истории

«Мэйдэй» — дурацкий добрый боевик об американском летчике (Райан Рейнольдс) и бывшем кагэбэшнике (Кеннет Брана), которые вместе убегают от красноармейцев Если вы ценитель клюквы из 1980-х, он вас развлечет

Источник: Meduza

На Apple TV вышел фильм о дружбе сбитого летчика ВМС США и бывшего кагэбэшника, которые пытаются выбраться из СССР 1987 года. Шекспировский актер Кеннет Брана вновь — не в первый раз за карьеру — играет советского гражданина, а Райан Рейнольдс продолжает поддерживать свое привычное амплуа. Фильм снят по заказу Skydance Media — студии, которая, по слухам, тесно связана с администрацией Дональда Трампа. О том, как фильм в жанре «советская клюква» может выглядеть в 2026 году, рассказывает критик Эдуард Журавлев.

1987 год. Бравый летчик ВМС США Трой Келли (канадец Райан Рейнольдс) соглашается на тайное задание ЦРУ — ему нужно слетать на самолете-разведчике в Архангельскую область, чтобы проверить, не строит ли там советское руководство шахтные пусковые установки. Миссия заканчивается провалом: самолет подбит, и Трой вынужден катапультироваться над заснеженной тайгой. В лесу раненого американца спасает бородатый плотник Николай Устинов (ирландец Кеннет Брана) — бывший кагэбэшник, но антисоветчик и большой фанат боевика «Топ Ган». Николай соглашается помочь Трою выбраться, ведь здесь его уже вовсю ищет беспощадная «Красная армия» во главе с «начальником внутренней безопасности» Александром Волковым (поляк Марцин Дороциньский).

Может показаться, что «Мэйдэй» — очередной стриминговый боевик, который выветривается из памяти быстрее, чем заканчиваются титры. Обычно в таких играет какой-нибудь Крис: Эванс («Серый человек», «Без ответа»), Пратт («Казнить нельзя помиловать», «Война будущего») или Хемсворт («Тайлер Рейк: Операция по спасению», «Тайлер Рейк: Операция по спасению — 2»). На этот раз зрителям повезло, и дело не в том, что главную роль играет Райан (Рейнольдс немало снимался в стриминговом барахле).

Перед нами смешной и драйвовый комедийный роуд-бадди-муви, который смотрится достойно даже на фоне классических жанровых образцов из 1980-х. Кроме того, это переосмысление клюквы, которую обильно собирали в Голливуде при Рейгане (от «Красного рассвета» и «Рокки IV» до «Красной жары» и «Рэмбо-3»). То есть кино политически заряженное. 

Фильм написал и поставил тандем Джона Фрэнсиса Дейли и Джонатана Голдштейна — на их счету перезапуск комедийного цикла 1980-х «Каникулы», уморительная и жесткая комедия «Ночные игры», бойкое фэнтези «Подземелья и драконы: Честь среди воров», сценарии «Несносных боссов» и первого «Человека-паука» с Томом Холландом. Пожалуй, парочка легко попадет в топ самых умелых комедиографов в Голливуде сегодня.

Еще один важный «автор» — Skydance Media. Та самая студия, что объединилась с Paramount, планирует купить Warner Bros. Discovery и якобы имеет тесные связи с администрацией Дональда Трампа. На ее счету не только сиквелы «Терминатора» и «Миссия: невыполнима» и добрая половина вышеупомянутого ширпотреба с Крисами, но и фильмы о сложных отношениях Востока и Запада — «Ущелье» и «Джек Райан: Теория хаоса».

Последний, кстати, поставил Кеннет Брана. Он же сыграл в нем главного злодея — российского олигарха Виктора Черевина, который планирует террористическую атаку на Уолл-стрит. Брана, премированный экранизатор Шекспира, Агаты Кристи и единожды Marvel, стабильно играет русских раз в шесть лет. После «Джека Райана» последовал «Довод», где ирландцу достался еще один российский олигарх — Андрей Сатор. Этому герою уже не до международных отношений — он готов уничтожить мир из чувства мести, потому что умирает. Теперь Брана неожиданно сыграл «хорошего русского». Правда, Устинов — бывший кагэбэшник и по работе пытал людей, но это создателей фильма мало интересует.

