![Министерство обороны РФ / AP / Scanpix / LETA](https://meduza.io/impro/5sX3MsGAaUUviVltBJnqjetr9oh-7mIWc6ZUnSzLAPY/resizing_type:fit/width:0/height:0/enlarge:1/quality:80/aHR0cHM6Ly9tZWR1/emEuaW8vaW1hZ2Uv/YXR0YWNobWVudHMv/aW1hZ2VzLzAxMC8x/MDMvNzc2L2xhcmdl/L1dOdk9yTE5fbTF6/R05IRFg2bkd2clEu/anBn.webp)
Новый пакет американской помощи Украине может заставить Кремль еще сильнее нарастить военные расходы. Потянет ли их российская экономика? Рассуждает Александра Прокопенко (Carnegie Politika)
Экономическая конъюнктура для российских властей остается благоприятной. Даже в условиях возобновления помощи Киеву со стороны США Кремль готов не только выделять средства на и без того высокие текущие военные нужды, но и планировать будущие траты на войну. Однако достигаются эти успехи ценой нарастающих структурных проблем. В российской экономике не хватает рабочих рук, а значит, зарплаты будут расти быстрее производительности труда, которую тормозят еще и технологические санкции. О том, к чему это может привести страну, в материале для проекта Carnegie Politika рассуждает научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Александра Прокопенко. «Медуза» публикует этот материал полностью с любезного разрешения Carnegie Politika.
Новый пакет американской помощи для Украины, который после долгих споров одобрил Конгресс США, вероятно, поможет Киеву удержать фронт, но говорить о переломе в войне не приходится. Для украинской стороны реалистичная задача на 2024 год — это минимизировать новые завоевания российской армии. А инициатива, по всей видимости, по-прежнему останется в руках Москвы, в том числе благодаря тому, что она успела увеличить свои военные расходы до рекордных высот и, похоже, способна наращивать их и дальше.
Александра Прокопенко — ведущая подкаста «Медузы» о российской политике «Вид на Кремль». Послушать все эпизоды подкаста можно здесь.
Чем больше проволочек с поставками западной помощи Украине, тем увереннее чувствует себя Кремль. И в США, и в ЕС усталость от войны ощущается все сильнее, а у России еще много ресурсов — и человеческих, и финансовых. В Москве уверены, что даже новый пакет американской помощи не сможет подорвать превосходство России на поле боя, но он может увеличить издержки российской стороны и тем самым отсрочить победу, которую российское руководство считает неизбежной. Все видели, с каким трудом в Конгрессе согласовывали новую помощь, что подсказывает Кремлю, что нынешний пакет из Вашингтона может оказаться едва ли не последним.
Тем не менее, если Киев сможет дополнить возобновление американской помощи собственной мобилизацией и укреплением оборонительных линий, Москве придется как-то реагировать. Владимир Путин обещал довести российские военные расходы в 2024 году до рекордных 6% ВВП (с учетом расходов на национальную безопасность — это вообще 8% ВВП). На следующий 2025 год пока запланировано снижение с 6% до 5%, но в случае успехов Украины эти планы придется пересмотреть. Необходимые ресурсы у Кремля есть, хотя в среднесрочной перспективе повышенные военные расходы повлекут за собой существенные издержки.
Российскую экономику сейчас разгоняют два ключевых фактора.
- Первый — фискальный импульс (влияние госрасходов и налоговой политики на сбалансированность бюджета) в размере 10% ВВП в 2022-2023 годах.
- Второй — импортозамещение, стимулирующее внутренний спрос на товары и услуги. В 2023 году российский ВВП вырос на 5,1% в третьем квартале и на 4,9% — в четвертом. Оценки за первый квартал 2024-го пока недоступны, но, судя по основным показателям, признаков замедления нет.
