Перейти к материалам
истории

«Думаешь, я этого хочу? Я больной. Я ненормальный» Российские солдаты насиловали женщин и убивали мужчин в мирном селе под Киевом. Расследование «Медузы»

Источник: Meduza
истории

«Думаешь, я этого хочу? Я больной. Я ненормальный» Российские солдаты насиловали женщин и убивали мужчин в мирном селе под Киевом. Расследование «Медузы»

Источник: Meduza

Мир продолжает исследовать случившееся в Киевской области, откуда в конце марта отступили российские войска. Как выяснила «Медуза» совместно с журналистским проектом Astra, только в одном небольшом селе Богдановка, расположенном в Броварском районе, за время российской оккупации произошли как минимум три убийства и два изнасилования. Чтобы получить достоверную картину этих (и других) преступлений, мы поговорили с местными жителями, сопоставили их свидетельства и реконструировали события с 8 по 29 марта, когда в Богдановке находились россияне.

  • Оккупация села Богдановка в 20 километрах от Киева началась 8 марта. Колонна военной техники (предположительно, 6-го или 239-го танкового полка из Челябинской области) прошла по главной улице и выехала на шоссе до Киева, где ее сразу атаковала украинская артиллерия.
  • К вечеру 8 марта россияне начали прятать уцелевшие танки и БТР по селу — а солдаты, вероятно, получили указание занять поселок, провести «зачистку» (то есть найти всех мужчин с военным опытом и возможных членов территориальной обороны) и ждать подкрепления.
  • К полудню 9 марта группа военных, проводивших подомовой обход, добралась до самой восточной окраины Богдановки — Залесской улицы. Здесь оставались мирные жители. Их свидетельства позволили «Медузе» реконструировать преступления российских военных.
  • Командиром звена, совершавшего «обход» в Богдановке, был Михаил Романов. Он не скрывал лица — и даже просил местных найти его в соцсетях: это позволило собеседникам «Медузы» опознать его по фотографиям. Другие косвенные свидетельства подтверждают, что этот человек может быть контрактником из Чебаркуля (Челябинская область), приписанным к одной из трех военных частей: № 93992 и 89547 или 87441.
  • Приблизительно в десять вечера 9 марта военные в этой части села совершили первое убийство. Слесаря Алексея Руденко солдаты застрелили, потому что нашли у него на вешалке брюки цвета хаки (в действительности не военные, а рыбацкие). Он умер на руках у маленькой дочери.
  • Около полуночи Романов и еще один неопознанный военный в черной форме застрелили второго местного жителя — Алексея Здоровца, бывшего депутата из ближайшего города Бровары. Затем военные на протяжении двух часов насиловали его жену, заперев маленького сына в бойлерной. Женщина чудом смогла убежать и впоследствии дала показания. Тело Здоровца солдаты зарыли во дворе, а дом сожгли. Также они убили всех собак, принадлежавших семье.
  • 23 марта в северной части села, скрытой за лесом, произошло еще одно убийство. Константин (имя изменено) рассказал «Медузе», что российский солдат ворвался к нему в дом и застрелил тестя буквально у него на глазах — испугавшись зазвонившего мобильного телефона. Тело мужчины нашли через неделю на том же месте с огнестрельным ранением головы.
  • Еще одно изнасилование в Богдановке произошло 28 марта, всего за пару дней до окончания оккупации — в отдаленном садовом товариществе «Волошка». Солдаты ворвались в дом Светланы Перминовой в поисках ценных вещей, а затем изнасиловали ее в подвале. Перминова хотела покончить с собой. Ее муж Эдуард Шпилевой во время оккупации уехал из села, чтобы помогать украинским военным. В середине апреля его нашли мертвым в подвале частного дома в соседнем поселке Шевченково со следами пыток. Там же нашли еще шесть тел.
  • Предположительно 30 марта войска отступили из Богдановки. Село было частично заминировано. Судя по надписям на стенах и другим свидетельствам, за время оккупации Богдановки на смену одним группам российских военных приходили другие: они жили в тех же отобранных у местных жителей домах. Сейчас там работают криминалисты.

