь это торговый центр «Рио» на Ленинградском шоссе) «Ташир» вложил еще 20 миллионов долларов.

В 2008 году Леонид Ханукаев — уже в качестве менеджера — был привлечен близкими к президенту Дмитрию Медведеву предпринимателями братьями Ахмедом и Магомедом Билаловыми на строительство сочинского курорта «Горки город» — к Олимпиаде-2014. Его должны были завершить к концу 2011 года, но в сроки не уложились. Ханукаев покинул проект, а срыв сроков строительства дорого обошелся Билаловым — из-за увеличения сметы проекта с 1,2 миллиарда до восьми миллиардов рублей у них возник конфликт с соинвестором — Сбербанком (позднее, в феврале 2013-го, Путин приехал на стройку и публично отчитал Ахмеда Билалова; в итоге он был уволен с поста вице-президента Олимпийского комитета и главы госкомпании «Курорты Северного Кавказа», а «Горки» Сбербанк достроил самостоятельно).

Ханукаев рассказывал, что идея строительства детского лагеря пришла ему еще во время работы над «Горками». Он мечтал, чтобы на сочинском курорте, в том числе, смогли отдыхать дети с аутизмом: у самого Ханукаева — такой ребенок, и он рассчитывал создать для него необходимую среду, рассказывает журналистка Катерина Гордеева, успевшая поработать в «Стране детей» куратором благотворительных проектов.

После «Горок» Ханукаев решил сосредоточиться на детском проекте. Он арендовал трехэтажный особняк на Патриарших прудах, отреставрировал его и осенью 2011 года начал нанимать людей в «Страну детей».

* * *

Сергею Ремеру в «Стране детей» удалось застать лучшие времена. В начале 2012-го в офисе на Патриарших трудились уже 120 сотрудников. Они должны были придумать и нарисовать проект, подсчитать его стоимость и правильно презентовать его банкам для получения финансирования.

Бахтин и Ремер придумали простое, но эффектное решение: построить не одну, но сто «Камчаток» сразу — на общей большой территории. То есть разбить один большой лагерь на 100-150 самоуправляемый минилагерей, живущих по собственным программам. Десять лагерей объединялись в единый комплекс, для которого возводили десять корпусов со специализацией (кино, науки, технологии, театр, спорт, цирк) — отряды должны были двигаться по кругу. Предполагалось также, что дети из всех минилагерей будут собираться по особым случаям на специально возведенном стадионе. По словам Ремера, в отличие от палаточной «Камчатки», «Страна детей» задумывалась монументально: планировалось построить корпуса для круглогодичного использования.

К Ханукаеву выстроилась очередь из компаний, готовых войти в проект; Бахтин раздавал десятки интервью об этой удивительной истории: хорошие люди при поддержке бизнеса делают прогрессивный проект для детей.

По словам Ремера, экономическая модель также просчитывалась. По его мнению, она могла сработать. «Идея была в том, чтобы стать игроком № 1 на этом рынке. Полностью взять на себя рынок, огромные социальные деньги, которые выделяются на школьный отдых. Перевести на себя весь этот поток — и еще потом осваивать его долго и счастливо», — рассуждает директор псковской «Камчатки».

В этом расчете заключался и главный минус проекта, считает Алексей Илюхин, директор частного лагеря «Чарли», который уже больше пяти лет организует детские программы в Эстонии и Австрии. По его мнению, окупить такой масштабный проект можно было только в том случае, если бы «Страна детей» получала все деньги, выделяемые в России на детский отдых: «Если все финансовые потоки, которые выделяются на детские выезды, замкнуть на „Страну детей“, они бы обеспечили определенный уровень загрузок. Но проект был бы жутко вредным для рынка детского отдыха. Все остальные просто бы накрылись».

Илюхин активно интересовался «Страной детей» и даже ходил на лекцию Филиппа Бахтина, чтобы узнать, откуда он возьмет столько вожатых (Бахтин считал, что такой проблемы нет — их можно обучить), а также покритиковать его образовательную программу за чрезмерную нагрузку.

Как бы то ни было, идеи Бахтина и Ремера легли в основу строительного проекта лагеря. «Ханукаев был готов параллельно все просчитывать. Придумаем, как работает цирк — и тут же архитекторы и дизайнеры начинают это все рисовать. Тут же дали экономистам, они просчитали, какие и в каком количестве нужны материалы. Тут же выводится стоимость этого здания, вбивается в общую модель. Потом мы с Филиппом вспоминаем: блин, мы же забыли поставить раздевалки. Где люди будут раздеваться? Приходим и говорим: ребята, нужны раздевалки. Они — опять перерисовывать. Все на коленке делалось», — вспоминает Ремер.

