Перейти к материалам
истории

«Сверху сказали на антифа больше не нападать» Никита Тихонов рассказал, как был идеологом БОРНа: репортаж Андрея Козенко

Meduza
Фото: Сергей Бобылев / ТАСС / All Over Press

В Московском областном суде идет процесс по делу БОРНа — «Боевой организации русских националистов». Члены банды неонацистов Максим Баклагин, Михаил Волков, Вячеслав Исаев и Юрий Тихомиров частично или полностью (кроме Тихомирова) признали свою вину в резонансных убийствах конца нулевых. Жертвами БОРНа стали федеральный судья Эдуард Чувашов, известные антифа-активисты Иван Хуторской и Илья Джапаридзе, член националистической группировки «Черные ястребы» Расул Халилов, чемпион мира по тайскому боксу Муслим Абдуллаев и двое обычных мигрантов — грузчик Салахедин Азизов и таксист Сосо Хачикян. В среду, 19 ноября, произошло одно из ключевых событий процесса: признательные показания дал Никита Тихонов, пожизненно осужденный за убийство адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой. На следствии такие показания Тихонов уже давал — и получил за участие в БОРНе еще 18 лет тюрьмы к пожизненному сроку. Но теперь он впервые публично признался, что был одним из идеологов БОРНа. За процессом следит специальный корреспондент «Медузы» Андрей Козенко.

Один из больших залов расположенного практически возле МКАДа здания Московского областного суда. Вдоль стены — несколько стеклянных клеток-аквариумов. В одной (еще и внутри разделенной прозрачными перегородками) сидят члены банды БОРН — Баклагин, Волков, Исаев и Тихомиров. В соседнем «аквариуме» — Никита Тихонов. Через окошко он дружелюбно о чем-то переговаривается с Волковым. Оказавшись в колонии для пожизненно осужденных («пэжэ» на жаргоне адвокатов), Тихонов дал показания на остальных участников БОРНа, что позволило арестовать их, а также сознался в причастности к нескольким убийствам. Однако если на своем втором приговоре в сентябре 2014-го Тихонов сказал от силы слов десять — и вообще больше был похож не на человека, а на оболочку от него, то теперь он дал подробные показания и на себя, и на остальных.

Адвокат Тихонова Алексей Першин отказывался отвечать на вопрос, зачем Тихонову потребовалось признавать себя виновным, давать показания на остальных и получать новый срок. «У меня свои догадки», — отвечал адвокат. Впрочем, все знакомые с делом БОРНа говорили одно и то же: два года, пока шло следствие, Тихонов провел в московских СИЗО, где условия содержания куда легче, чем в заполярной колонии для «пэжэ»; новые процессы означают возможность оставаться в столице.

«Телефоны убраны, у вас открыты только уши и глаза. Общение между собой запрещено», — напутствовала журналистов женщина из службы судебных приставов. Когда в зал зашел судья Мособлсуда Александр Козлов (один из его эпизодов дела — убийство судьи Мосгорсуда Эдуарда Чувашова, так что Мосгорсуд, не сумев гарантировать беспристрастность, не взялся за дело БОРНа), все встали. Второй раз публика встала, когда появилась коллегия присяжных — четверо мужчин, девять женщин.

Судья попросил Тихонова «в свободном рассказе» изложить историю создания банды и рассказать об ее деятельности. «Свободный рассказ» продолжался несколько монотонных часов — свидетель постарался сделать так, чтобы его живая речь была похожа на чтение тома уголовного дела. Никаких эмоций.

«Я один из организаторов банды — экстремистского сообщества БОРН, — говорил Тихонов. — Ее начало было положено осенью 2007 года, когда я встретился со своим близким другом Ильей Горячевым. В тот момент я находился в розыске за совершение другого преступления и скрывался».