Для Браны это едва ли не первая роль в карьере, где ему пришлось махать кулаками. И 65-летний ирландец крайне убедительно дает Лиама Нисона в экшен-сценах, местами поставленных с хореографическим апломбом «Атомной блондинки» и «Джонов Уиков». В одной из сцен, снятой практически без склеек, невозмутимый товарищ раскидывает под «Белую черемуху» дружинников с помощью треугольника для бильярда, в другой разбирается с целым вагоном (буквально!) красноармейцев.

Неожиданный выход Браны, чей образ заставляет вспомнить советского саксофониста Робина Уильямса из «Москвы на Гудзоне», с легкостью затмевает старания Райана Рейнольдса. Трой Келли — очередной утомительный и болтливый остряк в карьере Рейнольдса, не выходящего из образа даже за кадром уже лет 15. Впрочем, химия между артистами не хуже, чем у Дэдпула с Росомахой.

Остроумия достаточно и у авторов. Начнем с того, что «Мэйдэй» — это и международный сигнал бедствия, который посылает Трой, и просто «день в мае» (финальная схватка разворачивается на Красной площади в разгар парада Победы).

Москву снимали, как обычно, в Будапеште, но с уважением и юмором. Устинов пьет самогон и ест медведя, но с иронией, а не всерьез. Все русские персонажи говорят либо без акцента, либо действительно стараются. Аппаратчик хранит на даче «Словарь атеиста» и «Защиту Лужина», бабушка в деревне держит на полке банку цикория. Есть даже уэс-андерсоновский монтаж из поездки на «Жигулях» мимо сталинских высоток, хрущевок и ТЭЦ… под Брюса Спрингстина.

У реваншиста Волкова в игривом исполнении поляка Дороциньского (он же шахматист Василий Боргов в «Ходе королевы» и безымянный капитан затонувшей подлодки «Севастополь» в последних «Миссиях») в кабинете висит портрет Черненко. Не успеваешь подумать, что создатели ошиблись на два года, как Черненко меняют на Горбачева. «Не хотелось вешать портрет человека, который разрушает мою страну», — объясняет Волков, мечтающий восстановить империю и положить end glasnost.

При этом авторы призывают жить дружно, отбросить пропагандистские лозунги и не ставить знак равенства между «политикой партии» и гражданином. Вначале Трой заявляет: «Молчание — это соучастие» — и называет всех, кто живет в СССР, частью проблемы, а затем постепенно меняет свое мнение и о якобы лишенных индивидуальности советских людях, и об американской демократии, при которой его отца, оказывается, довели до рака асбестом. Николай тоже пересмотрит свои представления об Америке, составленные на основе милитаристской пропаганды «Топ Ган».

Любовь создателей к главному хиту 1986 года — это, разумеется, тоже меташутка. Едва ли родившийся в 1920-х кагэбэшник, пусть даже бывший, будет по 100 раз в год смотреть на пиратской видеокассете боевик о юных мускулистых летчиках, которые противостоят неизвестным МиГам. Видимо, авторы просто напоминают, что идеологический манифест можно найти и в поп-культуре, а не только на уроках научного коммунизма.

Кроме того, именно Skydance Media спустя 36 лет после выхода оригинала сделала сиквел «Топ Ган: Мэверик» (на минуточку, самый кассовый блокбастер в карьере Тома Круза). В 1986-м Николай был вынужден смотреть фильм на пиратской видеокассете («За такое можно сесть в тюрьму!»), в 2022-м «Маверик» шел под Архангельском уже в сером прокате. Так что франшиза символичная: книжку про недолгий период без холодной войны можно смело называть «От „Топ Гана“ до „Топ Гана“».