Тестировалась программа на уже проверенной псковской «Камчатке». По словам Ремера, так было проще объяснить Ханукаеву, почему они с Бахтиным должны летом куда-то уезжать. Ханукаеву, впрочем, идея понравилась, он даже немного инвестировал в инфраструктуру лагеря, который некоторое время считался проектом «Страны детей». 

Одновременно «Страну детей» начали представлять чиновникам. И тут пригодились связи Бахтина: через своего приятеля Алексея Левченко, пресс-секретаря Ольги Голодец, Бахтину удалось выйти на вице-премьера. Она была воодушевлена идеей «Страны детей» и даже снялась в видеоролике в поддержку проекта. Пока Бахтин ходил по чиновникам, Ханукаев работал с банками и подрядчиками, заверяя их в том, что проект безоговорочно поддерживается государством.

«Страна детей»
Агентство стратегических инициатив

Амбиции и возможности

7 августа 2012 года Владимир Путин посетил старейший лагерь Ленинградской области «Зеркальный» — «визитную карточку» ленинградских пионеров. Там же он провел совещание с главами ведомств по поводу детского оздоровительного отдыха. Прием был радушным, но статистика по поводу детских лагерей, представленная главой государства, оказалась печальной. Скажем, из 48 тысяч российских учреждений почти 41 тысяча — так называемые лагеря с дневным пребыванием, в которых дети проводят лишь несколько часов в сутки. «При этом лагерей, где ребята могут полноценно отдохнуть и поправлять здоровье в течение всего года — например, как здесь, в „Зеркальном“ — насчитывается всего 463 учреждения, — говорил президент. — Очевидно, что и круглогодичных, и летних загородных лагерей должно быть гораздо больше, а самое главное — они должны быть по-настоящему доступны: и цена, и качество должно быть выше, конечно. Прошу прощения, качество должно быть выше, а цена, конечно, ниже». Тут участники дружно рассмеялись.

По итогам совещания Путин поручил Минэкономразвития и Агентству стратегических инициатив (АСИ) разработать предложения «по развитию конкурентных условий» при распределении госзаказов на детский отдых, а также призвал к развитию государственно-частного партнерства в этой сфере. По сути, это означало либерализацию рынка: чиновники обещали учитывать частные компании при распределении муниципальных заказов.

Уже через месяц АСИ провело собственное совещание, во время которого обсуждался один-единственный частный проект в сфере детского отдыха — «Страна детей» Леонида Ханукаева. По словам бывшего директора социального направления АСИ Владимира Яблонского, компания предложила проект на общих основаниях, через сайт ведомства, а затем он прошел экспертный совет. «На такие проекты очень большой спрос со стороны родителей, хотя на практике им сложно реализовываться», — говорит Яблонский.

Тогда же, в сентябре 2012 года, на сочинском инвестиционном форуме было заключено соглашение между «Страной детей» и администрацией Ярославской области: Ханукаев обещал застроить под детский лагерь тысячу гектаров недалеко от Переславля-Залесского. Лагерь должен был включать в себя десять «деревень» на тысячу детей каждая. Кроме того, там планировалось построить 11 гостиниц, больше 300 четырехзвездочных апартаментов (гостиничной инфраструктурой собиралась заняться группа Vienna International, управляющая 40 отелями в Европе), а также туристические объекты и конференц-комплексы — целый город стоимостью в миллиард долларов, такой объем инвестиций был заложен в проекте. Возведение лагеря планировали завершить к лету 2015-го.

Миллиард долларов для такого региона, как Ярославская область — большая удача; инвестиционное соглашение оказалось крупнейшим проектом для области в том году.

* * *

Государство собиралось обязать муниципалитеты и госкорпорации отдавать четверть, а потом и половину денег на путевки частным детских лагерям. Именно это и требовалось «Стране детей». При эффективном информационном сопровождении можно было сделать так, чтобы у муниципалитетов и сомнений не возникло, куда эти средства следует направить.

Между тем, сотрудникам «Страны детей» вскоре стало ясно, что своих денег у Леонида Ханукаева хватит только на то, чтобы изготовить красивую презентацию для банков. Предприниматель рассчитывал на мягкие условия получения кредита; с этой моделью финансирования он уже был знаком по работе в Сочи: львиную долю практически всех частных проектов там оплатил Внешэкономбанк.

По словам Сергея Ремера, работа «Страны детей» была направлена именно на получение такого кредита. В какой-то момент у сотрудников появилось ощущение, что их главная задача — собрать грузовик документов для банка. «Уже неважно было, работает это ли нет. Я говорил: отряд должен быть 12-14 человек, а не 20, потому что это уже не команда, она будет разваливаться на две части. Не могут 20 человек выступать на сцене одновременно. Мне Филипп [Бахтин] отвечал: нет, в ином случае мы не помещаемся в экономическую модель. Не лезь, сейчас с банком разрулим, потом разберемся», — рассказывает Ремер.

