Перейти к материалам
истории

«Второго шанса у тебя не будет» Четыре девушки обвиняют главу вологодского драмтеатра в изнасиловании и домогательствах. Он отвечает, что «это хайповая тема»

Meduza
Режиссер и худрук Вологодского драматического театра Зураб Нанобашвили
Режиссер и худрук Вологодского драматического театра Зураб Нанобашвили
Страница Зураба Нанобашвили в фейсбуке 

Живущий в Санкт-Петербурге театральный режиссер Дмитрий Егоров опубликовал в своем фейсбуке пост, посвященный режиссеру Вологодского драматического театра Зурабу Нанобашвили. Егоров рассказал, что Нанобашвили занимался сексуальными домогательствами, в том числе — приставал к несовершеннолетним студенткам из областного колледжа искусств. «Медуза» нашла четырех девушек, о которых говорил Егоров, и попросила Нанобашвили объяснить, что с ними случилось.

Репетиция

В середине апреля 2018 года режиссер и художественный руководитель Вологодского драматического театра Зураб Нанобашвили пообещал 17-летней Наталье (настоящее имя известно «Медузе» и изменено по просьбе девушки) — второкурснице вологодского областного колледжа искусств — дать роль в спектакле «Гроза» по пьесе Александра Островского. 49-летний Нанобашвили работает в театре с 2001 года, а также преподает актерское мастерство в местном колледже искусств. Как Наталья рассказала «Медузе», 24 апреля она попросила режиссера помочь ей разобрать роль. Нанобашвили сказал ей на следующий день прийти к нему на индивидуальную репетицию в малый репетиционный зал драмтеатра в полдевятого вечера.

На репетицию девушка пришла вместе с однокурсницей Ириной (ее настоящее имя также известно «Медузе» и изменено по просьбе девушки). Нанобашвили пригласил в зал обеих. По словам Натальи, режиссер сразу сказал студенткам, что они «слишком зажаты» и им нужно сделать упражнение на расслабление. «Это такое типичное упражнение, мы на занятиях выполняем его в течение пяти минут. Его суть в том, чтобы встать ровно, поставить ноги на ширине плеч и расслабить все мышцы», — объясняет Наталья. Однако, по ее словам, режиссер заставил их «расслабляться» около 50 минут.

«Он говорил нам повторять за ним какие-то странные реплики не из роли, произносить странные звуки, напрягаться и вновь расслабляться, — продолжает Наталья. — Через полчаса тело было уже ватное, осознавать происходящее становилось все сложнее. Тогда он стал открыто трогать нас за грудь, попу, за низ живота».

«Зураб Анзорович на занятиях вел себя как очень деспотичный и жесткий человек. Поэтому даже когда он стал приставать, я обомлела и не могла ему сопротивляться, — добавляет Ирина. — Все тело стало ватным, и я, кажется, даже не ощущала своих ног и рук. Хотелось только зажмуриться и чтобы это все скорее закончилось».

Затем, по словам Натальи, режиссер сказал обеим девушкам стоять смирно и стал «совать язык» им в рот и в уши. «Потом сказал нам трогать через штаны его член. А потом сказал сесть перед ним на колени и прикасаться к его члену через штаны губами. Я была в оцепенении и повиновалась», — рассказывает Наталья. По словам Ирины, после этого Нанобашвили сказал девушкам лечь на два разных дивана в репетиционном зале — так, чтобы они не видели друг друга, — и читать по ролям пьесу. «Пока мы произносили реплики, Зураб Анзорович стал очень глубоко засовывать нам в трусы руку, щупал нас и целовал. При этом говорил не останавливаться и произносить реплики», — рассказывает Наталья. По ее словам, это продолжалось два часа.

Затем, рассказывают студентки, режиссер посадил их на диван и спросил, не тошнит ли их и все ли им понравилось.