В начале апреля мир узнал о Буче: этот топоним стал символом жестокости российских солдат во время вторжения в Украину. Там россияне прицельным огнем уничтожали жилые дома; казнили, пытали и насиловали гражданских. То же самое происходило и в других населенных пунктах Киевской области на правом берегу Днепра, оказавшихся в первые недели войны в полной оккупации. На противоположном берегу наступление на Киев захлебнулось: колонны бронетехники попали под массированный обстрел на подступах к киевскому городу-спутнику Бровары, а потом рассеялись по окрестным селам.

Одно из таких — это Богдановка, в 20 километрах к северо-востоку от Киева. До войны в нем жили две с половиной тысячи человек. Старый центр Богдановки растянулся вдоль главной улицы Хмельницкого, на севере — таунхаусы, а на востоке — новые «поля», где постепенно отстраиваются особняки киевского среднего класса. В них, как говорят местные, въезжает «молодежь» — то есть состоятельные молодые семьи.

Картографические данные Google

Сейчас надпись «Мирные. Проверено» можно найти на многих воротах в селе — она неброского голубого цвета, но сделана крупно, чтобы было видно издалека. После «обходов», во время которых российские военные якобы должны были искать мужчин с опытом службы в зоне АТО и оружие, солдаты оставили такие метки по всей Богдановке. Сразу после отступления российских войск из Киевской области и завершения оккупации в село вошли уже украинские саперы, и на тех же заборах появились новые обозначения: крупные точки — значит дом проверен; знаки вопроса — значит заходить опасно. Вернувшиеся домой жители находили бомбы и растяжки в своих машинах и домах. А еще — тела и свежие захоронения. 

Надпись, оставленная российскими военными на заборе частного дома в Богдановке. 11 апреля 2022 года
Лилия Яппарова / «Медуза»
Подобные обозначения россияне нанесли на десятки частных домов в Богдановке
Лилия Яппарова / «Медуза»
Знаки вопроса, оставленные украинскими саперами на заборе частного дома в Богдановке. 11 апреля 2022 года
Лилия Яппарова / «Медуза»

8 марта около полудня. Начало оккупации

Первая колонна российских танков появилась в Богдановке днем во вторник, 8 марта. Камеры уличного наблюдения зафиксировали ее движение на центральной улице Богдана Хмельницкого около полудня. Несколько бронемашин сразу свернули во дворы — например, на улицу Крымца; солдаты спрятались в недостроенных домах. «Их было человек 10–15, — рассказывает «Медузе» житель Богдановки Валентин. — Они просто бахнули [взломали и разграбили] магазин — и с мешками через плечо пришли к нам жить. Вломились».

37-летняя Кристина (имя изменено по просьбе героини) живет с отцом и женой брата к востоку от центра Богдановки, их дом стоит «в полях» на Залесской улице. «8 марта начался сильный бой [на шоссе, ведущем к Киеву через Бровары], мы видели танки, которые идут через поселок, и много дыма на шоссе (имеется в виду трасса Е-95, местное обозначение М-01, — прим. «Медузы»). Некоторые наши соседи успели убежать в этот день: видимо, как-то прошмыгнули между колонной [военной техники], которая шла вперед на Киев, и той, которая позже уже возвращалась с боя», — рассказывает она. Кристина несколько лет работала в одной из крупнейших строительных компаний Украины, но планировала уволиться и перейти в сферу исследования больших данных. На начало марта она купила билеты в Париж, но эта поездка так и не состоялась.

Российские войска заходят в Богдановку 8–9 марта
Meduza

Виктория (имя изменено по просьбе героини) живет в доме по соседству с Кристиной, она тоже наблюдала за техникой в бинокль: «Ближе всего к нам подъехал танк с белой буквой О, это перекресток Залесской улицы, у соснового леса. Он заехал во двор к нашим соседям, постоял, развернулся и уехал куда-то дальше». Виктория с мужем обычно приезжает в свой загородный дом в Богдановке к началу дачного сезона, но в 2022 году они решили перебраться туда из Киева в конце февраля — сразу после начала войны, решив, что во время бомбардировок столицы там будет безопаснее. Незадолго до этого ее муж Алексей достроил в доме камин; возле него супруги грелись во время оккупации.

