Знает ли ФСБ, с кем вы переписываетесь в телеграме? В связях со спецслужбой мессенджер давно подозревают авторы «Важных историй». Теперь эти подозрения проверил независимый эксперт

Почти год назад наши коллеги из издания «Важные истории» опубликовали расследование «Как „Телеграм“ связан с ФСБ». Англоязычная версия материала вышла на сайте международного консорциума журналистов-расследователей OCCRP.

Авторы пришли к выводу, что спецслужба может «выстроить сеть связей между пользователями» телеграма. Причем не важно, находятся ли они в России или за границей. То есть под угрозой — вообще все пользователи мессенджера. Такие выводы строятся на двух ключевых аргументах:

После публикации расследования «Важные истории» еще несколько раз возвращались к теме связей мессенджера и спецслужбы. В частности, главный редактор Роман Анин обнародовал интервью, которое взял у Владимира Веденеева еще до выхода первого материала.

И вот в развитии сюжета новый эпизод: независимая экспертиза, как пишут «Важные истории», подтвердила критическую уязвимость в телеграме. При этом издание не упомянуло другие выводы автора экспертизы. А он, хотя и подтвердил уязвимость, усомнился в том, что у ФСБ есть доступ к инфраструктуре оператора серверов телеграма и что связи спецслужбы с Веденеевым доказаны.

Ее заказал сам Владимир Веденеев. В 2025 году он подал иск к Роману Анину в Швейцарии. И одновременно — к OCCRP в США.

В подкрепление своей позиции в этих разбирательствах предприниматель и попросил провести независимую экспертизу компанию Symbolic Software. Ее автором выступил основатель Symbolic Software Надим Кобейси (Nadim Kobeissi).

Это французско-ливанский исследователь, специализирующийся на прикладной криптографии. В 2018 году он защитил докторскую диссертацию (PhD) во французском национальном исследовательском институте INRIA, посвященную разработке методов формальной верификации криптографических протоколов. В работе разбирались в том числе протоколы Signal и секретных чатов в телеграме. Кобейси вообще один из последовательных публичных критиков модели безопасности мессенджера Павла Дурова.

«Медуза» заботится о том, чтобы вы могли читать все, что захочется, несмотря на ограничения Роскомнадзора. С обходом блокировок помогут наши инструкции — попроще и посложнее. Ну и конечно, вам нужен VPN! Чтобы не пропустить ничего важного и не потерять связь с «Медузой», скачайте наше приложение. Мы рядом и нам не все равно! 

Надим Кобейси воспроизвел техническое исследование польского IT-эксперта Михала Возняка (Michał «rysiek» Woźniak), в прошлом директора по информационной безопасности в OCCRP. Именно на него ссылались «Важные истории» в своем расследовании. И Кобейси действительно подтвердил основные выводы Возняка:

То есть любой пассивный наблюдатель за трафиком может отслеживать такие идентификаторы, сопоставляя их с IP-адресами пользователя, датой и временем сетевой активности, характерными особенностями переданных или полученных данных (вроде объема или интенсивности). И таким образом, к примеру, отслеживать перемещения владельцев конкретных устройств, даже если они подключаются к разным Wi-Fi или меняют сим-карты.

И все же выяснить, кто с кем переписывался в телеграме, и воссоздать систему социальных связей пользователя, по мнению Кобейси, практически невозможно.

Потому что телеграм использует централизованную серверную архитектуру. Если бы сообщения передавались напрямую от одного пользователя к другому, то построение социального графа, то есть схемы связей конкретного клиента внутри мессенджера, было бы тривиальной задачей.

Но телеграм выступает в роли посредника: он расшифровывает входящее сообщение одним авторизационным ключом, а потом шифрует его другим и передает адресату. Такое переданное сообщение серверы телеграма могут упаковать вместе с другими данными, отправляемыми получателю: обновлениями каналов, служебными уведомлениями, постами из других чатов. Это все будет мешать поиску получателя сообщения, даже если иметь доступ ко всему телеграм-трафику.

Надим Кобейси утверждает: любой вывод о взаимной связи пользователей, основанный только на анализе трафика, будет вероятностным, а не строго определенным.

Иногда можно — но совсем другим способом. Например, в случае офлайновых встреч людей, пользующихся телеграмом на телефонах. Тогда по регулярному совпадению места (например, использованию одного и того же домашнего Wi-Fi) и времени вывод о связи двух или группы лиц действительно можно установить.

Для иллюстрации реальных последствий уязвимости Надим Кобейси подробно описывает гипотетический пример деанонимизации журналиста. Анализ телеграм-трафика помогает отследить его перемещения, определить места встреч, связать между собой идентификаторы телефона и ноутбука. А корреляция с идентификаторами других устройств, оказавшихся в то же время в том же месте, позволяет выявить потенциальные источники журналиста.

Нет. Он отдельно критикует методологию расследования. Надим Кобейси указывает на то, что связь одного из провайдеров инфраструктуры телеграма с российскими спецслужбами установлена с помощью косвенных доказательств.

Для сравнения Кобейси отмечает, что мессенджер Signal использует инфраструктуру Amazon, а у последней есть многомиллионные контракты с ЦРУ, АНБ и другими американскими спецслужбами. Но из этого не следует, что у ЦРУ есть особые возможности для слежки за пользователями Signal.

В качестве других примеров приводятся WhatsApp, iMessage, Microsoft Teams — все эти мессенджеры тоже используют инфраструктуру компаний, имеющих правительственные контракты и нанимающих на работу бывших сотрудников спецслужб США.

Все же теоретически может — как минимум на территории России. Но возможности массовой слежки за всеми российскими пользователями телеграма оценить сложно. ФСБ явно может выборочно следить за отдельными идентификаторами устройств. Для этого у них есть все возможности: операторы связи по «закону Яровой» должны полгода хранить пользовательский трафик и обеспечивать доступ к нему сотрудникам спецслужбы.

При этом Надим Кобейси много раз подчеркивает, что этой уязвимостью могут пользоваться не только в России:

Можно использовать VPN. Он подменит ваш реальный IP-адрес. Но не сможет полностью спрятать ваш идентификатор: auth_key_id будет виден при передаче данных между VPN-cервером и сервером телеграма.

То есть если вы используете надежный зарубежный VPN, а у ФСБ нет доступа к данным провайдеров инфраструктуры телеграма, то вы спрячете идентификатор от спецслужбы. Если же такой доступ, как предполагают «Важные истории», все же есть, то и это ухищрение вам не поможет.

Надим Кобейси утверждает, что только разработчики телеграма могут закрыть эту уязвимость.

Нет. В посте, опубликованном пару недель назад, они утверждают, что отслеживание идентификатора auth_key_id не дает пассивному наблюдателю за пользовательским трафиком никакого дополнительного преимущества:

То есть сотрудники Telegram пока попросту игнорируют выводы Михала Возняка и Надима Кобейси о том, что эти сменяемые идентификаторы легко сопоставить между собой, непрерывно отслеживая пользовательский трафик.