истории

«Рада сломалась» В украинском парламенте самый серьезный кризис с начала большой войны. Вот как он назревал — и что может означать для всей страны

Источник: Meduza

В марте Верховная рада должна была принять закон, от которого зависит дальнейшая поддержка Украины от Международного валютного фонда. Этого не случилось: документ должны были одобрить минимум 226 депутатов, но за проголосовали только 168. И это притом что с 2019 года в украинском парламенте — однопартийное большинство, сформированное партией Зеленского «Слуга народа». Отношения президента и рады, тем не менее, всегда были непростыми — а на фоне войны и антикоррупционных расследований, начавшихся летом 2025-го, они еще сильнее запутались. Многие считают, что нынешний кризис в парламенте — самый серьезный с начала большой войны и это сигнал о более глубоком политическом кризисе в масштабе всей страны. По просьбе «Медузы» украинский журналист Константин Скоркин рассказывает, почему это происходит и к чему приведет.

Офис Зеленского с самого начала оказывал сильное влияние на работу Верховной рады

Нынешний — девятый — созыв Верховной рады уникален для истории независимой Украины.

Во-первых, из-за полномасштабной войны парламентские выборы не прошли в срок, и депутатский корпус продолжает работу, несмотря на то, что формально его полномочия закончились в 2024 году.

Во-вторых, после выборов 2019-го в парламенте образовалось однопартийное большинство, представленное пропрезидентской партией «Слуга народа», которая получила 254 мандата (для конституционного большинства необходимо 226). Это позволило Владимиру Зеленскому сформировать правительство и в целом проводить политический курс без оглядки на возможных партнеров по коалиции или оппозицию.

Первые месяцы Рада, как выразился глава фракции «Слуги народа» Давид Арахамия, работала в «турборежиме». Большинством голосов фракция поддерживала все законы, которые спускали в парламент президент и правительство. Это привело к снижению качества законопроектов: в 2019–2020 годах более половины из них получили негативные отзывы Главного научно-экспертного управления Рады, которое следит, чтобы все документы в парламенте соответствовали Конституции и действующему законодательству.

Например, в сентябре 2019-го большой конфликт внутри самой фракции вызвали поправки к Уголовному кодексу, которые инициировала «Слуга народа». Они должны были разрешить прослушку и обыски у депутатов без согласия Рады. Это был первый случай, когда правящей партии не хватило голосов на собственный законопроект. 

Другой серьезный спор в парламенте случился в 2020 году, во время дебатов по предложенной Зеленским аграрной реформе. Ее суть заключалась в отмене моратория на сделки по купле-продаже земли, который действовал в Украине с 2001 года и привел к возникновению теневого рынка. Реформа не снимала все ограничения: по закону украинскую землю по-прежнему не имели право покупать иностранцы, также вводился запрет на концентрацию больших земельных владений в одних руках. 

Однако большинство депутатов все равно были категорически против и подали рекордное количество (более четырех тысяч) поправок к проекту реформы. У этого сопротивления были разные причины. С одной стороны, на парламентариев влияли лоббисты крупного бизнеса, заинтересованного в сохранении теневого рынка, с другой — против реформы выступала почти половина украинцев. Они опасались, что в условиях коррупции землю начнут скупать олигархи, разоряя мелких фермеров. 

Но самой неприятной неожиданностью для Зеленского стал протест против реформы в пропрезидентской фракции. Президенту пришлось лично убеждать депутатов поддержать открытие земельного рынка. Во время итогового голосования в ночь на 31 марта 2020 года Зеленскому понадобилась помощь некоторых оппозиционеров и внефракционных депутатов, чтобы собрать твердое большинство в 259 голосов, потому что среди «слуг народа» за проголосовали только 206. 

После этого офис президента усилил давление на парламент. Не голосовавших за президентские инициативы начали периодически вызывать на Банковую, а депутатам приходилось проходить проверки на полиграфе, чтобы доказать, что они не получали взятки за провал законопроектов, в которых был заинтересован Зеленский. В тот же период офис пытался продавить закон об «императивном мандате» — отзыве депутатских полномочий в случае выхода депутата-мажоритарщика из фракции (парламент не одобрил эту идею).

Давление офиса на Раду привело к отставке спикера Дмитрия Разумкова («Слуга народа»), занимавшего этот пост в 2019–2021 годах. Он был противником «турборежима» в процессе принятия законов, продвигаемых командой Зеленского. 

