истории

«Фрау» — современная сказка Любови Мульменко о двух хороших людях и их несчастливой любви Вадик Королев играет продавца магазина «Охотник и рыболов». Лиза Янковская — балерину

Источник: Meduza

В российский прокат 14 марта выходит картина Любови Мульменко «Фрау». События разворачиваются в Перми: чудак Ваня, работающий в охотничьем магазине, вдруг влюбляется в Кристину — балерину местного театра. Оба они добры друг к другу, но вместе несчастливы. Кинокритик Антон Долин рассказывает об этой трогательной премьере, главные роли в которой сыграли Вадик Королев и Лиза Янковская.

«Фрау» рассказывает одновременно простую и сложную историю. Она о том, что двое хороших людей, желающих друг другу только добра, не обязательно будут счастливы вместе. Казалось бы, в теории это знает каждый. Но почему же тогда многие надеются, ошибаются и наступают на эти многовековые грабли? «Фрау» не предостережение и не притча с моралью. Скорее, сказка на заданную тему, с финалом, который вполне можно трактовать как счастливый. 

Филолог, драматург и журналистка Любовь Мульменко писала самобытные сценарии для Натальи Мещаниновой, Оксаны Бычковой и Нигины Сайфуллаевой, но в 2021-м дебютировала в режиссуре и окончательно превратилась в независимую творческую единицу. Ее «Дунай» был вольным травелогом о любви, выдержанным в балканском духе. «Фрау» — отказ от поэтического реализма в пользу условности. А также путешествие в обратную сторону от романтического Белграда, на историческую родину авторки — в Пермь. В ее новом фильме этот город становится заколдованной территорией несбыточных желаний, осуществления которых стоит опасаться всерьез.

Ваня живет один в бабушкиной квартире, коротая время с черным котом и чучелом совы. Работает в магазине «Охотник и рыболов» с флегматичным семьянином Вовкой (от рыбалки того не могут отвлечь даже внеплановые роды жены) и отрешенной девушкой по прозвищу Колян. Ваня — чудак, «ретро-человек». Он носит на поясе топорик для самообороны, знает все о семействе землеройковых, слушает на виниле Муслима Магомаева и называет молодых женщин «фрау». А еще страдает от одиночества. 

Кристина, для друзей просто Крис, живет с любимым плюшевым тигром, неврастеничной мамой и педантичной бабушкой — профессором кафедры эпидемиологии с тридцатилетним стажем. Работает балериной в Пермском театре оперы и балета. Встречается с женатым врачом Гришей, иногда поет в караоке-баре песни Аллегровой и Булановой. А еще страдает от одиночества. 

Однажды Ваня окажется на балете «Жизель», увидит на сцене Кристину и узнает в ней свою идеальную фрау — хоть прежде и считал, что «женщина должна быть дородной». Он подарит балерине букет васильков и тронет ее сердце. В простодушном и надежном Ване наконец материализуется ее смутная мечта о «настоящем мужике» — существе таком же призрачном, как фантомная «фрау». 

Певец Вадик Королев из группы OQJAV, редко и метко снимающийся в кино («Город уснул», «Человек из Подольска»), составил чудесную и нелепую пару с очередной наследницей славной актерской династии, Лизой Янковской; героиня «Фрау» — ее первая значительная и успешная кинороль. Оба очевидно наслаждаются богатой фактурой и причудливыми задачами, поставленными Мульменко. Хотя и роли второго плана в «Фрау» объемные, живые: добродушный тюфяк Гриша в исполнении Алексея Розина, трогательные Инга Оболдина с Людмилой Чирковой — семья Кристины, комический дуэт Максима Стоянова с Дарьей Коныжевой (Вовка и Колян) равно органичны в нежной и гротескной вселенной фильма. Уральский Брейгель, и только. Недаром любимая книга Вани — «Легенда об Уленшпигеле» Шарля де Костера, а кино — его экранизация Алова с Наумовым.  

«Фрау» — постсоветский гибрид двух европейских сюжетов о человеке, утонувшем в умозрительных книжных иллюзиях. Прообраз Вани с его нелепой церемонной неуклюжестью — Дон Кихот, вслед за которым наш герой «производит рыцарское служение», записывая сомнительные результаты в тетрадку с заголовком «Ледяная сказка». Прообраз, казалось, более здравой и приземленной Кристины — Эмма Бовари с ее пылкими и гипертрофированными ожиданиями от любви. 

Для эскапистского, переполненного искусственными построениями российского кинематографа 2024 года «Фрау» — удачно синтезированный материал. Сама идея воображаемого индивидуального мира и плохой его совместимости с соседними капсульными утопиями кажется чрезвычайно своевременной, пусть здесь носит исключительно лирическую, а не политическую окраску. За отрешенно ироничной интонацией сквозит и неподдельная боль от того, насколько искажена и исковеркана в России, проходящей прямо сейчас очередной «Год семьи», толстовская мысль семейная. 

Возможно ли в принципе обрести свободу от невыносимо душных поведенческих шаблонов? Последние кадры «Фрау» дают на это смутную надежду.