истории

«Мы готовы умереть за Пророка» В Грозном состоялся митинг против французских карикатуристов: репортаж Даниила Туровского

Meduza
15:22, 19 января 2015

Фото: Эдуард Корниенко / Reuters / Scanpix

В Грозном в понедельник, 19 января, состоялся масштабный митинг «Любовь к Пророку Мухаммеду и протест против карикатур». Глава Чечни Рамзан Кадыров в своем инстаграме обещал собрать на акцию миллион человек — и тем самым дать символический ответ миллионам французов, вышедших на улицы в память о погибших в недавних терактах. В итоге, по данным МВД России, в Грозном митинговали 800 тысяч человек (по подсчетам «Би-би-си» — 350 тысяч). Протестующие несли плакаты «Нет карикатурам на Пророка», «No Charlie Hebdo», «Мухаммед — мой идеал» и другие. Специальный корреспондент «Медузы» Даниил Туровский побывал на акции и прошел по улицам Грозного вместе с его жителями.

В круглосуточной забегаловке в Грозном в четыре утра ко мне подходят двое бородачей — Магомет и Умар. «Приехал на митинг? Из Москвы? Очень круто. Поехали в гости».

Едем на их автомобиле сквозь центр города. Ночь, однако на каждом углу — по несколько вооруженных автоматами мужчин, все в черном. Улицы, ведущие к мечети «Сердце Чечни», рядом с которой будет проходить митинг, перекрыты военными грузовиками. На нескольких зданиях висят огромные растяжки с надписью «Руки прочь от нашего любимого Пророка Мухаммада».

— Ну, едем в наш подвал, — шутит Магомет.

— Да, покажем нашу ячейку террористическую, — смеется Умар.

«Вообще, свобода слова — очень спорная тема, — рассуждает Магомет, когда я спрашиваю, что они думают о карикатурах. — Мы с Умаром за свободу слова, но не за свободу говорить все. Это сложно. Вот так рисовать [как в Charlie Hebdo] — точно нельзя».

«И, могу сказать, акция [нападение на редакцию Charlie Hebdo] — тоже мутная. Слишком организованная. Паспорт он свой оставил? Был в маске, но поехал туда с паспортом? У меня много сомнений в том, что это настоящие террористы. В Париже все так же мутно, как с нападением на Дом печати (4 декабря 2014 боевики запрещенной организации „Имарат Кавказ“ атаковали Грозный — прим. „Медузы“). Зачем? Кто? „Имарат Кавказ“? Кто угодно может сказать, что это они. А потом — во всем виноваты кавказцы или мусульмане. Помнишь, как в „Человеке-пауке“? Там босс давал задание Питеру Паркеру, чтобы тот снял человека-паука обязательно злым. Мусульман хотят видеть злыми».

Квартира Магомета и Умара расположена в одном из домов на проспекте Путина. Они приглашают меня к себе и предлагают сыграть в футбол на игровой приставке. Спрашиваю, собираются ли они на митинг, который должен начаться в десять утра. «Обязательно, ведь это очень интересно, — иронизирует Магомет. — На самом деле, нет. Может, посмотрим из окна».

Фото: Виктор Филатов

Митинг и шествие с не самым изящным названием «Любовь к Пророку Мухаммеду и протест против карикатур» в своем инстаграме глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров анонсировал 14 января, через несколько дней после перепалки в социальных сетях с оппозиционером Михаилом Ходорковским и радиостанцией «Эхо Москвы». Ходорковского, призвавшего российские СМИ перепечатать карикатуры из Charlie Hebdo, Кадыров назвал «врагом всех мусульман и личным врагом», а «Эхо Москвы», повесившее опрос о том, можно ли публиковать такие карикатуры, — «антиисламской радиостанцией».

«Я считаю своими личными врагами тех, кто поддерживает „право“ „Шарли Эбдо“ и других изданий оскорблять религиозные чувства полтора миллионов мусульман. Мы должны показать наше единство и любовь к Пророку!» — рассуждал Кадыров в своем инстаграме. Он пообещал, что на улицы выйдет миллион человек.

Ближе к семи утра в понедельник, 19 января, на улицах Грозного появились первые «Газели» с людьми, приезжающими из других регионов (всего я их видел около сотни), они выбирались из машин с флагами кавказских регионов — Ингушетии, Дагестана, Северной Осетии. Все, с кем мне удалось поговорить, заявили, что приехали на акцию добровольно. Возле площади Минутка, главной точки сбора участников шествия, тротуары и газоны заставлены автомобилями — их тысячи, сквозь них не протиснуться. На стеклах машин — и на частных, и на «скорых», и на полицейских — были приклеены одинаковые наклейки «I love my prophet Muhammad» («Я люблю Пророка Мухаммеда»).

Роза, уборщица в одном из кафе недалеко от площади Минутка, старалась поскорее закончить с мытьем кофемашины — она хотела занять место получше, поближе к сцене. «Ближе к уважаемому Рамзану Ахматовичу Кадырову хочу встать, — объясняла она мне. — Я оскорблена карикатурами, как и все настоящие мусульмане. Мы выйдем показать, что ислам объединяет, что это религия единства, что она мирная». Покончив с кофемашиной, Роза покрыла голову праздничным платком и вышла на улицу.