Таким образом, Ханукаев хотел построить лагерь на кредит от государственного банка, а заполнить его собирался, прежде всего, с помощью госзаказа. Фактически предприниматель планировал создать маленькую госкорпорацию, монополизирующую детский отдых; только принадлежала она частному капиталу.

Без денег

Ремер «не лез», но постепенно приходил к мысли, что у «Страны детей» серьезные проблемы: «Как человек, у которого 15 лет был собственный бизнес, я начал видеть четкие признаки того, что корабль идет ко дну. Сначала пропал 18-летний Chivas Regal, который стоял прямо на барной стойке в офисе и никогда не переводился — я уж не говорю про коньяки и все остальное. Потом осталась только водка. Потом и она пропала. Потом исчезла минеральная вода в маленьких бутылочках. В один момент кроме воды из помпы пить было больше нечего. Потом кончилась туалетная бумага в туалете — и все, я понял, что пора валить».

Последний раз Ремеру заплатили в апреле 2012 года (до этого, с октября 2011-го, ему платили регулярно). Без зарплаты он проработал до декабря 2012-го и ушел; компания осталась ему должна два миллиона рублей.

К середине 2013 года проект лагеря в Ярославской области, рассчитанного на 15 тысяч детей, начал плавно преображаться. Вместо него Ханукаев решил построить 24 «творческих лагеря» по всей России, каждый — на 1200 детей.

Эволюция идей была связана и с объективными факторами: землю в Ярославской области под «Страну детей» выкупить так и не удалось.

По словам Ханукаева, сперва ее обещало сдать в долгосрочную аренду Министерство сельского хозяйства, но в итоге площадка так и осталась на балансе ведомства. «Правительство опубликовало большой список объектов приватизации, и любые сделки по объектам, попавшим в список — в том числе по нашей земле — были заморожены», — говорит Ханукаев. Торги по приватизации назначили на 2015 год: поскольку там значился всего один участник — «Страна детей», аукцион был признан несостоявшимся.

Бизнесмен попрощался с Ярославской областью и занялся проектами поскромнее. Ушла и австрийская Vienna International, осознав, что проект в регионе не будет реализован.

Тем не менее, со стороны казалось, что компания процветает, да и отношения с чиновниками у ее создателей складывались как будто превосходно. «Пилотный» лагерь (из запланированных 24-х) на 1200 детей получил название «Село». Он был в десять раз меньше «Страны детей», зато располагался ближе к столице. В 2013 году новое строительство развернулось в деревне Кубаревка (Московская область), о чем свидетельствовали красивые видеоклипы, которые выкладывали ежемесячно.

В октябре 2013 года Леонида Ханукаева пригласили на совещание к премьер-министру Дмитрию Медведеву, посвященное социальному предпринимательству. Ханукаеву необходимо было срочно договориться с банками — и он с ходу начал жаловаться на недоступность кредитов. «В России 13 миллионов школьников, и если мы подразумеваем, что каждый ребенок хотя бы один раз в год должен отдохнуть, это уже приближается к более чем триллиону рублей, — подсчитал Ханукаев (если верить этим подсчетам, отдых одного школьника должен был обходиться бюджету почти в 80 тысяч рублей — при средней цифре по стране в восемь тысяч). — Но при этом финансовые институты не рассматривают социальные проекты, особенно инфраструктурные, в первую очередь, потому, что не существует серьезных аналогий». Ханукаев предлагал государству субсидировать процентную ставку по кредитам для социальных предпринимателей, как это уже происходит, например, с фермерами.

Той же осенью Агентство стратегических инициатив объявило «Страну детей» приоритетным проектом; а в ноябре на наблюдательном совете проект представили Владимиру Путину. Он не вызвал у президента никаких нареканий и фактически был им одобрен. По словам бывшего директора социального направления АСИ Владимира Яблонского, поддержка Путина не давала реальных преимуществ, зато обеспечивала проекту высокий статус, который можно было использовать как аргумент при получении кредита.

Алексей Левченко, познакомивший Ханукаева с Ольгой Голодец, подтверждает, что вице-премьер, в свою очередь, пообещала проекту всяческую поддержку, поскольку ей нравилось, что в дополнительное образование пойдут деньги. 

Осенью 2013-го Сбербанк предложил Ханукаеву кредит размером 80 миллионов долларов — этого с лихвой хватило бы на строительство «Села» (а сейчас лагерь обошелся бы в половину этой суммы). Однако Ханукаев внезапно отказался от этих денег. По его словам, правила его обременения оказались неподъемными.