Дальше всех, на самой восточной окраине Богдановки, в конце Залесской улицы, стоит дом 34-летней Евгении (имя изменено по просьбе героини). «Мы видели только дым на шоссе. На ворота я вывесила простыню, чтобы сразу было понятно, что в доме есть гражданские», — рассказывает она «Медузе». Евгения видела, как три танка, ехавших по улице Хмельницкого по направлению к шоссе на город Бровары, вернулись обратно в село и прошли по огородам, укрывшись затем в сосновом лесу. Еще через пару часов солдаты начали таскать мешки с продуктами из разграбленного магазина по пустым домам, вспоминает Кристина, соседка Евгении по селу.

Кто оккупировал левый берег Днепра

В начале марта российские войска все еще были полны решимости заблокировать Киев — а сделать это можно только с двух берегов Днепра одновременно. На правом берегу разворачивалась полноценная оккупация, сопровождавшаяся систематическими обстрелами жилых домов и массовым убийством местных; ее последствия весь мир теперь знает как резню в Буче. Не менее страшные события происходили и в соседних городах Киевской области.

На левом же берегу основная часть 90-й танковой дивизии ушла в обход Броваров. Часть ее в составе одной-двух батальонных групп попыталась прорваться к городу — но попала под обстрел украинской артиллерии возле поселка Скибин. Свидетелями этого обстрела стали также жители Богдановки, Великой Дымерки и соседних сел, в которые потом отступили российские военные. После этого наступление на Киев со стороны Чернигова фактически замерло.

Расследовательская группа Conflict Intelligence Team (CIT) объясняет «Медузе», откуда конкретно прибыла танковая колонна, обстрелянная возле поселка Скибин: «Официально в «мирное время» российская армия воюет «батальонно-тактическими группами» (БТГр) — это сборные соединения контрактников разных специализаций из одного полка — по 500–1000 человек. Мы предполагаем, что в Украину собрали и отправили по две БТГр с военнослужащими 6-го танкового полка и 239-го танкового полка из города Чебаркуль Челябинской области. Еще зимой эти войска в составе 90-й танковой дивизии концентрировались на Брянщине, у границ Украины».

CIT поясняет, что на вооружении у этих полков есть редкая и старая техника — поэтому перемещения легко отследить по фотографиям разбитых и брошенных бронемашин, сделанным местными жителями. Присутствие полков из Чебаркуля также подтверждают и опубликованные ВСУ записи прослушки о гибели полковника Андрея Захарова (комбата 6-го танкового полка), а также документы 239-го полка, которые нашли у погибших российских военных в поселках, расположенных севернее Броваров.

Кроме того, с конца февраля в городских пабликах «ВКонтакте» вроде группы «Типичный Чебаркуль» регулярно появляются сообщения о солдатах из этого города, погибших во время российского вторжения в Украину.

Картографические данные Google

9 марта. Первые два убийства и изнасилование

9 марта в восточной части Богдановки произошли как минимум два убийства и одно изнасилование. Их совершили одни и те же военные, знакомые между собой. Это становится очевидно, если сопоставить рассказы о событиях 9 марта всех соседей с Залесской улицы.

Утро. Залесская улица. Дом Олега. Начало «обхода»

Утром 9 марта группа российских военнослужащих начала «обход» Залесской улицы. Почти сразу в руках военных появился алкоголь: «В одной руке — автомат, в другой — бутылка. Стреляет — и тут же пьет из горла. А на ногах уже красные кроссовки чьи-то. Приоделся», — вспоминает в беседе с «Медузой» местный житель Олег, живущий в коттедже на Залесской улице.

Украденные из коттеджей вещи российские солдаты вывозили на украденном же красном квадроцикле, рассказывают местные. «Крепили к нему прицеп легковой и свозили все в лес», — вспоминает Александр с соседней улицы Крымца (кучу телевизоров жители Богдановки потом действительно нашли в лесу неподалеку от села).