Нанобашвили предложил им прийти еще на одну репетицию в субботу, 26 апреля, и на прощание поцеловал обеих. Однако, по словам девушек, ни на репетицию, ни на занятия, которые ведет Нанобашвили, они с тех пор не приходили. Они рассказали обо всем родителям, а после майских праздников обратились с заявлениями на Нанобашвили в местные прокуратуру и Следственный комитет. По словам девушек, следователь сказал им, что проверка будет проводиться до 8 июня, после чего будет принято решение о том, возбуждать уголовное дело или нет. (В управлении СК по Вологодской области комментировать эту информацию отказались.)

Истории девушек вскоре стали известны в колледже, где преподает Нанобашвили. По словам Ирины и Натальи, некоторые однокурсники считают, что девушки просто хотят «пропиариться» и на самом деле сами соблазнили режиссера. По словам студенток, кто-то из однокурсников давал в Следственном комитете показания против них и обвинял их в «аморальном поведении». Но есть студенты, которые верят девушкам и поддерживают их.

«Когда наши родители пришли поговорить о случившемся с директором колледжа Львом Трайниным, он сказал, что спрашивал у Нанобашвили об этом, — рассказывает Наталья. — Тот ответил, что просто „играл“».

До мая занятия по актерскому мастерству у студентов колледжа искусств проходили четыре раза в неделю; два раза их вел Нанобашвили, остальные два — другой преподаватель. После произошедшего Нанобашвили перестал вести занятия у второго курса, сейчас его заменяет другой педагог. На первом курсе режиссер преподает по-прежнему.

Зураб Нанобашвили отказался прямо отвечать на вопрос «Медузы», совершал ли он насильственные действия в отношении своих студенток. Он сказал, что говорить об этом «преждевременно». «Сейчас ведется проверка обращения [поступившего в СК от девушек], надеюсь, выяснится, кто кого и в чем обвиняет. Детали я не могу вам рассказать, это было бы преждевременно, но я надеюсь на объективность Следственного комитета, — сказал Нанобашвили „Медузе“. — А моральную сторону обращавшихся [с заявлениями] еще нужно установить. Понимаю, что это хайповая тема, но у нас не Америка». Нанобашвили добавил: «Кафедру актерского мастерства [в колледже] основал я, и этот конфликт не выглядит так просто, как кажется на первый взгляд». Он отказался объяснять, что имеет в виду.

Кастинг

21-летняя Полина (настоящее имя известно «Медузе» и изменено по просьбе девушки) рассказала «Медузе», что в 2015 году Нанобашвили ее изнасиловал. По словам девушки, тогда ей только исполнилось 18 лет, она училась на втором курсе Вологодского педагогического института, также у нее было хореографическое образование. Летом перед третьим курсом она решила пройти кастинг на временную роль танцовщицы в мюзикле «Пули над Бродвеем», поставленном в драмтеатре.

Она получила роль и тогда же впервые встретилась с Нанобашвили, но не общалась с ним. В конце лета ей пришло письмо из драматического театра с предложением пройти кастинг и стать актрисой театра на постоянной основе.

Полина говорит «Медузе», что ее история отчасти похожа на случившееся с Натальей и Ириной. «Он действовал со мной теми же методами, только еще жестче», — говорит она. По ее словам, она зашла в кабинет к Нанобашвили, он сказал ей выпить чашку чая и немного алкогольной настойки. После этого режиссер приступил к прослушиванию. Нанобашвили сказал девушке читать наизусть подготовленные ей отрывки из художественных произведений, но каждый раз «кривился» и повторял, что «это все не то».

«Он заставлял меня читать одни и те же отрывки на разный манер, с разными интонациями, просил менять тембр голоса, ритм, громкость. Я все выполняла, но ему все не нравилось, и я уже начала сильно нервничать, — рассказывает „Медузе“ Полина. — А после этого он сказал: „Ты, конечно, можешь уйти прямо сейчас, но должна понимать, что второго шанса у тебя не будет“». После этого, по словам девушки, он попросил ее сделать «упражнение на расслабление».

«Упражнение», рассказывает девушка, закончилось тем, что режиссер заставил ее повернуться к нему спиной и изнасиловал. По ее словам, после этого у нее были разрывы в области ануса. Полина говорит, что потом Нанобашвили сказал, что готов дарить ей подарки и «все покупать».