Той осенью Тихонова, выпускника истфака МГУ, пиарщика и спичрайтера по профессии, разыскивали по подозрению в убийстве антифашиста Александра Рюхина. Группа неонацистов зарезала Рюхина неподалеку от станции метро «Домодедовская»; трое получили за это сроки, но Тихонову тогда удалось уйти от ответственности. Илья Горячев в середине нулевых пользовался репутацией человека, который имеет контакты в администрации президента и консультирует ее по вопросам националистических движений. Потом, когда Тихонова будут судить за убийство Маркелова и Бабуровой, Горячев даст на него показания, хоть и откажется от них. Позже показания на скрывавшегося в Сербии Горячева даст уже сам Тихонов, и тот будет экстрадирован, а его участие в создании БОРНа будут рассматривать отдельно.

«Горячев сообщил мне, что у него есть знакомые во власти, в администрации президента, — продолжил свой рассказ Тихонов. — И он предложил мне совершать убийства в интересах этих людей. Тем более что он знал: у меня есть обширный круг знакомств среди футбольных хулиганов и скинхедов». Первоначально, по словам Тихонова, речь шла об убийстве национал-большевиков, членов функционировавшего тогда Объединенного гражданского фронта во главе с Гарри Каспаровым и их союзников. В обмен Горячев предлагал избавить Тихонова от нахождения в розыске и вообще от уголовного преследования. Тихонов отказался — в тех же нацболах он врагов не видел. Тогда Горячев сменил приоритеты.

Все той же осенью 2007 года он рассказал Тихонову, что российские антифа, анархисты и прочие левые радикалы получили деньги от своих европейских единомышленников на создание «политической партии нового типа». Координатором с российской стороны выступал Станислав Маркелов — «активист леворадикального движения анархического толка, который официально занимался адвокатской деятельностью», как охарактеризовал его Тихонов. «Партия нового типа», как объяснял тогда Горячев Тихонову, должна была отмежеваться от сталинизма и патриотических настроений, выступать за амнистию нелегальных мигрантов и за еще большее переселение в Россию жителей Средней Азии. А кроме этого, бороться с гомофобией, поддерживать гей-сообщество и «другие девиации».

Шествие антифа в память Маркелова и Бабуровой. 19 января 2014-го
Шествие антифа в память Маркелова и Бабуровой. 19 января 2014-го
Фото: Зураб Джавахадзе / ТАСС / Scanpix

Горячев, со слов Тихонова, рассказал ему, что вербовка леворадикальной молодежи уже ведется, в частности, на концертах культовых для антифа рок-групп (а платит за организацию концертов все тот же Маркелов). Использовать же эту массовку в будущем планируют на уличных выступлениях. «Если с Маркеловым что-нибудь случится, то мне, сказал тогда Горячев, будут очень благодарны в органах власти», — вспоминал Никита Тихонов.

Тихонов взял паузу до декабря, нелегально пересек границу и встретился в Киеве с Александром Париновым — своим подельником, который тоже был в бегах после убийства антифашиста Рюхина. Паринов идею дальнейшего устранения антифа поддержал, но принимать в этом участие отказался — он, со слов Тихонова, болел гепатитом. В 2008-м Тихонов вернулся в Москву, вновь встретился с Горячевым и получил от него список людей, собиравшихся стать лидерами «новых левых». Кроме Маркелова это были антифашисты Федор Филатов, Илья Джапаридзе, Иван Хуторской, Алексей Олесинов и другие. К списку прилагались адреса и фотографии. Горячев сказал, что особенно от Тихонова ожидают убийств Маркелова и Филатова.

Тихонов нашел двух подельников — нынешнего подсудимого Волкова и впоследствии скрывшегося на Украине и там погибшего Алексея Коршунова. В начале октября 2008 года Тихонов и Волков выследили Федора Филатова, а 10 октября рано утром приехали к его подъезду. Тихонов был вооружен кастетом, Волков — ножом. Оба, по словам Тихонова, были загримированы, да еще и пришли в париках под «Битлз». Филатов вышел из подъезда, у него в руке был мотоциклетный шлем. К нему навстречу бросился Тихонов и несколько раз ударил в голову кастетом. «Он отбивался шлемом, выронил его. Я посмотрел ему в лицо и понял, что он близок к потере сознания. Подбежал Волков, а я отвернулся, чтобы оценить ситуацию, не проезжает ли полицейская машина», — монотонно рассказывал Тихонов. Он обернулся, увидел, что Филатов весь в крови сидит на асфальте и кричит: «Скорую!» После этого неонацисты убежали, переоделись; Волков поехал на работу. Тихонов доехал на маршрутке до метро, прошелся до Яузы и там утопил нож. На следующий день из интернета он узнал, что Филатов скончался.

