![](https://meduza.io/impro/L6nKKHVbVToMadvRHI5xQ2wK9eEW9jATM_E6KesNifg/resizing_type:fit/width:1200/height:0/enlarge:0/quality:80/aHR0cHM6Ly9tZWR1/emEuaW8vaW1hZ2Uv/YXR0YWNobWVudHMv/aW1hZ2VzLzAwOS8w/MDYvODc1L29yaWdp/bmFsLzc5blRQQWNZ/TElzTFBhaXA3Yy10/NWcuanBn.webp)
«Бобо» — совершенно не детский роман Линор Горалик о слоне, идущем по России. Он встречает Шойгу и Z-поэтов — а в конце его ждет царь, сидящий в бункере Больше всего эта книга похожа на «Бесов» Достоевского
В конце апреля 2023 года писательница Линор Горалик выложила в открытый доступ свой новый роман «Бобо». Это история боевого слона Бобо, которого турецкий султан дарит русскому царю. Теперь его ведут пешком через всю Россию: из Керчи, куда прибывает баржа из Стамбула, в Оренбург, где русский царь сидит в бункере, пока идет не слишком успешная война. Роман планировался к выходу в России, но Горалик решила, что это небезопасно для издателей и распространителей. Внутри РФ публикация сопровождается глухим молчанием. За ее пределами громче, чем книга, пока обсуждается конфликт вокруг литературного фестиваля в Тарту (украинские поэтессы отказались участвовать в одной программе с Горалик, несмотря на то что она гражданка Израиля и живет там с 2014-го). Специально для «Медузы» об этом романе рассказывает литературный критик Лиза Биргер.
Предупреждение. В этом тексте есть мат. Если для вас это неприемлемо, не читайте его.
Роман о путешествии слона сквозь русское пространство и время Линор Горалик задумала еще 15 лет назад. После начала полномасштабного вторжения России в Украину сюжет окончательно сложился: это история о слоне, который идет по современной России, он видит конкурсы патриотического рисунка «Zа российскую семью!», концерты «Zа дом, Zа Родину, Za славу!!!», протесты, мобилизацию, массовую травлю собак, кровожадных церковников, торжества в честь «Единения земли русской», юных красноармейцев, избитых женщин. В 27 главах тут уместилась небольшая экспозиция современной России — перечисление ужасов, нет которым конца.
Этот роман рождается почти в прямом эфире, из газет. В новостях говорят про Бучу и Мариуполь — и герои романа тут же их обсуждают. Начинается мобилизация — и персонажи видят, как жительницы Тольятти ищут берцы, термобелье и бронежилеты для своих мобилизованных. Вместе с вымышленным слоном в тексте появляются вполне реальные Шойгу, Лавров, Симоньян (в романе она — «смуглая небольшая женщина в белом костюме»). И конечно, сам русский царь, бывший гэбэшник, растерявший все человеческое за годы правления и любящий красоваться с голым торсом. Этого слона он почему-то очень сильно ждет.
Со слоном — целая группа сопровождающих. Это Кузьма Кулинин, начальник экспедиции и ее главный политтехнолог; Зорин, начальник охраны, Z-поэт и ветеран Чечни; два охранника, один из которых, вечно улыбающийся Сашенька, — из органов; Аслан, турецкий врач, мечтающий превратить Бобо в чучело; Толгат, погонщик. По пути к ним время от времени присоединяются и другие персонажи: то юная и бойкая кубанская оппозиционерка, то священник, то кто-нибудь еще. Каждый новый населенный пункт на их пути обещает очередную встречу с чиновниками, очередной балаган государственной жестокости и глупости, очередной праздник насилия. Неудивительно, что слон, который твердо намерен любить Россию, — а все путешествие мы видим его глазами — с каждым шагом слабеет в своих намерениях.
«Бобо» — это скрещение жанров: и хроника, и роман дороги, и роман взросления, и сказ. И еще роман идей, ведь в долгих переходах между городами пестрой компании особо нечем заняться, поэтому они постоянно ругаются, и эти споры — тоже важная часть действия и воспитания слона. Слону-подростку «всего 16 лет», а слоновья жизнь примерно равна человечьей, он мыслящий, страдающий — в общем, живой. В дороге он перестает быть невинным (во всех смыслах слова). Путь Бобо начинается в райском саду султанского дворца — там он когда-то вел философские беседы с дикобразом, но дикобраз погиб, наевшись молочая, потому что хотел отведать все растения в султанском дворце; у каждого здесь свой путь познания добра и зла. Путь слона по России — это еще немного и крестный ход (не просто так главный герой на обложке романа оставляет кровавые следы). Когда, насмотревшись русской жизни, слон зарыдает человеческим голосом: «Вы все оставите меня. Каждый из вас это знает, и я знаю» — уже не слишком удивишься. Евангельский сюжет тут — еще одна огромная подсказка для читателя, очередная возможность для автора вывести текст в большое измерение русской литературы.
Из всех многочисленных отсылок, которые можно здесь углядеть, нельзя не вспомнить роман, который так шокировал современников непосредственной близостью к описываемым событиям — настолько, что они отказывались считать его литературой и объявили «плагиатом». Речь о «Бесах» Федора Достоевского.
