истории

«Больница Питт», второй сезон. Что происходит с супергероями после подвига? Как показывает сериал — ничего хорошего, ведь у каждого преодоления есть цена. (Спойлеры!)

Источник: Meduza

На HBO Max закончился второй сезон сериала «Больница Питт» — медицинской драмы Р. Скотта Геммилла, посвященной будням питтсбургской больницы скорой помощи. Первый сезон описывал работу коллектива в режиме катастрофы (напомним, каждая серия сезона — это один час одной смены), события второго разворачиваются в День независимости. И хотя на этот раз в сериале нет больших потрясений, смотреть его от этого не менее интересно. Шоу уже продлили на третий сезон — он выйдет в январе 2027 года. О том, каким получился этот сезон, посвященный в первую очередь выгоранию, рассказывает ведущая телеграм-канала Plot Софья Воробьева.

Внимание! В этом тексте очень много спойлеров ко второму сезону «Больницы Питт» — и к финалу тоже. Будьте осторожны.

«Больница Питт» — очевидно, новый большой драматический сериал, с которым нам предстоит жить еще очень долго. Этому есть несколько причин. 

Первая — динамика. Она и главное проклятие, и главный аттракцион этого шоу. Проклятие, потому что стремительные, сложные, насыщенные медицинскими терминами диалоги буквально отрезают от сериала часть аудитории — не все любят напрягаться перед экраном так, что вздуваются вены на лбу.

В этом напичканном деталями шоу события меняются так же часто, как тиктоки в вашей ленте, — только вместо рецептов и котов здесь сложнейшие медицинские и этические вопросы, которые на протяжении пятнадцати серий следуют один за другим. Десять секунд на прием пациента во время ЧП, пять минут на стабилизацию «красных», полчаса на человека, если нет никаких ЧП. Поделите 15 часов рабочей смены на все эти временные отрезки, и вы физически ощутите плотность сценария.

Во-вторых — актерское мастерство. Все эти мудреные слоеные реплики позволяют оценить блестящий уровень игры — стоит отметить, что продюсеры «Питта» специально искали на роли театральных актеров, привыкших работать здесь и сейчас, запоминать огромные массивы текста и играть без всяких монтажных склеек. К финалу второго сезона потенциал множества исполнителей главных ролей все еще не раскрыт — и ясно, что многие из них еще покажут себя.

Доктор Робинович (центральная звезда сериала и его исполнительный продюсер Ноа Уайли) не в счет: главный герой к концу второго сезона стал самым рассказанным и самым раздражающим персонажем из всех. Увешанный красными флагами, которые бросаются в глаза не только зрителям, но и всем его коллегам, он заполнил собственными чаяниями все пространство, нагнав такой духоты, что даже учтивая доктор Мохан (Суприя Ганеш) не выдерживает его проповедей на парковке — и позволяет себе нервное: «Окей». Такое бывает даже с самыми талантливыми руководителями, на которых, как кажется, держится буквально все.

Реализм — третья причина, по которой стоит ценить этот сериал. И дело тут в первую очередь в психологической достоверности, а не только в кровавом физиологизме (хотя и в нем тоже — во втором сезоне среди прочего показывают укол в половой член, ручное удаление каловых масс из прямой кишки, а также кесарево — будьте осторожны). 

После окончания первого сезона продюсеры рассуждали, что одним из логичных продолжений истории был бы сезон о ночной смене питтсбургской больницы, работу которой возглавляет доктор Эббот (Шон Хэтоси) — бывший военный врач, потерявший ногу на какой-то из войн. Но пока создатели шоу решили приберечь этот сценарный разворот — и во втором сезоне продолжили рассказывать о жизни героев сезона первого. Тех же, кто отважно спасал жертв теракта на музыкальном фестивале.