Тихонов продолжил рассказывать, что вскоре он опять встретился с Горячевым, тот выразил одобрение и поддержку по поводу случившегося, но вместе с тем заявил, что нужен «дополнительный резонанс». Необходимо придумать название для группы и организовать рассылку в СМИ с объяснением, кто и зачем совершает нападения. Горячев дал Тихонову список электронных адресов и научил отправлять письма с телефона так, чтобы отправителя не могли вычислить правоохранительные органы.

В том же октябре Тихонов первый раз разослал сообщения от имени БОРНа. Это произошло после того, как в Можайском районе Москвы гражданином Узбекистана (он впоследствии получил 23 года тюрьмы) была изнасилована и убита 15-летняя школьница Анна Бешнова. Тихонов и Коршунов хотели убить какого-нибудь родственника или знакомого гастарбайтера. Но власти, опасаясь беспорядков, оперативно выселили их. Тогда члены БОРНа решили убить просто «лицо среднеазиатской внешности». Убийство, по словам Тихонова, совершили Коршунов и вернувшийся в Россию Паринов. Жертвой стал грузчик Салахедин Азизов.

В 2009-м в банде появился еще один участник — Максим Баклагин. К этому времени Тихонов уже совершил убийство Маркелова и Бабуровой, но на нынешнем судебном заседании расказал об этом вскользь. «Я это сделал, но Баклагину не признался», — сказал Тихонов, не объясняя мотивов. Резонанс от этого преступления был огромным. Горячев якобы сказал Тихонову, что «сверху сказали на антифа больше не нападать». Однако участники БОРНа ослушались. Тихонов рассказал, что они выследили Илью Джапаридзе; Тихомиров стрелял в него из травматического пистолета, Баклагин добил ножом.

В конце лета, спокойно продолжал рассказывать Тихонов, резонанс получило дело банды «Черные ястребы» — кавказских националистов, нападавших на славянскую молодежь. «Не все даже оказались под стражей, некоторые ушли на подписку о невыезде, а по нашей практике это значит в будущем условный срок. Им не вменяли создание экстремистского сообщества и бандитизм. Это двойные стандарты», — возмущался Тихонов. Горячев его поддержал и нашел адреса и фотографии двух человек, которые жили в Отрадном и ездили в суд из дома. За ними установили слежку. Тихонов хотел принять участие в их убийстве, но в сентябре 2009 года получил ножевое ранение в ситуации, которая «находится за рамками этого уголовного дела». Одного из выслеженных «Черных ястребов» — Расула Халилова — расстрелял Волков. Тихонов разослал сообщения от имени БОРНа, где объяснял мотивы.

В октябре 2009 года Волков предложил напасть на антифашиста Ивана Хуторского. Он, рассказывал Тихонов, получил кличку Костолом, потому что в схватках с неонацистами старался ломать им конечности. Тихонов, по его словам, отказался — потому что на то не было согласия Горячева. За организацию преступления взялся Коршунов; Хуторского участники БОРНа выследили в районе Гольяново, где тот жил. «3 ноября я был задержан сотрудниками ФСБ по обвинению в убийстве Маркелова. Потом, в СИЗО, я узнал, что 16 ноября Костолом был застрелен», — закончил свой рассказ «в свободной форме» Никита Тихонов. О других преступлениях участников БОРНа, в том числе об убийстве судьи Чувашова, он, по его словам, узнавал по обрывочным сведениям из СМИ.

После перерыва Тихонова допрашивали прокуроры и адвокаты четверых подсудимых — каждый в интересах своего клиента. Тихонов ответил на всех их вопросы. «Название БОРН придумал я, но идея принадлежит Горячеву, он воспринимал это как бренд, он хотел, чтобы об этом говорили, — в том числе сказал он. — Но были и конкретные люди, совершавшие конкретные действия. Роль личности имеет значение — без меня или Горячева организации бы не было».

Андрей Козенко

Москва