истории

Кажется, скоро у Китая и США появится причина для нового конфликта — поиск следующего далай-ламы (действующему уже 91 год) Казалось бы, при чем тут эти две страны? И как тибетский духовный лидер может стать причиной политического напряжения в Азии?

Источник: Meduza

В июле 2026 года Далай-ламе XIV исполнился 91 год, а это значит, что довольно скоро тибетская религиозная элита, живущая в изгнании в Индии, начнет поиски его преемника. Однако будущего лидера буддистов будут искать не только тибетцы. Китай, аннексировавший Тибет в 1959 году, считает, что имеет право назначить своего кандидата, — и готов пойти на конфликт с Индией, как со страной, принявшей тибетских оппозиционеров. Вероятно, в конфликт захотят вовлечься и США, заинтересованные в сдерживании китайского влияния в Дальневосточном регионе. В Америке на законодательном уровне готовятся к смерти действующего далай-ламы и возможным вариантам развития событий после нее. По просьбе «Медузы» китаист Алексей Чигадаев объясняет, каким образом Китай, США и Индия оказались вовлечены в важнейший тибетский религиозный обряд и как может развиваться конфликт трех стран вокруг следующего далай-ламы.

Почему Китай считает, что имеет право участвовать в процедуре поиска далай-ламы

У Китая нет бесспорного права в утверждении далай-ламы, но есть исторический прецедент — решающий с точки зрения Пекина. В 1793 году, после войны с гуркхами, в Цинской империи стали использовать «золотую урну» для выбора перерождений высокопоставленных лам — в Тибете такого обычая никогда не было. Однако к этой практике не прибегали регулярно: например, при назначении XIII и XIV далай-лам урну не использовали, а XIV далай-ламу признали в 1939–1940 годах без участия китайского правительства в самом поиске буддистского лидера.

Другими словами, уверенность Пекина в своем суверенном праве контролировать реинкарнацию далай-ламы основывается не на религиозном правиле, а на исторической отсылке к ограниченной практике империи Цин.

По традиции после смерти далай-ламы панчен-лама, один из ключевых авторитетов в традиционной процедуре признания реинкарнации далай-ламы, участвует в поиске и распознавании его реинкарнации. 

В 1995 году далай-лама признал панчен-ламой шестилетнего Гедуна Чокьи Ньиму, но Китай с этим не согласился. Вскоре китайские власти похитили мальчика вместе с родителями, заявив, что сделали это ради их защиты. Затем в Пекине провели собственную процедуру — с золотой урной. По итогам жеребьевки панчен-ламой объявили Гьялцена Норбу, который с тех пор воспитывался как панчен-лама в Китае. Сейчас ему 36 лет, и он занимает официальные религиозно-политические должности в КНР. Тибетская сторона не признает его панчен-ламой; своей признанной реинкарнации у нее нет. 

Таким образом, Пекин получил своего панчен-ламу, который сможет участвовать в китайской процедуре признания Далай-ламы XV. Тибетская сторона при этом будет искать буддистского лидера самостоятельно: в 2025 году действующий далай-лама передал полномочия по признанию своего преемника фонду Gaden Phodrang и другим тибетским религиозным авторитетам.

В 1959 году Индия приняла бежавшего из Тибета Далай-ламу XIV и позволила ему создать в стране фонд Gaden Phodrang. Однако Нью-Дели не готов пойти на открытый конфликт с Китаем, заявляя, что вопросы преемственности — дело религиозных авторитетов. Индийские власти не сообщают, какого именно далай-ламу они признают. 

США же заинтересованы не в Тибете, а в том, чтобы не дать Китаю усилить свое влияние в Азиатском регионе. Именно поэтому Вашингтон поддерживает право тибетских буддистов самим выбрать далай-ламу и отвергает претензию Пекина, чтобы тот не получил монополию на этот институт — и еще один инструмент международного влияния. Одновременно США заинтересованы в том, чтобы сделать Индию своим партнером в Азиатском регионе. 

6 июля 2026 года Далай-ламе XIV исполнился 91 год. К этому времени вопрос о его преемнике превратился в проблему, к которой Китай, Индия и США готовятся уже несколько лет. Пекин, имея собственного панчен-ламу, подготовлен лучше Вашингтона и Нью-Дели. Если претендентов на статус далай-ламы XV будет двое, мировым лидерам придется решать, кто, как и на каком основании будет признавать каждого из них.

Возможным сценариям этого кризиса посвящен 56-страничный доклад американского специалиста по вопросам Азии и международной безопасности Майкла Шиффера, сделанный по заказу Комиссии США по экономическим вопросам и вопросам безопасности в отношениях с Китаем и опубликованный в августе 2026 года. В документе преемственность института далай-ламы рассматривается скорее не как религиозная проблема, а как возможный геополитический кризис с участием Китая, Индии и США. Причем ключевым игроком авторы считают именно Индию.

Учитывая, что сдерживание китайского влияния — одна из ключевых задач американской внешней политики, у США на законодательном уровне должна быть четко сформулирована позиция по всем международным конфликтам, в которых участвует Китай. Споры вокруг преемника тибетского духовного лидера — один из них. 

Поэтому в докладе Майкла Шиффера сформулированы три главных рекомендации конгрессу: 

Какие сценарии описаны в докладе

Автор доклада Майкл Шиффер приводит четыре сценария, но подчеркивает, что они не взаимоисключающие. События могут начать развиваться в рамках одного сценария, затем перейти в другой или объединить несколько.

Сценарий № 1: Китай действует первым

Спустя несколько дней после смерти Далай-ламы XIV Китай объявит кандидата после проведения процедуры с золотой урной. После этого его публично одобрит подконтрольный китайским властям панчен-лама.