Достоевский написал роман в 1871 году, по следам процесса над «Народной расправой» Сергея Нечаева и политического убийства студента Ивана Иванова в 1869-м. Сам писатель в письмах заявлял, что хотел «порассказать толково то, что мы все, русские, пережили в последние 10 лет в нашем духовном развитии». Образ России, одержимой бесами, невероятно близок к той обезумевшей стране, что описана в «Бобо». Есть в книге Горалик и свой евангельский сюжет, и даже свой капитан Лебядкин — это Z-поэт Зорин, выступающий на патриотических концертах с провоенными стихами («Не быть горячим не может сердце, // Когда в Донбассе горит земля»). И бес в «Бобо» вполне реален. Это государство, а еще конкретнее — тот, кто его олицетворяет.
Но это далеко не единственная отсылка к русской литературе в романе, где разнообразные чиновники лебезят, как старички у Гоголя («Хотел без „ZZZ“ в названии обойтись, хотя буква эта мне мила, как пчелке цветочек!»), а священники утешают, как старцы у Достоевского. «Бобо» осознанно читается как погружение в русскую литературу и одновременно в русскую историю. В одном из городов герои видят расстрел демонстрации, в другом — эпидемию холеры.
И хотя роман «Бобо» был закончен до появления еще одного вида «русских текстов», забавно, что тут они появляются тоже. Речь о перехваченных диалогах российских культурных деятелей и олигархов, говорящих буквально теми же словами, что и герои романа. Фраза российского миллиардера Романа Троценко «К сожалению, Россия, которую мы так искренне любим, оказалась в лапах каких-то мудил» вполне могла стать эпиграфом к этой книге. Многие ее персонажи примерно так это и ощущают: они не перестают думать и страдать по этому поводу — и присоединяются к слоновьей экспедиции, чтобы донести царю какую-нибудь мысль, как обустроить Россию.
Линор Горалик вообще отлично пишет о живых и думающих людях. И не только о людях: Бобо — не первый ее говорящий и мыслящий зверь. И в «Бобо» животные оказываются подчас живее людей: они громче матерятся, воют от страха или боли («Про ебанутого никто не знает, ебнет он или не ебнет», — рассуждают две овсянки, склонив головки набок) и вообще способны прямо говорить о происходящем.
О России здесь говорят постоянно, обиняками или прямо, — и это необходимый и одновременно невозможный разговор прямо сейчас. За скобками в романе остается почти все непостижимое — подробности чудовищной войны, которую ведет Россия. В фокусе автора — жизни людей, запертых в ловушке чудовищного государства.
Кажется, что Линор Горалик — единственная, кто такой разговор вообще может себе позволить. И дело даже не в том, что она смотрит извне (Горалик — израильтянка, родилась в Днепропетровске, никогда не имела русского паспорта, хоть и прожила 10 с лишним лет в России) и может абстрагироваться от мучительных переживаний об ответственности и вине, из-за которых любой разговор о происходящем в России становится невозможен. В этом смысле она такой же иностранец, как Бобо — слон, рожденный в турецкой неволе, мечтающий полюбить новую родину, обнаруживающий ее ужасы, но все-таки до конца не отрекающийся от любви.
Важнее, что Линор Горалик в целом сделала сострадание своим художественным императивом. Все ее тексты, начиная с коротких стихов и рассказов и заканчивая романами, ведомы мыслью о страдании другого — человека или животного — и огромным сочувствием к нему. В каждом герое, на которого автор посмотрит достаточно близко, прорезается человеческое, он уже не может быть чудовищем. Бесами остаются только сидящие в оренбургском бункере, ждущие пришествия этого большого, боевого и глубоко страдающего слона.
И хотя роман «Бобо» из тех, что стоит читать ради финала, и мы не хотим спойлерить, одно стоит сказать уже сейчас: Линор Горалик очень щедра и добра к своему российскому читателю. Возможно, даже слишком.
Линор Горалик исключили из программы эстонского литературного фестиваля
Лиза Биргер
«Народная расправа»
Подпольная революционная организация, созданная в Москве осенью 1869 года русским революционером Сергеем Нечаевым. 21 ноября 1869-го нечаевцы убили студента Ивана Иванова, грозящего им разоблачением. Это политическое убийство было довольно быстро раскрыто, процесс над нечаевцами широко обсуждался в российском обществе, в частности как вопрос допустимости «крайних мер» в революционной деятельности.
Капитан Лебядкин
Персонаж романа «Бесы», шантажист, доносчик и поэт-графоман, сочиняющий нелепые стихи: «Жил на свете таракан, // Таракан от детства, // И потом попал в стакан, // Полный мухоедства». Имя Лебядкина стало нарицательным и обозначает ничтожного человека, пытающегося через поэтическую деятельность придумать себе возвышенную биографию с успехом, скорее, отрицательным.
А советского?
В интервью изданию «Холод» Горалик говорила: «Я родилась в советской Украине, моя семья эмигрировала, когда мне было 14 лет, у нас отняли советские паспорта, и теперь у меня есть только израильское гражданство».