Розе сразу бросилось в глаза, что у каждого человека на улице — плакат или листовка. Их всего несколько видов — это значит, что их где-то централизованно раздают. Розе тоже хотелось плакат, она выяснила, что получить его можно в «Газели», стоящей посреди импровизированной парковки на газоне. «Газель» была окружена толпой, мужчины толкались и ругались, двое молодых людей из кузова раздавали плакаты с надписями «Образ Пророка Мухаммада неприкосновенен» и «Нет карикатурам на пророка Мухаммада» (там же раздавали воздушные шарики, на которых слово «пророк» было написано по-английски — и неправильно). Плакаты быстро закончились, Розе ничего не досталось. Она позвонила сыну — тот сказал, что у него есть несколько плакатов, и он скоро подъедет.

Фото: Виктор Филатов

Возле гигантской стоянки организаторы собирали студентов Чеченского государственного университета. Их строили группами — как учатся, так и пойдут. Студенты веселые — выходной, можно не учиться. На другой стороне от студентов — около 300 мужчин танцевали чеченский танец зикр. У некоторых из них в руках были деревянные палки.

К мечети люди шествием двигались из разных концов города. Со всех сторон раздавалось хоровое «Аллаху акбар», заглушающее другие городские звуки.

По пути шествия стояли коробки с бесплатными булками, шоколадом и водой. На заборах попадались приклеенные скотчем бумажки формата А4 с понятными лозунгами: «Ходорковский поддерживает карикатуру на Пророка Мухаммада и требует всех сотрудников СМИ опубликовать карикатуру! Неуважение к чужой религии — это отсутствие демократии! Давление на сотрудников СМИ — уголовно наказуемо! Требуем наказать преступника!!!», «Нет редакции „Эхо Москвы“! Нет богохульству Ходорковского!», «Общественный деятель Ходорковский оскорбляет мусульманское общество!!! Тогда в чем заключается его общественная деятельность???»

К 11 утра людей на площади возле мечети и соседних улицах было уже так много, что невозможно было даже примерно прикинуть, сколько их тут всего (журналисты «Би-би-си» считают, что около 350 тысяч, МВД России считает, что 800 тысяч). Ведущий со сцены заявил, что люди еще подходят, поэтому «выступления» начнутся чуть позже.

Фото: Казбек Вахаев / EPA

Около 20 минут подряд он читал в микрофон шахаду; многотысячная толпа повторяла за ним на арабском: «Свидетельствую, что нет иного Бога, кроме Аллаха, и еще свидетельствую, что Мухаммед — посланник Аллаха».

Один из митингующих, 30-летний Шамиль, держал плакат «Карикатуры не могут оскорбить Пророка Мухаммада, но они оскорбляют всех мусульман». «Я даже не стал сегодня отпрашиваться с работы, потому что понятно, что никто и так туда не придет, — говорит он. — Я хочу сказать, что на акцию никого не сгоняют. Все идут добровольно, потому что для нас пророк — это мы сами. У меня отец, перенесший два инсульта, пешком сюда идет. Мы вышли, потому что невозможно терпеть эти оскорбления. Я узнал об этом журнале [Charlie Hebdo] в 2011 году, когда карикатуры в первый раз печатали. Но теперь мы вышли и поддержать тех, кто показал, что оскорблять пророка нельзя. Любой мусульманин на такое готов. И тот, кто защищает пророка, попадает не в ад, а в рай».

Наконец, на сцене появился главный организатор митинга, глава Чечни Рамзан Кадыров — одетый во все черное и белую нарядную жилетку. Колонок хватало только на первые ряды, но сотням тысяч собравшихся было не до Кадырова — они общались и делали селфи с плакатами.

«Если потребуется, мы готовы умереть, чтобы остановить любого, кто думает, что можно безответственно склонять имя Пророка, — говорил Кадыров. — Это должны четко усвоить все, кто бессовестно игнорируют мнение сотен миллионов мусульман. Европа не сделала должных выводов из недавних кровавых событий в Париже. Вместо того чтобы осудить тех, кто открыл стрельбу, и тех, кто своими карикатурами давал для этого повод, власти Франции организовали уличное шоу с лозунгами в поддержку вседозволенности, ведущей к кровопролитию. Это дает право говорить, что за инцидентом с карикатурами могут стоять власти и спецслужбы западных стран, заинтересованных вызвать новую волну пополнения рядов ИГИЛ тысячами обманутых молодых людей со всего света!»

Фото: Виктор Филатов

Как только Кадыров закончил выступление, люди стали расходиться по городу, скандируя «Аллаху акбар!» Эти крики раздавались даже в очереди за пирогами — и во всех переулках. Когда наступило время обеденной молитвы, большая часть митингующих разложила молитвенные коврики прямо на асфальте.

Несколько человек молились рядом с забором, на котором черной краской было выведено «Мы все Куаши». Куаши — фамилия братьев-террористов, напавших на Charlie Hebdo. 

Даниил Туровский