Фонду Gaden Phodrang может понадобиться несколько месяцев или даже лет, чтобы найти и признать следующего далай-ламу, поэтому какое-то время в мире будет только один публично известный Далай-лама XV — китайский. Причем индийским властям не обязательно будет немедленно признавать китайского кандидата — достаточно просто не вмешиваться в конфликт Пекина с Gaden Phodrang.

Главный вопрос при таком сценарии: будут ли Индия и США заранее готовы к тому, что Китай начнет давить на индийских и других мировых лидеров? Шиффер считает, что, если Вашингтон решит действовать только после смерти Далай-ламы XIV, Китай успеет убедить международное сообщество в легитимности своего кандидата. 

Сценарий № 2: преемник на спорной территории

При этом сценарии фонд Gaden Phodrang найдет реинкарнацию далай-ламы в индийском штате Аруначал-Прадеш, где в 1683 году родился Далай-лама VI. Индия полностью контролирует эту территорию и управляет ею как своим официальным штатом. Однако Китай этого не признает: он называет регион «Южным Тибетом» (или Цзаннань) и считает своей законной территорией.

Согласно этому сценарию, Индия вместе с тибетскими религиозными институтами признает далай-ламой ребенка, родившегося на территории Индии. Однако, по мнению Китая, регион принадлежит ему, поэтому в его логике Индия одновременно будет спорить с претензиями Китая на поиск далай-ламы и покусится на китайский суверенитет.

Авторы доклада предполагают, что это может привести к дипломатическому давлению на Индию, ограничению ее доступа к китайскому рынку и возможному нарастанию военного напряжения на границе. Это поставит Индию перед выбором: продолжить настаивать на «своем» далай-ламе или отказаться от него, что Пекин представит как капитуляцию. 

При таком сценарии существует высокая вероятность военной эскалации, и Вашингтону предстоит решить, готов ли он реально поддержать Индию, если тибетская проблема превратится в китайско-индийский пограничный кризис. 

Сценарий № 3: два далай-ламы на десятилетия

Пекин и Gaden Phodrang примерно в одно время объявят своих кандидатов. Начнется 15–20-летняя борьба за легитимность, пока дети, названные реинкарнациями, будут расти и проходить религиозное обучение. 

По сравнению с индийским кандидатом у китайского будут огромные преимущества: доступ к монастырям внутри КНР, деньги, дипломатический аппарат Китая, государственные СМИ и возможность принуждать иностранные правительства взаимодействовать именно с ним. У индийского — религиозная легитимность, международная тибетская община и потенциальная поддержка Индии и США.

Главная уязвимость при таком сценарии: неясно, кто будет поддерживать тибетскую институциональную систему, пока ребенок растет и учится. По мнению авторов доклада, американская задача — не просто дипломатическое заявление, а долговременная поддержка альтернативной Китаю тибетской религиозной системы.

Сценарий № 4: военный и политический кризисы

Пекин попытается принудить Нью-Дели не искать преемника с помощью всех доступных инструментов сразу: военного давления на границе, экономического давления и санкций, дипломатических угроз и информационных операций внутри Индии, выставляющих политику правящей власти причиной пограничного кризиса. 

Если Вашингтон и Нью-Дели начнут обсуждать свою позицию по признанию преемника далай-ламы и в целом статусу тибетского сообщества на территории Индии уже после начала кризиса вокруг преемника, Пекин получит максимальное преимущество. Чтобы избежать такого развития событий, автор доклада Майкл Шиффер рекомендует американским властям незамедлительно принять законопроект об обеспечении будущего Тибета — и создать постоянный американо-индийский канал консультаций по поиску следующего далай-ламы.

* * *

Все четыре сценария выглядят вполне реалистичными, а предложенные Шиффером меры — разумная попытка подготовиться к кризису, который неизбежно наступит.

Однако трудно представить, что вопрос о будущем далай-ламы может занять важное место среди внешнеполитических приоритетов нынешней администрации Дональда Трампа. В конгрессе действительно интересуются этой темой — причем обе партии, — также там действует специальный координатор по тибетским вопросам, а летом 2026 года появился новый законопроект, цель которого — заранее закрепить американскую позицию по преемственности далай-ламы. Но все это еще не говорит об однозначной готовности Белого дома заняться решением китайско-тибетской проблемы в момент кризиса.

Скорее всего, США встретят смерть Далай-ламы XIV с четкой позицией, но без системы предварительных договоренностей с Индией и союзниками, которую предлагает создать автор доклада. Кризис на некоторое время привлечет международное внимание, Вашингтон откажется признавать назначенного Пекином Далай-ламу XV, конгресс примет резолюции, а западные правительства выступят с заявлениями о свободе вероисповедания. Но на практике основная нагрузка ляжет на Индию.

Наиболее вероятным кажется сценарий, при котором Нью-Дели постепенно «сдаст» тибетцев Пекину. Экономические и политические выгоды от нормализации отношений с Пекином будут гораздо более осязаемыми, тогда как цена поддержки тибетцев и «своего» далай-ламы будет только расти. 

Возможно, формально Индия так и не признает китайского кандидата, но и не даст тибетскому вопросу портить отношения с Пекином. Например, постепенно станет реже контактировать с тибетцами на высоком уровне, ограничит политическую активность тибетских институтов — и переведет проблему из области политики обратно в сферу религии.

В таком случае главным преимуществом Китая может оказаться не способность убедить мир в легитимности своего далай-ламы, а способность вести этот спор значительно дольше, чем западные демократии готовы уделять ему внимание.