В прошлый раз нам показали идеальную команду по спасению мира: не без сложностей, но все герои «Питта», включая ошалевших от шока новичков, сгруппировались в слаженный механизм, способный вынести любые нагрузки. Теперь же мы увидели эхо того потрясения, показанное, впрочем, пунктирно. С момента шутинга прошло десять месяцев, в разговорах о нем уже никто не вспоминает, но ясно, что во многом именно из-за тех событий сегодня у большинства героев в разные стороны едет крыша. 

Автор этого текста Софья Воробьева — ведущая телеграм-канала Plot. В нем мы рассказываем о культуре в эпоху плохих новостей, и не только о сериалах. Подписывайтесь, будем вместе спасаться в бурю.

Главная медсестра дневной смены Дана Эванс (Кэтрин Ланаса) после того, как в первом сезоне ее ударил разъяренный пациент, собиралась было оставить медицину, но вновь вернулась. Только теперь она носит в кармане шприц с седативным на случай, если кто-то нападет на нее или ее протеже. Это ружье по всем драматургическим законам стреляет — и в ту же секунду образцовая героиня, пример для подражания, честь и совесть всей больницы перевоплощается в живого человека, жертвующего врачебной этикой в угоду своей возросшей тревоге. 

Мохан — блестящая молодая врач, главной суперсилой которой прежде были медленные, вдумчивые разговоры с пациентами (они позволяли не только поставить диагноз, но и успокоить их, что важно), теперь не может поговорить с собственной матерью, срываясь от каждого ее звонка. В финале она и вовсе проваливает разговор с пациентом, который отказывается от лечения и покидает больницу. Через пять часов он вновь поступает в «Питт» после падения с высоты — фанаты шоу, вслед за доктором Робби, полагают, что это была попытка самоубийства.

Робби с Мохан в этом сезоне вообще образуют самую дисфункциональную пару. Он ненавидит ее медлительность и все время намекает, что ей бы подошла гериатрия — медицина пожилых людей. Дважды за сезон он дает Мохан жесткую профессиональную оплеуху — в том числе за ее паническую атаку, которую коллеги приняли за сердечный приступ. Представить такое в первом сезоне было бы сложно — сейчас же все трещит по швам, герои морально истощены и срываются друг на друге. 

И даже бойкая Сантос (Иса Брионес) не в лучшей своей форме — засыпает на ходу и, возможно, занимается самоповреждением. То ли навалился стыд за служебный роман с Гарсией (Александра Метц), от которого ей хотелось бы чего-то помимо секса, то ли раздражает лучезарный сосед и коллега Уиттакер (Герран Хауэлл). Он сам, хоть и сохраняет бодрость духа, тоже ввязался в отношения, от которых в больнице все морщатся: похоже, у него роман с женой пациента из первого сезона, который умер у него на руках. Уиттакер помогает женщине по хозяйству на ферме, нянчится с осиротевшим младенцем и после пятнадцатичасовой смены покорно садится за руль машины, чтобы отвезти это семейство домой.

Может быть, Сантос взвинчена из-за Лэнгдона (Патрик Болл) — талантливейший врач, которого она поймала на краже наркотиков, вернулся из рехаба и продолжил работать в «Питте». Он клянется, что больше не употребляет, но Сантос вообще не может поверить, что все остальные ему это простили. 

В общем, какую сюжетную арку ни возьми, везде найдутся следы упадка, деморализации и посттравматического шока — даже любимицу фанатов доктора Кинг (Тейлор Дирден) догоняют призраки первого сезона в виде иска от семьи пациента, которому без разрешения сделали пункцию. Самой «здоровой» в этом смысле оказывается студентка Джой Квон (Ирен Чой), цинизм которой поначалу раздражает, а к финалу становится предметом ее гордости: она единственная уходит с работы вовремя, помня, что выгорание еще никому не приносило пользы. Все остальные, конечно, на жилах тянут еще несколько часов, ведь здесь так принято.