Еще один житель Богдановки Валентин наблюдал за «обходом» Залесской улицы из своего окна: «Заходили в каждый дом. И вот ты сидишь у окна, смотришь, как они идут, — и понимаешь, что сейчас дойдут к тебе. У меня в итоге танк уже под калиткой стоял. Дулом мне в окно светил». В роликах, опубликованных в соцсетях жителями Богдановки, можно увидеть, как российская бронетехника движется по селу в поисках места для парковки, заезжая прямо во дворы.

Надпись, оставленная российскими солдатами в Богдановке. «Вот вам два колпака» — это цитата из трека Ноггано (ft. Гуф & АК-47) «Тем, кто с нами»
«Медуза»
Дом Олега на Залесской улице в Богдановке. 11 апреля 2022 года
Лилия Яппарова / «Медуза»
Улица Залесская в Богдановке. 11 апреля 2022 года
Лилия Яппарова / «Медуза»
Хозяева коттеджей на Залесской улице вынесли из домов оставленный российскими солдатами мусор. 11 апреля 2022 года
Лилия Яппарова / «Медуза»

Напряжение между российскими солдатами и местными жителями вылилось в вооруженную стычку уже после полудня. «Они полезли в дом моей тещи, — вспоминает Олег. — Слава богу, она в этот момент была у соседки. А я смотрел на все это из своего собственного дома». У самого Олега в этот момент прятались гости: «Дочка моя, еще приехал товарищ со своей подругой… 20-летние девчонки. Сыну 16 лет. Я понимал, чем это все может закончиться, — вспоминает Олег. — И как-то так решение пришло само собой: у нас карабин был охотничий — и мы с товарищем решили, что если полезут — будем стрелять».

Когда военные перепрыгнули к Олегу через забор и принялись открывать ворота изнутри, из дома открыли огонь (кто именно, Олег не уточняет). «Вроде даже ранили кого-то, — заявляет Олег. — По крайней мере, они закричали: «Трехсотый!» [раненый]. Мы выиграли 15 минут, чтобы тихонечко убежать. Перелезли через забор — и туда, к лесу». 

Дом Кристины

Соседка Кристина слышала, как кто-то выстрелил из карабина на участке Олега. Затем группа испуганных солдат попыталась спрятаться у нее во дворе. Всего их было около 10 человек, рассказывает «Медузе» хозяйка дома, которая встретила их на крыльце. «Сначала они разбили стекло и начали допрашивать, кто такой наш сосед. Хотели закидать его гранатами, — рассказывает жительница Богдановки. — Но потом будто расслабились и расселись на террасе. Стали болтать, просили сигареты, взяли наше пиво. Говорили, что у них очень плохое обеспечение. Таким образом мы развлекали их около часа». 

Главным из них, рассказывает «Медузе» Кристина, был военный по имени Михаил Романов. Кристина говорит, что он сам назвал свое имя и попытался завязать контакт; другие солдаты называли его командиром: «Михаилу на вид лет 30, но очень эмоциональный. Быстро стал подкатывать ко мне — как подросток. Говорил: «Ох, если б не война…» и так далее. Водил вокруг меня хороводы, просил найти его страницы в соцсетях, чтобы подружиться». Благодаря этому Михаила Романова и удалось идентифицировать.

Романову, судя по данным из его соцсетей, 31 год, он родился в городе Пласте Челябинской области. Однако по известным «Медузе» мобильным номерам, принадлежащим Михаилу, можно найти множество частных объявлений о продаже вещей (например, мебели, одежды для ребенка и инструментов для ремонта) в городе Чебаркуль Челябинской области, где, предположительно, Романов жил до отправки в Украину. В этом городе расположены 11 воинских частей, приписанных к 90-й танковой дивизии.

Публично о карьере Романова ничего не известно. С 2011 по 2013 год, как выяснила «Медуза», изучив данные налоговой службы, он работал кассиром в «Магните». На снимках в удаленных аккаунтах Романова, восстановленных «Медузой» по архивным копиям, его сын играет с военной формой. На вопрос «Медузы», представляет ли Михаил Романов российскую армию в каком-либо качестве, Министерство обороны РФ не ответило.

Также проект Astra узнал о двух поездках пассажира РЖД по имени Михаил Романов, с такой же датой рождения и отчеством, что у героя этого материала, — к границе с Украиной и в крупнейший учебный центр российской армии. 

