Что будет, если Трамп отдаст приказ атаковать Иран? Есть пять основных сценариев. Рассказываем о каждом из них (спойлер: наиболее обсуждаемый — «венесуэльский»)
На 26 февраля намечен очередной раунд переговоров в Женеве между Ираном (в лице министра иностранных дел Аббаса Арагчи) и США (в лице спецпосланника президента Стива Уиткоффа) при посредничестве Омана (в лице министра иностранных дел Бадра аль-Бусаиди). Согласно почти единодушному мнению западных экспертов и журналистов, он не приведет к дипломатическому прорыву — и значительно повысится вероятность того, что президент США Дональд Трамп отдаст приказ о начале военной операции против Ирана. Вот пять основных сценариев возможного развития событий.
Сценарий 1. Дипломатическое решение
Ожидается, что Иран выступит в Женеве с неким предложением относительно своей ядерной программы. Например, возьмет на себя обязательство обогащать уран не более чем до 3–5% — этого достаточно для ядерной энергетики, но недостаточно для создания ядерной бомбы. Или вернется к идее регионального консорциума по обогащению урана, в котором могли бы участвовать, помимо Ирана, такие страны как Саудовская Аравия и ОАЭ.
Такие предложения почти наверняка не устроят США: они настаивают на том, чтобы Иран полностью отказался от обогащения урана на своей территории. Кроме того, американские требования касаются не только ядерной программы: США хотят ограничить развитие иранской ракетной программы и поддержку региональных союзников исламской республики — шиитских военизированных группировок в Ираке, Ливане («Хизбалла») и Йемене (хуситы), а также террористов ХАМАС.
Эти требования, в свою очередь, неприемлемы для режима аятолл. Право на собственное обогащение урана — это для него давно уже не только и даже не столько вопрос развития ядерной энергетики и статуса «почти ядерной» державы, но и дело принципа. В последние два десятилетия Иран вложил в ядерную программу огромные силы и деньги. Власти неизменно настаивали, что когда США и другие западные страны запрещают обогащение — это попытка унизить Иран и не дать ему свободно развиваться.
Если теперь режим откажется от обогащения урана, это будет равносильно признанию, что он, во-первых, слаб, а во-вторых, в предыдущие 20 лет вел неверную политику. И что лишения, с которыми столкнулись иранцы из-за затяжного и очень тяжелого экономического кризиса, вызванного западными санкциями, были напрасны.
Что касается других американских требований, представители Ирана не раз прямо заявляли, что не намерены их даже рассматривать. Ракетная программа и региональные прокси — это практически единственная защита Ирана от региональных противников. Прежде всего, от Израиля. У Ирана нет с ним сухопутной границы. ВВС еврейского государства заведомо сильнее. Исламская республика может угрожать Израилю лишь двумя способами: баллистическими ракетами и боевиками, которые базируются неподалеку от его границ, — в первую очередь, это «Хизбалла» на юге Ливана. То и другое Иран рассматривает как собственное средство сдерживания.
Таким образом, пространства для дипломатического урегулирования кризиса немного.
Сценарий 2. Символический удар
Наращивание американского военного присутствия вокруг Ирана само по себе можно рассматривать как своеобразный аргумент на продолжающихся переговорах. Представители администрации Трампа — например, министр обороны Пит Хегсет — не устают повторять, что президент предпочел бы заключить сделку — но только на своих условиях. Две авианосные ударные группы, множество кораблей, самолетов и ракет, нацеленных на Иран, призваны напомнить исламской республике, что ее ждет, если она на сделку не пойдет.
Логичным развитием такой переговорной стратегии мог бы стать символический удар. Американцы могут разбомбить какой-нибудь ядерный объект, военную базу или, скажем, сбросить бомбу где-то по соседству с местом, где скрывается аятолла Хаменеи, — в знак серьезности своих намерений.
Теоретически это может вынудить Иран стать более уступчивым на переговорах. Но более вероятно, что эффект будет противоположным: режим аятолл просто откажется продолжать переговоры под таким давлением. Или решит, что раз США, собрав такую внушительную военную группировку в регионе, размениваются на символические удары, то воевать всерьез не собираются.
Сценарий 3. «Венесуэльский»
Пожалуй, это наиболее обсуждаемый вариант развития событий. Он предполагает, что США проведут ограниченную операцию по устранению верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи и, возможно, еще нескольких ключевых фигур: его сына и вероятного преемника Можтабы, а также главнокомандующего Корпусом стражей Исламской революции Мохаммада Пакпура. Затем США сделают новому руководству страны «предложение, от которого нельзя отказаться»: либо выполнение американских условий, либо убийство новых руководителей.
Собственно говоря, именно это США проделали в начале январе в Венесуэле. Они не стали проводить полномасштабную военную операцию и даже не попытались сменить режим, а просто захватили диктатора Николаса Мадуро, пригрозили его преемнице Делси Родригес, что с ней может случиться то же самое, — и она стала сговорчивой: фактически согласилась передать венесуэльскую нефтяную промышленность под американский контроль, прекратила сближение с Россией, Китаем и Ираном, освободила политзаключенных.
В Иране реализовать такой сценарий будет, конечно, гораздо сложнее. Во-первых, чисто технически: Тегеран дальше и менее доступен для американских военных, чем Каракас. Во-вторых, аятолла Хаменеи лучше защищен, а Корпус стражей Исламской революции более боеспособен, чем армия Венесуэлы. В-третьих, иранский режим более идеологизирован, чем венесуэльский, а его костяк составляют идейные революционеры и боевые офицеры, которых сложнее запугать.
