Процесс по делу «Седьмой студии» возобновили на фоне пандемии. Адвокат Кирилла Серебренникова объясняет, почему это плохая идея

Несмотря на пандемию коронавируса и режим самоизоляции в Москве, 13 апреля Мещанский суд возобновит процесс по делу «Седьмой студии». Ранее Верховный суд постановил ограничить рассмотрение дел и доступ посетителей в суды. Пресс-секретарь суда Юлия Котомина заявила, что заседание пройдет в обычном режиме. Адвокаты фигурантов с этим не согласны — утром 10 апреля они подали ходатайство о переносе процесса. Мы поговорили об этом с Дмитрием Харитоновым, защитником Кирилла Серебренникова.

Дмитрий Харитонов

Адвокат Кирилла Серебренникова

Мы не видим никакого смысла слушать дело [«Седьмой студии»] в период такого кризиса. Не видим каких-то оснований для того, чтобы признавать, что это дело чем-то отличается от других. Не видим смысла в том, чтобы рисковать здоровьем и участников процесса, и судьи, и прокуроров. Наша позиция очень простая — к сожалению, в период пандемии надо всем подождать, когда она закончится. Мы заявили суду сегодня официальное ходатайство о том, чтобы рассмотрение было отложено в связи с теми мерами, которые установлены президентом Российской Федерации, мэром города Москвы и в связи с решением Верховного суда. А также рекомендацией Адвокатской палаты, которая говорит о том, что мы должны как адвокаты в подобной ситуации заявлять ходатайство об отложении.

Я не хотел бы предполагать [каким будет] решение суда по понятным причинам. Еще раз говорю, что дело Кирилла Серебренникова и остальных лиц — либо какое-то особенное дело, и тогда мы будем его слушать. И тогда нам должны объяснить, в чем его особенность состоит и почему сейчас — спустя почти три года после возбуждения уголовного дела — вдруг надо продолжить этот процесс. Если же это обычное дело, как все остальные, то никаких оснований для того, чтобы его продолжать слушать, нет.

Потом надо понимать, что в зале должен находиться судья, помощник судьи, два прокурора, четыре подсудимых, четыре адвоката, а может быть, даже и пять. Плюс мы еще должны вызывать и допрашивать свидетелей, экспертов и так далее. Все это связано с нарушением режима самоизоляции. Потому что все эти люди еще должны добраться до здания суда. Если никому здоровье не дорого, тогда, наверное, суд примет решение о том, чтобы продолжать слушать [дело]. Если никто не хочет слушать распоряжение президента, мэра Москвы и рекомендации Верховного суда, тогда будет продолжено рассмотрение этого дела. Я не нахожу ни одного здравого объяснения, почему мы должны продолжить слушать это дело.

Последнее [что было на прошлом заседании 19 марта] — должны быть оглашены результаты экспертизы. В ходе следствия выяснилось, что ряд свидетелей заявил об оказании на них психологического давления следователями. Судья на прошлом заседании сама приняла решение о вызове этих следователей и нас уведомила, что эти следователи будут. Плюс судья решила вызвать эксперта, проводившего первую экспертизу [Татьяну Рафикову], которая уже не экспертиза, а непонятно что. Это очень важные судебные действия, которые, на наш взгляд, мало того, что нельзя производить в условиях эпидемии. Но их и нельзя производить тогда, когда нет зрителей и прессы. Процесс гласный. Процесс открытый. Никто этих положений Конституции и УПК не отменял. Поэтому нам очень бы хотелось, чтобы и общественность, и СМИ услышали то, о чем будут говорить следователи и эксперты. Это очень важно.