В апреле МВФ указал на значительное превышение в России спроса над предложением и констатировал: экономика страны перегрета. По прогнозам фонда, в 2024 году такая ситуация сохранится, темпы роста составят 3,2%. Экономический блок российского правительства планирует рост в 2,8%. В любом случае это означает, что власти продолжат накачивать экономику деньгами, хотя ключевая ставка уже два квартала подряд остается на уровне 16%, а стоимость рабочей силы все больше растет. Экономическая конъюнктура выглядит благоприятной, но проблема в том, что предложение не поспевает за ростом спроса, разгоняемого государственными тратами.
Такие расходы Россия может себе позволить благодаря росту поступлений в госбюджет. В первом квартале 2024 года доходы от продажи газа и нефти подскочили на 79% по сравнению с тем же периодом прошлого года — до 32 миллиардов долларов. Ненефтегазовые доходы выросли на 24% — до 35 миллиардов долларов. Дефицит бюджета за три месяца составил 6,5 миллиарда долларов, или 0,3% российского ВВП. Это вполне укладывается в обозначенный властями целевой показатель на 2024 год — 0,9% ВВП.
Нефтегазовые доходы растут по трем причинам: высокие мировые цены на нефть, налог на сверхприбыли и новая формула налогообложения на добычу полезных ископаемых — пошлина теперь взимается «на скважине» и не зависит от объема сырья, отправляющегося затем на экспорт. Ненефтегазовые доходы увеличились благодаря общему росту российской экономики. Наращивание внутреннего спроса и расходов обеспечило государству более высокие доходы в первую очередь за счет НДС и налогов с оборота.
Мы рассказывали об этом подробно
Поддержку бюджету также оказывает профицит торгового баланса, который в первом квартале вырос на 43% — до 22 миллиардов долларов. Сократились и импорт, и экспорт, однако первый падал значительно быстрее (-10% против -5%). Основная причина сокращения импорта — угроза вторичных санкций США против китайских банков. В то же время значительная часть платежей по-прежнему проводится, а значит, цепочки платежных операций адаптируются к новым реалиям, становясь длиннее и дороже.
Нынешние объемы госрасходов продолжают раздувать внутренний спрос. К середине апреля Минфин потратил 11,7 миллиарда рублей из 37,3 триллиона, запланированных на 2024 год. То есть средства расходуются заметно медленнее по сравнению с 2023-м, когда траты в начале года резко увеличились.
Сегодняшняя экономическая конъюнктура позволяет Кремлю не только выделять средства на текущие военные нужды, но и планировать будущие траты на конфликт. Но все это — ценой нарастающих структурных проблем: в экономике не хватает рабочих рук, а значит, зарплаты будут расти опережающими темпами по сравнению с производительностью труда, которую тормозят еще и технологические санкции. Такая динамика обеспечивает рост внутреннего спроса и ненефтегазовых бюджетных доходов в номинальном выражении, но подстегивает инфляцию.
Рост цен, в том числе на промышленные товары, и нехватка рабочей силы уже стали главными проблемами для российского ВПК. Пока из бюджета продолжают поступать щедрые субсидии, они не кажутся непреодолимыми: часть гражданских производств можно перевести на военные рельсы. Все зависит от целей, которые ставит перед собой Кремль. Но так или иначе, один факт очевиден: экономика страны попала в прямую зависимость от того, что происходит на линии фронта.
Благоприятная ситуация с бюджетом и умение России обходить санкции дают российскому руководству возможность не торопиться с ответом на сложный вопрос: стоит ли дальше наращивать военные расходы, щедро платить населению и поддерживать макроэкономическую стабильность за счет управляемой инфляции? Решить эту трилемму уже сейчас не представляется возможным, но для Кремля все это — за горизонтом планирования.
Российская экономика все больше похожа на марафонца, который тяжело болен гриппом, но бежит дальше на стероидах. Сейчас он не пробежал еще и половины дистанции и шансов на победу мало, но стероиды толкают его вперед. Кремлю этот марафон не выиграть, однако пока российская финансовая система выглядит стабильной. А значит, постоянная помощь Украине со стороны Запада по-прежнему жизненно необходима.
Читайте также на Carnegie Politika:
Александра Прокопенко