Перейти к материалам
истории

«Медуза» обнаружила стенограмму переговоров Клинтона и Путина, в которой они обсуждают гибель «Курска». Клинтон выражает соболезнования, Путин говорит о своем рейтинге

Источник: Meduza
Cynthia Johnson / Liaison Agency / Getty Images

«Медуза» обнаружила, что еще 29 августа 2019 года на сайте цифровой библиотеки Билла Клинтона были опубликованы стенограммы телефонных и личных бесед президента США и сотрудников его администрации с Владимиром Путиным. Документы датированы 1999–2001 годами, большинство из них в свое время имели гриф «секретно». Путин общается с американцами в качестве директора ФСБ и секретаря Совета безопасности России, главы правительства, исполняющего обязанности президента и главы российского государства. Одну из встреч Клинтон и Путин начали с обсуждения последствий гибели подлодки «Курск».

Это первый из серии материалов, которые мы подготовили на основе ранее неизвестных стенограмм переговоров Путина и Клинтона. Они помогают лучше понять, как изменилась российская внешняя политика за 20 лет.

6 сентября 2000 года Владимир Путин и Билл Клинтон встретились в Нью-Йорке в президентском номере гостиницы Waldorf Astoria. На встрече также присутствовали замруководителя администрации президента России Сергей Приходько и заместитель госсекретаря США Строуб Тэлботт, свободно владеющий русским языком.

Мы публикуем перевод беседы на первую тему, которую обсудили президенты на той встрече. Она касалась гибели подводной лодки «Курск».

Стенограмма

Речь Путина переведена дважды: сначала переводчиком с русского языка на английский, а затем «Медузой» обратно — с английского на русский.

Клинтон выступает с заявлением о национальной системе противоракетной обороны во время протокольной съемки. Журналисты с камерами покидают помещение.

Клинтон: Сожалею обо всем, через что вам пришлось пройти из-за гибели «Курска». Когда происходит что-то такое, люди по всему миру представляют себя на месте жертв и их близких, но я представлял себя и на вашем месте. Вам, наверное, пришлось столкнуться со множеством критики. Это всегда случается. После Оклахома-Сити многие спрашивали, хорошо ли здание было защищено и не пустили ли мы террористов в страну. Так что сердцем я был и с людьми на дне моря, и со всеми остальными тоже.

Путин: Хорошего выбора у меня не было. Я оказался в ловушке между плохими и худшими вариантами. Мне говорили, что если бы я сразу спустил туда маленькую подводную лодку и хотя бы попытался спасти парней, мои рейтинги выросли бы. Нельзя позволять делать что-то подобное ради пиара. Нужно отдавать приоритет реальному спасению людей.

Я ценю вашу искреннюю поддержку. Как ни странно, последующие опросы показали, что этот инцидент не повлиял на мое положение. Но я очень боюсь, что нечто подобное может повториться.

Клинтон: Сейчас мы работаем в другой обстановке. Если в Москве взрывается здание, это словно происходит у наших родственников. Или если люди в Мозамбике вынуждены залезать на деревья, чтобы спастись от наводнения… Во многих отношениях это хорошо. Это напоминает нам, что другие — тоже люди. После этого сложнее ненавидеть. Но иногда и лидеру бывает трудно поступать правильно из-за всех этих сильных ощущений.

Путин: Мы чувствовали себя бессильными во время этой катастрофы. Сейчас все выглядит так, что весь экипаж погиб в течение 60 или 90 секунд. Мы не могли рассказать родственникам, но в корпусе была дыра размером около двух метров, через которую затопило первые три отсека подлодки. Я даже не знаю, как мы можем вытащить тела. В этих водах много трески — плоти на костях может не остаться. Мы пытались спустить на тормозах всю эту шумиху, но некоторые люди странные, и они просто продолжали ее подпитывать. Это просто факт жизни.

The President does NMD statement during pool spray. Cameras leave.

The President: Sorry for all youʼve been through with the loss of the Kursk. When something like this happens, people around the world identify with the victims and their families, but I identified with you, too. You must have had to put up with a lot of second-guessing. That always happens. After Oklahoma City, a lot of people asked if the building was properly protected and whether we had let terrorists into the country. So my heart went out to the people at the bottom of the sea, but it went out to everyone else as well.

President Putin: There was no good option for me here. I was caught between bad options and worse options. Some people told me that if Iʼd let a small submarine go in there right away and at least make a stab at rescuing the guys, my ratings would have gone up. You canʼt let something like this be driven by public relations. Youʼve got to give priority to actually saving people.

I appreciate your sincere support. Strange as it seems, the polls afterward actually reveal that the incident didnʼt affect my standing. But my great fear is that something like this could recur.

The President: We operate in a different environment now. If a building blows up in Moscow, itʼs as though our own relatives were involved. Or if people in Mozambique are driven by flooding to have to take shelter in trees. In many ways, this is a good thing. It reminds us of the humanity of others. It makes it harder to hate. But it also sometimes makes it harder for a leader to do the right thing because all these strong feelings are generated.

President Putin: We felt impotent during this whole disaster. It now looks as though all the crew died within 60 or 90 seconds. We couldnʼt tell the relatives, but there was a hole about 2 meters wide blown in the hull that flooded the first three sections of the sub. Iʼm not even sure how we can get the bodies out. There are a lot of cod in those waters, and there may not be any flesh on the bones. We tried to apply the brakes to all this furor, but some people are strange, and they just kept feeding it. Thatʼs just a fact of life.