«С одной стороны, они поверили, что это суперсоциальный проект, а с дугой — обременили по документам. Все заложить, любой платеж согласовывать. Чтоб не своровали деньги, — сердится Ханукаев. — Всем кажется, что где принес, там и выносишь. [Такова] схема недоверия бизнесменам, которые, мол, толком ничего не делают, а только выносят деньги. Мне это мешает».

Леонид Ханукаев рассчитывал на другое отношение и на другую схему финансирования, тогда как к нему отнеслись как к обычному предпринимателю — с должным недоверием. Менеджеров государственного банка можно было понять: несмотря на красивую идею с детским лагерем, в карьера у Ханукаева складывалась очень непростая.

После неудачи со Сбербанком дела в «Стране детей» окончательно разладились. К тому времени своих денег у Ханукаева уже практически не осталось; строительство лагеря «Село» велось за счет субподрядчиков, с которыми Ханукаев обещал расплатиться, когда получит госфинансирование. «Страна детей» заключила договоры о строительстве более чем с 18 организациями, обещая приток серьезных инвестиций в будущем. Большинство из них денег от Ханукаева не получили.

Когда кто-то из них подал в арбитражный суд и потребовал арестовать землю «Села» в рамках обеспечения долга, Ханукаев пустился в юридические хитрости. Земля в Бородино, на которой строился лагерь, принадлежала компании «Страна детей — Бородино»; Ханукаев по бумагам продал ее другой организации — «Стране детей — Село». Так и вышло, что официальный заказчик не обладал уже ни средствами, ни землей, чтобы расплатиться с подрядчиками. Эти действия Ханукаев объясняет необходимостью «защиты активов компании».

Строительная площадка «Страны детей — Бородино». Московская область, август 2013 года
Строительная площадка «Страны детей — Бородино». Московская область, август 2013 года
Кадр: Леонид Проценко / YouTube

* * *

Леонид Ханукаев предпринял последнюю попытку спасти проект — и отправился во Внешэкономбанк, к тому самому «олимпийскому кормильцу», который давал кредиты компаниям, задействованным на сочинской стройке. Попытка эта была отчаянной: Внешэкономбанк в кредите отказал.

Предприниматель, тем не менее, продолжал блефовать: в конце 2013 года он вовсю набирал детей в лагерь «Село», который якобы должен был открыться летом 2014-го. По признанию Ханукаева, все это было не зря: теперь у него есть база зарегистрированных родителей, будущих клиентов лагеря.

Филипп Бахтин также рассказывал об удивительном лагере, который скоро примет детей. «За питание отвечает Анатолий Комм, жилые корпуса строят немецкие архитекторы, систему безопасности разрабатывают два отставных генерала Моссада», — говорил он.

Бахтин уволился летом 2014 года. Вместе с ним ушла и вся его команда. Бывший руководитель «Страны детей» открыл новый детский лагерь «Камчатка» в Эстонии, а в феврале 2015 года вернулся на работу в медиа (за год до этого он говорил, что больше не планирует работать в СМИ) — креативным директором издательского дома «Афиша».

Сергей Ремер руководит псковской «Камчаткой». С Бахтиным он поссорился из-за бренда детского лагеря, который принадлежал бывшему главному редактору Esquire. По утверждению Ремера, Бахтин даже пытался уговорить хозяев курорта «Мальская долина» (где находится псковская «Камчатка») больше с ним не сотрудничать. Лагерь Ремера называется теперь «Камчатка — Псков»; директора двух «Камчаток» не разговаривают друг с другом.

За пять лет Леонид Ханукаев потратил на «Страну детей» 1,3 миллиарда рублей, еще 700 млн — долги сотрудникам и компаниям, которые строили бесплатно в расчет на грядущие инвестиции. Сейчас, по словам Ханукаева, в его компании работают семь человек; предприятие находится в замороженном состоянии.

По словам пресс-секретаря Ольги Голодец Алексея Левченко, Ханукаева подвела любовь к масштабным проектам: «Леонид такой человек, у него замах очень большой. Ему надо начинать с меньших проектов. Он умеет хорошо упаковывать, презентовать. Делает это красиво, вкусно. Что говорить — как идея это было, конечно, здорово. Жалко, что не получилось».

Катерина Гордеева, бывший куратор благотворительных программ «Страны детей» рассказывает, что только недавно удалила со своего компьютера папку под названием «Страна детей»: она до последнего верила, что проект состоится. «Это сумасшедше красивая, правильная и очень нужна история. Я глубоко верю, что он не хотел никого обмануть», — говорит Гордеева.

Илья Жегулев

Псковская область — Москва