Самые большие проблемы с тем, чтобы уйти наконец с работы, — как и всегда, у главного героя шоу доктора Робиновича. Если в первом сезоне он все же как-то справлялся со своей гнетущей тоской, то теперь ушел в штопор. Его больше не волнуют мысли об умершем в ковид наставнике — теперь он не останавливается у его портрета на входе в больницу. После того как Робби не спас от гибели девушку своего пасынка, фокус явно сместился — мир теперь абсолютно точно паршивое место, в котором вообще «не хочется быть». Похоже, он не собирается возвращаться из своего предстоящего отпуска (планируется путешествие на мотоцикле), о чем догадываются абсолютно все, включая его ВИП-пациента, товарища по байкерской тусовке.

Один за одним герои отводят Робби в уголок, чтобы узнать, все ли у него в порядке, — он дергано отвечает, что да, а потом срывается на ком-нибудь вроде доктора Джавади (Шабана Азиз). Доктор Джей, как зовут ее в тиктоке (грамотном и популярном), получает отповедь за телефон в руках. Один из самых острых диалогов, посвященных поколенческой теме, происходит именно в эту секунду; видя, что Робби переходит границы, Джавади отвечает: «Да, я знаю, в ваше время не было соцсетей и телефонов. А еще в ваше время агенты ICE не ходили по больнице, пытаясь забрать пациентов в миграционную тюрьму». 

По повестке второй сезон проходится качественно — события развиваются в июле 2026 года, на День независимости, когда народные празднования множат пациентов с тепловыми ударами и оторванными конечностями (один из них прибывает в больницу с воткнутым в грудь американским флагом). Очереди в больнице настолько большие, что кто-то в них даже умирает; бездомного не боится только опытная медсестра; страховка не может покрыть лечение диабета для кормильца большой семьи; а полиция не забирает вовремя из больницы биологические образцы изнасилованных девушек.

Наконец, пока инициативная будущая заместительница Робби доктор Аль Хашими (Сепиде Моафи) пытается привить коллективу любовь к новым технологиям и искусственному интеллекту (якобы он должен помогать с отчетами), хакеры ломают весь медицинский софт в округе — и тот же коллектив вынужден заполнять все бумаги от руки, по старинке. Здесь вновь всплывает конфликт бумеров и зумеров — зумеры, надо сказать, нормально справляются с бумажной работой, несмотря на оценивающие взгляды самой опытной медсестры, призванной на помощь. В этом месте второй сезон «Питта» удивительным образом рифмуется с новым сезоном «Клиники», где происходит ровно то же самое, — ИИ в медицине явно горячая тема.

Как — и в чьих руках — оставить всю эту рассыпающуюся на глазах конструкцию, Робби не знает и именно поэтому не может уйти («уйти»). Он в упор не замечает собственный комплекс бога, полагая, что без него тут все окончательно развалится, не доверяет доктору Аль-Хашими (как выясняется ближе к финалу, чутье его не подводит) и игнорирует призывы местного психолога с ним поговорить.

Но задерживает его в этом мире в итоге не работа, а отвергнутый всеми младенец, который на протяжении пятнадцати серий наблюдал за происходящим из педиатрии; той самой, где умер наставник Робби, и той самой, где в прошлый раз у него случился нервный срыв. 

В некоторые моменты «Питт» все же съезжает в назидательность и отчетливую артикуляцию прописных истин — и сразу вспоминается, что создатели шоу потратили не один год на мелодраматический проект «Скорая помощь». Но если шоу удастся сохранить баланс и оригинальность рассуждений о жизни вообще, а не только об отношениях, то «Питт» определенно вырастет во что-то, что потом станет классикой.

Финал остается открытым, мы не знаем, сел ли Робби на тот мотоцикл, но понимаем нечто более важное: он и сам сирота. И жалеем, что так строжились на него весь сезон. Обратимся и мы к прописным истинам: любой супергерой — просто человек, который заслуживает сочувствия. И если этот вывод вам покажется слишком зыбким, у нас есть другой: теперь доказано, что караоке лечит тоску куда эффективнее, чем путешествия на мотоциклах.