Конфликт команды президента и парламента усугубился после начала полномасштабной войны

С одной стороны, присутствие в Раде однопартийного большинства имело положительный эффект: оно позволило оперативно реагировать на оборонные нужды. Парламент сразу поддержал всеобщую мобилизацию и введение военного положения, быстро принял законы о переводе экономики на военные рельсы и социальной защите в условиях войны.

Одновременно Рада продолжила проводить осмысленные реформы государственного управления. Например, в 2022–2023 годах депутаты представили новую процедуру отбора судей Конституционного суда. Теперь кандидатов тщательно проверяют независимые (в том числе международные) эксперты, без одобрения которых нельзя назначить судью.

С другой стороны, роль парламента в политике стала уменьшаться. По словам источника «Украинской правды» во фракции «Слуга народа», в офисе президента «думают, что „слуги“ будут голосовать за все, что нужно, потому что Зеленский привел их к власти». Однако несколько десятков депутатов из «Слуги народа» в марте 2024-го заявили руководству, что хотят сдать мандаты, потому что «не влияют на процессы в государстве», «не видят своей роли в раде и смысла быть там», добавил этот источник в разговоре с изданием. 

Сам депутатский статус начал доставлять парламентариям много неудобств: например, в том же 2024 году из-за отдельных злоупотреблений для всех депутатов ввели ограничения на зарубежные командировки. Самым громким поводом оказалась поездка «слуги народа» Александра Куницкого в Израиль в рамках межпарламентского сотрудничества. По плану она должна была длиться пять дней, но Куницкий пробыл за границей три недели, также съездив в США. 

Помимо этого, депутаты пожизненно попадают под финансовый надзор: даже после завершения карьеры в Раде банковские операции бывших парламентариев и активы членов их семей остаются под строгим контролем, а банки обязаны тщательно проверять происхождение их средств. (Эта норма была введена еще в 2016-м; сейчас в Верховной раде рассматривают законопроект, инициированный «Слугой народа», ограничивающий финмониторинг до трех лет после ухода депутата из Рады.)

«Никогда за всю историю украинского парламентаризма народные депутаты не были такими маловлиятельными, как сейчас», — говорил в августе 2024 года украинский политолог Владимир Фесенко. Он отметил, что нынешний созыв работает в постоянных чрезвычайных условиях, когда «решающую роль играют президент Украины, исполнительная власть, а также силовые структуры, но не представительные органы власти».

Отношения президента и парламента окончательно испортились летом 2025 года, когда всего за две недели Верховная рада сначала поддержала, а потом спешно отменила ограничения полномочий независимых антикоррупционных структур — Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП).

За попытку ограничить полномочия НАБУ и САП тогда во многом критиковали именно Раду. Но сами депутаты жаловались в закрытых партийных чатах на давление со стороны команды Зеленского и лояльных президенту коллег. «Эти хозяева жизни, которых ждут кортежи с охраной под Верховной радой, глумятся над нами за то, как мы им облегчаем жизнь ценой собственной репутации», — написал член фракции «Слуги народа» Алексей Жмеренецкий.

После отмены наложенных на них ограничений НАБУ и САП начали расследование коррупции среди высокопоставленных чиновников и бизнесменов. Фигурантами уже стали бизнесмены Тимур Миндич и Александр Цукерман, среди других возможных участников схемы — бывший министр энергетики Герман Галущенко и бывший министр обороны Рустем Умеров.

В причастности к делу заподозрили и главу Офиса президента Андрея Ермака. В ноябре 2025-го Зеленский одобрил его отставку. Одним из тех, кто хотел «свержения Ермака», по данным «Украинской правды», был глава парламентской фракции «Слуги народа» Давид Арахамия. Издание пишет, что таким образом он стремился вернуть фракции независимость от Банковой.

Кризис в Раде ухудшает отношение общества к парламенту, который традиционно не пользуется высоким доверием в Украине.

Перед российским вторжением парламенту не доверяли 68% украинцев — это самый низкий рейтинг среди всех органов власти. По данным Киевского международного института социологии (КМИС), уровень доверия к парламенту вырос после февраля 2022 года — с 11% (в 2021-м) до 35% (в 2022-м), однако затем вновь начал падать — до 13% в 2024-м.

В декабре 2025-го, по данным того же КМИС, Раде доверяли всего 12% украинцев, не доверяли — 70%. 

Кризис привел к масштабному саботажу: Рада сопротивляется даже тем законам, от которых зависит поддержка Украины со стороны Запада

В парламенте по-прежнему сохраняется пропрезидентское большинство. Но долго ли сохранится такая ситуация, неясно.