Что происходило с рейтингом Путина

Мы не знаем, о каких рейтингах говорил Владимир Путин. Возможно, речь шла о непубличных социологических опросах, которые тогда проводило Федеральное агентство правительственной связи и информации (через несколько лет оно стало частью Федеральной службы охраны).

Судя по данным ВЦИОМ, которым тогда руководил Юрий Левада, рейтинг Путина действительно не пострадал из-за гибели «Курска». Комментируя результаты опроса, проведенного 22–25 сентября 2000 года, аналитики социологической службы отметили, что «рейтинг доверия президенту вернулся на прежние позиции середины августа».

«В целом вы одобряете или не одобряете деятельность Владимира Путина на посту президента России?»

Май

Июнь

Июль

18-21 августа

20-25 августа

сентябрь

одобряю

72

61

72

65

60

65

не одобряю

17

26

17

26

30

27

затруднились ответить

11

13

10

10

10

9


«Она утонула»

Через два дня после встречи с Клинтоном Путин дал знаменитое интервью ведущему CNN Ларри Кингу. В ответ на вопрос, что же случилось с «Курском» (он был задан в самом начале беседы), Путин с улыбкой ответил: «Она утонула». Эта фраза и эта улыбка стали главным, что запомнилось из интервью.

Между тем дальше президент России длинно рассуждает о судьбе лодки (во многом повторяя сказанное Клинтону), а на вопрос, что бы он изменил в своих действиях, отвечает, что отменил бы «рабочие встречи по месту отдыха в Сочи». По словам Путина, «можно было в этой части поступить иначе», поскольку его действия «использовали для определенных атак, для раскачивания самого института президентской власти, а это само по себе уже плохо и вредно для государства».

Как «спускали на тормозах шумиху»

12 августа 2000 года — в день, когда затонул «Курск» — Путин уехал в отпуск в Сочи. О катастрофе президенту сообщили на следующий день, а общественности — только 14 августа. Путин не прервал свой отпуск до 18 августа — в тот день он отправился в Крым на неформальную встречу глав СНГ; однако из-за аварии в Баренцевом море график саммита изменили, и президент России вернулся в Москву. 18 августа Путин объяснял, что сразу хотел поехать к месту аварии, но удержался: «Прибытие в район бедствия неспециалистов, чиновников высокого ранга не помогает, а чаще всего мешает… Все должны быть на своем месте».

Только 22 августа власти официально признали гибель моряков «Курска». Но, по словам главы правительственной комиссии по расследованию причин аварии, вице-премьера Ильи Клебанова, власти еще 14 августа знали, что весь экипаж подводной лодки погиб. Тем не менее Путин 16 августа заявил, что моряки делают все возможное для спасения экипажа, а 20 августа опять повторил это на встрече с иерархами Русской православной церкви: «Моряки делают все для спасения своих товарищей. К сожалению, иногда не мы, а события диктуют нам логику развития ситуации. Но до последней минуты мы будем делать все для спасения всех, кого можно спасти. Будем бороться за жизнь каждого нашего моряка. И будем надеяться на лучшее».

22 августа Путин подписал указ о трауре «в связи с трагедией в Баренцевом море». В тот же день он приехал в Мурманскую область и встретился в поселке Видяево с родственниками моряков подлодки «Курск», многие из которых все еще надеялись, что кого-то удастся спасти. Лишь во время этой беседы Путин впервые сообщил, что в лодке была «очень большая пробоина» (но и это было сказано не для публики; встречу на диктофон записали и затем опубликовали журналисты «Коммерсанта»).

Судя по рассекреченной стенограмме разговора с Клинтоном, Путин действительно какое-то время знал, что большинство моряков погибли, но не хотел раскрывать эту информацию. «Мы не могли рассказать родственникам, но в корпусе была дыра размером около двух метров», — заявил Путин Клинтону, очевидно, имея в виду дни, предшествовавшие встрече в Видяево.

26 августа Путин посмертно наградил моряков «Курска» государственными наградами и распорядился увековечить память экипажа.

2 сентября 2000 года в эфире телеканала ОРТ (сейчас — Первый) вышел последний выпуск программы Сергея Доренко. Он был целиком посвящен гибели «Курска»: Доренко резко раскритиковал действия Путина во время спасательной операции. После этого журналиста отстранили от эфира и уволили.

5 сентября, за день до встречи Путина и Клинтона, олигарх Борис Березовский опубликовал обращение к президенту России, в котором рассказал, что от него потребовали продать акции ОРТ (49%): «На прошлой неделе высокий чин Вашей администрации предъявил мне ультиматум: передать в течение двух недель в управление государству контролируемый мной пакет акций ОРТ или отправиться вслед за Гусинским — по всей видимости, речь шла о Бутырской тюрьме. Причина такого предложения — Ваше недовольство тем, как ОРТ освещало события, связанные с аварией подлодки „Курск“. „Президент сам хочет управлять ОРТ“, — заявил мне Ваш представитель».

Березовский заканчивает письмо тем, что передаст свои акции «в управление журналистам и другим представителям творческой интеллигенции». В реальности они оказались под контролем государства.

Денис Дмитриев