разбор
Россияне выводят со счетов сотни миллиардов в месяц. Может, и мне пора? Не заморозят ли вклады?
8 карточек
1
Что случилось?
Россияне встревожены новой волной слухов о возможной заморозке вкладов. На прошлой неделе о таком риске сообщила газета The Washington Post. Издание связало этот сценарий с растущим объемом наличных денег.
Россияне действительно выводят средства из банков и кладут накопления «под подушку» еще с осени 2024 года. Но особенно массовым отток стал в 2026-м. С начала года показатель увеличился более чем на 10%, или на 2,8 триллиона рублей. А по итогам 2026-го может достигнуть 3,8 триллиона, говорил в комментарии РБК финансовый директор «Сбера» Тарас Скворцов. Для сравнения — это больше половины бюджета Москвы в этом году. Июль Скворцов и вовсе назвал худшим месяцем для банков по параметру оттока за последние шесть лет.
Нынешний темп роста объема наличных похож на тот, которым россияне снимали деньги после начала большой войны и объявления мобилизации в 2022 году. Но сегодня это происходит на фоне углубляющихся проблем в экономике и новой волны слухов о заморозке вкладов.
2
Все настолько серьезно?
Проблемы действительно нарастают, но ситуация пока все же далека от катастрофы. О сценарии заморозки вкладов мы еще поговорим ниже, а пока следует констатировать, что отток наличных создает более явную и злободневную проблему для банков: с начала 2026 года дефицит свободных денег (ликвидности) у них увеличился более чем в четыре раза — с 0,6 триллиона рублей до 2,6 триллиона.
Вы и так знаете (а «Медуза» постоянно напоминает), что мир в огне. Но в нем все еще происходят добрые и вдохновляющие истории. Рассказываем их в нашем инстаграме — и про важные новости тоже не забываем. Подписывайтесь!
3
Что значит этот дефицит ликвидности?
Каждый коммерческий банк имеет счет в Центральном банке. Деньги на этом счете и есть ликвидность. Ими банки расплачиваются друг с другом. Это расчетные деньги всей банковской системы, а не прибыль или капитал конкретного банка.
Когда клиенты снимают наличные, рубли физически покидают банковскую систему — и ликвидность снижается. И наоборот, при пополнении банковского счета или вклада количество денег увеличивается, объясняли аналитики «Альфа-банка».
4
А какие риски все это создает?
Рост наличности — это в первую очередь признак того, что экономика уходит в тень, а отток ликвидности в теории означает, что у банков становится меньше возможности выдавать кредиты и покупать госдолг, что особенно важно для властей в условиях растущего дефицита бюджета.
«Государству нужно все время размещать долг. И чем меньше в банковской системе рублей, тем меньше долга могут купить банки», — объясняет «Медузе» старший научный сотрудник Центра анализа европейской политики (CEPA) Александр Коляндр.
Экономист Евгений Надоршин в комментарии «Русской службе Би-би-си» говорил, что, когда количество наличных растет, доступный объем денег в экономике может снижаться. Ведь, не считая уставного капитала, у банка нет своих денег — он управляет средствами вкладчиков и за счет этих ресурсов дает кредиты. Если вкладов становится меньше, то меньше и возможности кредитовать:
Это не то, что видно сейчас явно, но то, что может через какое-то время проявиться. Сейчас мы еще видим вялый рост вкладов, но скоро он может превратиться в снижение, а через механизм увеличения вкладов как раз и происходит умножение денег в системе и увеличение их доступности.
Тарас Скворцов из «Сбера» также пояснял РБК, что рост объема наличных с точки зрения крупнейшего российского банка означает «один миллион кредитов ипотечных, которые мы как система не выдадим». «Миллион семей не получат ипотеку», — констатировал он.
Что еще известно об уходе экономики в тень
5
Звучит тревожно! Может, и мне пора снять деньги со счетов и вкладов?
Пожалуй, лучше обойтись без радикальных решений.
Устойчивость российских банков остается относительно велика. Недостаток свободных денег они пополняют за счет сделок с Центробанком. Кроме того, хотя дефицит ликвидности и достиг 2,6 триллиона рублей, на вкладах остается еще 68,6 триллиона. Добавим к этому и то, что у 58% россиян сбережений нет вовсе.
Ситуация с ликвидностью в банковском секторе может складываться по-разному, но это не влияет на бесперебойную работу банков, заверяли в Центробанке. В России такой дефицит длился годами, но отрасль продолжала развиваться. Например, с 2012 по 2017 год банки работали в условиях и более жесткого недостатка ликвидности.
Как объясняют аналитики «Альфа-банка», насторожить наблюдателей должны не сами по себе утекающие из банков наличные, а темп роста и продолжительность этого процесса. Следить стоит не столько за размером дефицита, сколько за динамикой оттока наличных. Если он затухнет, ситуация может начать нормализовываться, отмечают в «Альфе».
Что касается быстрого темпа роста доли наличных, их количество все равно находится вблизи исторических минимумов, обращал внимание Центробанк.
6
А до какого предела дефицит ликвидности у банков может расти?
Нынешний дефицит укладывается в прогноз ЦБ на 2026 год — 2,4–3,6 триллиона рублей. Экономист Евгений Надоршин говорил, что показатель может вырасти еще на триллионы — и банковская система все равно с этим справится.
7
То есть тревожиться не из-за чего?
Конечно, есть из-за чего. Если война не закончится в ближайшее время — а предпосылок этого пока не видно, — проблемы в экономике будут только нарастать. Следовательно, уровень жизни россиян медленно, но неуклонно будет понижаться. Но продолжаться этот процесс может долго, говорил бывший зампред Банка России Олег Вьюгин.
Как написали аналитики ЦБ еще в 2022 году, по одному из сценариев развития событий Россию ждет «обратная индустриализация». А в 2025-м регулятор констатировал, что война снизила возможности для роста экономики.
8
В общем, вклады все-таки могут заморозить?
Вряд ли.
Приглашенный ассистент-профессор экономики Университета штата Пенсильвания Татьяна Михайлова в комментарии «Би-би-си» говорила, что, хотя такие опасения и существуют, риск остается маловероятным. По-настоящему массового набега вкладчиков на банки не наблюдается, а проблемы бюджета власти пока решают, увеличивая количество денег в экономике. Это разгоняет инфляцию, но не вызывает социального взрыва и подрыва доверия к банковской системе, который вызвала бы заморозка вкладов.
С этим мнением согласны и экономисты Александр Коляндр и Евгений Надоршин. О том же еще в 2025 году говорил доцент экономического факультета МГУ имени Ломоносова Олег Буклемишев.
Зампред Центробанка Алексей Заботкин в июле 2026 года и вовсе утверждал, что заморозка вкладов невозможна «ни при каком сценарии», а доктор экономических наук Никита Кричевский предвещал, что «никакой заморозки вкладов не будет — таково принципиальное решение Гаранта (Владимира Путина, — прим. „Медузы“)… обмена вкладов на облигации также не предвидится». Бывший зампред Центробанка Олег Вьюгин называл идею заморозить вклады «бесполезной».
Если бы надвигалась катастрофа, наблюдался бы резкий рост процентов по вкладам — или власти ограничили бы конвертацию наличных и приняли бы иные меры, чтобы удержать деньги в банковской системе, считает Александр Коляндр:
Заморозка вкладов — очень крайняя мера, от которой будет очень много вреда. Это как химиотерапия. Существует миллион всяких способов удержать деньги в банковской системе без таких репрессивных мер.
«Медуза»