По данным с сайта Верховной рады за март 2026-го, во фракции «Слуги народа» состоят 228 депутатов; изначально их было 254. Одни добровольно покинули фракцию, других из нее исключили. Херсонский депутат Алексей Ковалев в 2022 году перешел на сторону российских оккупационных властей и позже был убит; по одной версии — украинскими спецслужбами, по другой — в результате криминальных разборок. 

По подсчетам «Украинской правды», ядро пропрезидентского большинства — то есть число депутатов, полностью лояльных Зеленскому, — сократилось со 170–180 до 120–130 человек. Первый зампредседателя фракции «Слуга народа» Андрей Мотовиловец оценивает численность этого ядра еще более пессимистично, в 111 голосов. 

Для принятия важных инициатив «Слуге народа» уже приходится прибегать к помощи ситуативных союзников — в частности, депутатских групп «Платформа за мир» и «Восстановление Украины», которые были сформированы депутатами от запрещенной пророссийской партии «Оппозиционная платформа за жизнь» (ОПЗЖ). 

Однопартийное большинство распадется, если всего три депутата от мажоритарных округов выйдут из фракции и она потеряет необходимые 226 голосов. Поэтому когда в марте 2026 года «слуги народа» принялись системно саботировать заседания, это вызвало серьезное напряжение в офисе президента. 

Пиком парламентского кризиса можно считать голосование 10 марта 2026-го по законопроекту № 14025. По этому закону онлайн-платформы — например, маркетплейсы и сервисы по аренде жилья — должны передавать информацию о доходах пользователей в налоговую службу. Кроме того, украинские налоговые органы должны получать данные о доходах граждан Украины на иностранных онлайн-платформах.

Таким образом Украина хочет встроиться в международную систему, где налоговые органы разных стран обмениваются данными, чтобы пользователи цифровых платформ не могли скрыть свои доходы за границей. Это одно из условий, которые Киеву выдвинул Международный валютный фонд (МВФ). В противном случае МВФ не сможет продолжить оказывать Украине финансовую поддержку.

В украинском обществе документ считают «антинародным», потому что он в том числе вводит налог для частных людей, которые продают вещи онлайн. Его критиковали и за то, что он обязует онлайн-сервисы раскрывать данные пользователей. Против законопроекта открыто мобилизовались оппозиционные фракции. Некоторые депутаты «Слуги народа» его тоже не поддержали. 

В итоге законопроект набрал в Верховной раде всего 168 голосов.

Зеленский остался крайне недоволен поведением фракции: если Украина не получит помощь от МВФ, ей грозит финансовый кризис. 15 марта президент пригрозил парламентариям мобилизацией, от которой они освобождены по закону. «Народным депутатам придется или служить в парламенте согласно украинскому законодательству, или я готов проговаривать с представителями парламента закон об изменениях в мобилизации, чтобы депутаты могли пойти на фронт. Если не служишь государству в парламенте, то служи государству на фронте», — заявил Зеленский. 

Угрозы мало повлияли на настроения депутатов. На последней пленарной неделе, с 23 по 26 марта, они так и не приняли никаких важных решений — и разошлись на «каникулы» до середины апреля. 

Помимо нежелания депутатов голосовать за непопулярные в обществе законопроекты, демарш в Раде вызван чередой уголовных дел о коррупции, которые завели на некоторых парламентариев в последние месяцы, считает издание «Страна».

Первый замглавы фракции «Слуги народа» Андрей Мотовиловец в разговоре с украинским Forbes объяснил, что депутаты от его фракции не хотят голосовать за некоторые законопроекты, потому что боятся привлечь к себе внимание антикоррупционных органов. Этот страх появился после дела «криворожской группы», в котором фигурирует «слуга народа» Юрий Кисель. Участники группы, по версии НАБУ, получали взятки за «правильное» голосование. (Еще один фигурант — Юрий Корявченков, друг и земляк Зеленского, в прошлом один из ведущих актеров «Квартала 95».)

«Очевидно, после этого найти достаточное количество голосов в парламенте даже под важные законы невозможно. Мы получили идеальный шторм во фракции», — сказал Мотовиловец.

Пока одни «слуги народа» опасаются преследования со стороны НАБУ, другие сопротивляются офису президента, потому что возмущены «миндичгейтом» и отставкой Андрея Ермака. В ответ депутаты, сохраняющие лояльность Зеленскому, предлагают сменить руководство фракции — а провластные блогеры буквально призывают избить депутатов, если те не будут голосовать.  