Вероятность, что США удастся захватить Хаменеи или еще кого-то из иранских руководителей живым, пренебрежимо мала. Под их устранением подразумевается убийство — скорее всего, ракетным или авиаударом. Трамп не раз говорил, что еще во время 12-дневной войны в июне 2025 года он точно знал, где находится Хаменеи, и мог отдать приказ о его убийстве уже тогда.
Иранское руководство готовится к такому сценарию. Хаменеи уже определил троих своих возможных преемников — их имена держатся в секрете. Из неофициальных источников известен даже список людей, которых сама иранская элита рассматривает как потенциальных «иранских Делси»: это секретарь Верховного совета национальной безопасности Али Лариджани, спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф, бывший президент Хасан Рухани.
«Венесуэльский сценарий» предполагает сохранение внутренней структуры исламской республики и радикальное изменение ее внешней политики. Учитывая крайнюю непопулярность режима и тот факт, что в последние несколько лет он фактически опирается исключительно на силу, жизнеспособность этой модели весьма сомнительна.
Сценарий 4. Массированный удар по ядерным и ракетным объектам
США могут сосредоточиться на решении военным путем тех задач, которые не удается решить дипломатически: разбомбить иранские ядерные объекты и ракетные базы. Известно, где находятся большинство из них: они уже подвергались израильским и американским ударам в июне 2025 года. Это в том числе исследовательские центры в Тегеране и Исфахане, комплексы по обогащению урана в Натанзе и Фордо, реактор на тяжелой воде в Араке, испытательный полигон в Парчине, крупные ракетные базы в Ширазе и Куме.
После 12-дневной войны Иран приложил значительные усилия, чтобы хотя бы частично восстановить работу поврежденных объектов, а также ввести в строй новые. Особую обеспокоенность западных и израильских наблюдателей вызывает строящийся объект на горе Коланг-Газ-Ла (гора Кирка) неподалеку от Натанза. Предположительно, это будет комплекс по обогащению урана на глубине до 100 метров под землей — вне зоны поражения даже мощнейшей американской противобункерной бомбы GBU-57 MOP. Судя по всему, он пока не функционирует, но на нем ведутся очень интенсивные строительные работы.
Удары по ядерным и ракетным объектам почти наверняка будут дополнены ударами по политическому и военному руководству Ирана. Этот сценарий фактически предполагает повторение 12-дневной войны, только в большем масштабе.
Сценарий 5. Смена режима
Исламскую республику воплощает не только аятолла Хаменеи и его религиозно-политический аппарат (Совет целесообразности, Совет экспертов), но и Корпус стражей Исламской революции — силовая структура, имеющая собственные бронетанковые части, ВВС, флот, спецслужбы, полицейские части и массовое ополчение. Если США зададутся целью свергнуть режим аятолл, потребуется масштабная кампания по уничтожению руководства, баз и живой силы КСИР.
Для США это очень рискованный сценарий. Во-первых, у американского командования — включая главу Объединенного комитета начальников штабов генерала Дэна Кейна — есть сомнения, что военной группировки, собранной на Ближнем Востоке, хватит для достаточно долгой и достаточно интенсивной кампании. Среди главных ограничений — запасы боеприпасов, прежде всего, противоракет для комплексов THAAD и Patriot, которые должны защитить американские силы и их союзников от иранского контрудара. США в больших количествах поставляют их Израилю и Украине — и производство не успевает восполнять запасы.
Во-вторых, если режим аятолл решит, что война имеет для него экзистенциальный характер, он активирует все свои средства сдерживания. Иранский «москитный флот», конечно, не сможет на равных противостоять американским авианосным группам, но вполне способен потопить хотя бы один корабль — это станет тяжелым политическим ударом для администрации Дональда Трампа и может вызвать массовое недовольство внутри США.
Иран почти наверняка заминирует Ормузский пролив, через который танкеры вывозят нефть из Персидского залива — это от четверти до трети всего мирового нефтяного трафика. Йеменские хуситы (союзники Ирана) могут перекрыть судоходство по Красному морю — это важнейший торговый путь между Азией и Европой. Шиитские группировки в Ираке могут атаковать американские базы в стране — едва ли обойдется без американских потерь, что, опять же, вызовет недовольство внутри США.
Наконец, ливанская «Хизбалла», хоть и ослаблена израильской операцией 2024 года, все еще представляет значительную угрозу: она может напасть на Израиль и тем самым отвлечь большие силы. В последние две недели Израиль нанес несколько ударов по объектам «Хизбаллы», уничтожив часть ее запасов ракет и убив нескольких командиров. За этим последовало израильское предупреждение правительству Ливана: если оно позволит «Хизбалле» активизироваться, последуют удары в том числе по гражданской инфраструктуре, включая аэропорт Бейрута. США предпочли эвакуировать почти весь персонал своего посольства в Ливане.
И третья сложность сценария со сменой режима в Иране. Сделать это исключительно с воздуха невозможно. Состав американской военной группировки на Ближнем Востоке показывает, что наземной операции не предполагается. США придется рассчитывать на возобновление протестов в Иране и свержение аятолл изнутри.
Вообще-то протесты — главным образом студенческие — уже возобновились, хотя и далеко не в таких масштабах, как в январе. Но уличные демонстрации в городах, на которые падают бомбы, крайне маловероятны. Кроме того, в случае начала американской военной операции неминуемы потери среди гражданского населения Ирана — и это также может снизить активность протестующих.
Тамид Айеф