Первая поездка Романова, о которой стало известно «Медузе», — на станцию Миллерово Ростовской области в декабре 2014 года. Миллерово — город, который находится в 20 километрах от границы с Украиной, там расположен военный аэродром. Эксперты CIT предполагают, что поездка могла быть связана с командировкой российских военных из Чебаркуля в Донбасс, где тогда велись активные боевые действия: «7-я ОТБр [отдельная танковая бригада], которая теперь стала 239-м танковым полком, той осенью воевала в ЛДНР [самопровозглашенных республиках Донбасса]». В 2022 году после битвы в районе села Богдановка (о котором идет речь в этой статье) украинские военные нашли документы именно этого танкового полка.

Вторая поездка Михаила Романова состоялась в октябре 2021 года: он поехал из Чебаркуля на станцию Еланский в Свердловской области и обратно. «Еланский гарнизон» — крупнейший учебный центр Армии России под Екатеринбургом, туда собираются для переподготовки военнослужащие и срочники со всего Центрального военного округа, в том числе и для отправки на службу по контракту. Что именно делал Романов в Елани — неизвестно, но в его фотоальбомах «ВКонтакте» есть характерные фотографии застолий с бывшими срочниками после дембеля, которые затем служили по контракту (а в комментариях к этим снимкам друзья Романова желают «мальчикам» «удачи»). 

CIT — на основании собственных наблюдений и собранных «Медузой» данных — приходит к выводу, что Михаил Романов может служить командиром звена в составе 239-го танкового полка (военная часть № 89547) или 6-го танкового полка (в/ч № 93992). Оба соединения базируются в городе, где Романов живет со своей семьей, то есть в Чебаркуле.

Стоит также отметить, что «Медуза» при помощи местных жителей нашла в Богдановке документы артиллеристов из 80-го танкового полка (в/ч 87441, также Чебаркуль), который ранее понес потери под Черниговом.

Напрямую подтвердить, что Романов служил в какой-либо из этих частей, «Медузе» не удалось.

По фотографиям пользователя Михаила Романова из «ВКонтакте» и «Одноклассников» мужчину опознали четверо жителей Залесской улицы в Богдановке, включая героинь этой статьи.

Сам Михаил Романов не ответил ни на один звонок корреспондентов «Медузы». Профиль Михаила Романова в «Одноклассниках» каждый день бывает онлайн, но на сообщения не отвечает. Его родственники и девушка также не отвечают на звонки журналистов, а родители продолжают обмениваться «подарками» и «классами» в соцсетях.

Редакция «Медузы» связалась с семьей Михаила Романова. Отец Сергей Михайлович Романов (его удалось идентифицировать по фотографиям в соцсетях, на которых он запечатлен вместе с сыном) по телефону заявил, что никакого Михаила он не знает, и бросил трубку. В социальной сети «Одноклассники» он прочитал сообщения корреспондента с просьбой прокомментировать возможное участие его сына в преступлениях, но отвечать на них не стал и сразу после прочтения добавил журналиста в черный список.

Кристина с невесткой (женой брата) «развлекала» солдат разговорами на террасе около часа. По словам девушки, Романов оказался старшим среди мужчин, остальным было от 18 до 20 лет. Они называли разные города России, откуда приехали; она запомнила Новосибирск, Томск и Челябинск. «Михаил сказал, что он контрактник, а все остальные — срочники и что нам повезло с его группой: «Вы просто не знаете, что творится сейчас в других местах. Какие там зверства»», — рассказывает Кристина «Медузе». Убийства в Буче происходили в это же самое время — только на другом берегу Днепра, где российские военные тоже проводили «зачистки» в городах и селах.

Еще один военный, которого Кристина хорошо запомнила, — «скромный вежливый» парень лет 25, к которому Михаил обращался по имени Виталик: «Когда они пришли в наш дом, Виталик разбил стекло и порезал руку. Мы начали кричать на него: мол, ты к себе домой тоже так заходишь? Он постоянно извинялся, предложил починить». Виталик тоже выпивал, рассказывает Кристина, но говорил только, что недавно женился и очень хочет домой. 

Газон во дворе дома Кристины, развороченный гусеницами российской военной техники
«Медуза»