В ближайшее время выборов в Украине не будет. Верховная рада вынуждена искать компромиссы 

Учитывая, что переговоры Киева и Москвы приостановлены, ни президентских, ни парламентских выборов в Украине в ближайшее время не будет. Поэтому ветвям украинской власти придется искать компромиссы в нынешней конфигурации. 

Глава фракции «Слуги народа» Давид Арахамия уверяет, что кризис в парламенте окончен и «Верховная рада вернулась к тому режиму работы, к которому привыкло общество». А его первый зам Андрей Мотовиловец уже готовит план работы рады в нынешнем составе на два-три года вперед — так, чтобы наладить отношения с офисом президента и кабинетом министров.

Однако ничто не может застраховать парламент от нового кризиса. Глава парламентского налогового комитета Данил Гетманцев утверждает, что «Рада сломалась»: «Это политический кризис, который охватил не только парламент, он охватывает весь политикум, всю власть».

Одна из причин, по его мнению, — отсутствие контакта с правительством премьер-министра Юлии Свириденко. Депутаты от правящей партии требуют от кабинета министров более четкого взаимодействия с парламентом: «Времена, когда за правительственные законопроекты голосовали по умолчанию, прошли». 

На этом фоне в истеблишменте обсуждается очередная смена правительства — и прежде всего, отставка Юлии Свириденко. Чтобы назначить ее премьером вместо Дениса Шмыгаля, команда Зеленского просто поменяла местами министров — но фактически сохранила кабмин; при этом по закону отставка главы правительства означает отставку всего правительства.

Свириденко считают ставленницей Андрея Ермака, а отношения ее министров с депутатами от «Слуги народа» в Раде называют неконструктивными. «Чиновники сидят в своей песочнице. <…> Не советуются с депутатами ни о чем. Результаты такого „сотрудничества“ видим на табло в Раде», — говорит источник «Украинской правды» в парламенте.

Парламент мог бы объявить кабмину вотум недоверия, но «слуги народа» не готовы «на столь открытый выпад против президента», пишет издание «Политика страны». Поэтому Рада выбрала тактику саботажа — и с ее помощью показывает ОП и правительству, что не все их документы приветствуют в парламенте. Это «гораздо проще и безопаснее» для «слуг народа», которые понимают, что отставка кабмина, вероятно, не поможет выйти из кризиса, но только усилит хаос. 

Одновременно оппозиционные фракции, связанные с Петром Порошенко и Юлией Тимошенко, выступают за создание «правительства национального единства» с участием представителей оппозиции. Такой кабинет министров уже не будет подконтролен офису президента, и команда Зеленского стремится не допустить этого кризисного сценария — а он вполне возможен в случае распада однопартийного большинства.  

Кроме того, Рада без пропрезидентского большинства может избрать нового спикера — вместо Руслана Стефанчука, который всегда был подчеркнуто лоялен президенту (его даже называют идеологом партии «Слуга народа»).

По Конституции председатель Рады становится временным главой государства, если президент теряет полномочия. Именно это произошло в 2014 году после бегства Виктора Януковича. Тогда и. о. президента стал спикер парламента Александр Турчинов, что позволило преодолеть кризис центральной власти и консолидировать промайдановскую оппозицию. Но не исключено, что на этот раз вместо нового патриотического консенсуса в украинской политике может начаться противостояние разных групп.  

В 2024 году Владимир Путин заявил, что из всех украинских институтов он считает легитимной только Верховную раду: «По своей сути украинская государственность основана не на идее президентской республики, а на идее парламентско-президентской республики. И основные рычаги власти сосредотачиваются в представительном органе государства». 

Возможно, в Кремле рассчитывают на внутрипарламентский переворот, который приведет на пост президента Украины кого-то, кто будет удобен Кремлю. Хотя учитывая, что деятельность пророссийских партий запрещена в Украине, сложно представить таких «кандидатов». И действующий спикер Стефанчук точно не является такой фигурой. 

Украинский политолог Петр Олещук писал, что своими заявлениями о «легитимной» Верховной раде Путин «обращается к украинской элите и, в частности, к ее парламентской части»: «Устраивайте переворот, захватывайте власть, и мы с вами „договоримся“ — я вас щедро отблагодарю» — так, по мнению Олещука, может рассуждать президент России. 

В Киеве это тоже понимают. Поэтому и власть, и оппозиция крайне осторожны в своих действиях и пытаются поступать так, чтобы не сыграть на руку Кремлю — или чтобы не выглядело так, будто они это делают.