Больше она Нанобашвили не видела. Полина рассказывает «Медузе», что сначала у нее был нервный срыв; она ни с кем не могла говорить о случившемся. Потом она рассказала обо всем матери, и та отвела ее в прокуратуру, где девушка сделала устное заявление о том, что Нанобашвили ее изнасиловал. После этого Полину направили писать заявление в Следственный комитет. Когда она пришла к следователю и снова начала рассказывать о том, что с ней произошло, то поняла, что не сможет давать эти показания еще много раз. «У меня в то время была постоянная истерика. И к тому же я понимала, в какой стране мы живем, — объясняет Полина. — Меня бы протаскали по кабинетам, но в итоге даже не факт, что завели бы уголовное дело». Через некоторое время она переехала в Москву.

«Медуза» пыталась спросить Нанобашвили про обвинения Полины. Он несколько раз перебивал корреспондента, говоря, что не будет это комментировать, чтобы «не навредить себе». Затем он сказал, что у него не было актрисы с таким именем и прослушивание она не проходила. «У меня есть договоры на оказание услуг, и с такой [договора] точно не было», — заявил он. (Нанобашвили также является директором театра, который он возглавляет как худрук.)

Разбор ошибок после спектакля

Актриса Ольга Мацкевич (она разрешила «Медузе» называть ее настоящее имя), которая работала в Вологодском драмтеатре с 2010 по 2012 год, рассказала, что Нанобашвили пытался ее изнасиловать. Это произошло в апреле 2012 года.

Мацкевич, которой тогда было 22 года, переехала в Вологду из Воронежа. Нанобашвили пригласил ее в труппу своего театра. По словам актрисы, в первый сезон худрук не обращал на нее особого внимания, потому что она работала с другим режиссером, Натальей Воробьевой, и играла в поставленном ей спектакле «Последняя любовь Казановы». Затем Мацкевич досталась роль Офелии в «Гамлете». Его ставил Нанобашвили.

«В один из дней Зураб сказал, что я „холодная“, недостаточно эмоциональная актриса и пытался уговорить меня, чтобы я разыграла свою роль вместе с ним — в его кабинете. Я отказывалась и настаивала на том, чтобы репетировать на площадке и именно со своим сценическим партнером», — рассказывает Мацкевич. Затем, говорит актриса, она «совершила ошибку».

«Однажды после репетиции я почувствовала, что у меня действительно есть некоторые вопросы по роли, и попросила режиссера помочь мне с ними разобраться. Он сказал прийти к нему в кабинет вечером», — рассказывает Мацкевич. По ее словам, когда она пришла к нему в кабинет, он быстро довел ее до слез, обвиняя в том, что она плохая актриса. На это Мацкевич ответила, что сейчас же напишет заявление об увольнении, и вышла из кабинета в маленькую приемную, чтобы попить воды.

«В этот момент он на меня налетел. Стал приставать, расстегнул свою ширинку, кричал, тыкал в меня своими гениталиями. Я ужасно испугалась, закрыла лицо руками и вбежала в его кабинет, потому что на тот момент только там хотя бы горел свет. Там он меня поднимал за джинсы так сильно, что они порвались. Я вырвалась, юркнула к нему под стол и схватилась за ножки его стула. У меня уже было чувство, что если он подойдет еще ближе, я попробую ударить его этим стулом», — рассказывает Мацкевич. По ее словам, в этот момент Нанобашвили неожиданно отступил.

Актриса говорит, что режиссер начал угрожать ей, говорить, что никто в городе ей не поверит, потому что она «новенькая актриса», а он «большой человек». Потом, говорит Мацкевич, Нанобашвили резко стал оправдываться. «Он говорил, что я — его формат, что у него жена маленькая, рыженькая, а я так же выгляжу. Что ему нравятся молодые девочки и он давно меня „присмотрел“, — вспоминает актриса. — Зураб сказал, что узнал о моем расставании с молодым человеком, тоже актером нашего театра, и подумал, что мне будет интересна связь с ним». По словам актрисы, Нанобашвили говорил, что не отпустит ее из театра, обещая главные роли в нескольких спектаклях.

Мацкевич на следующий день рассказала другим актерам о том, что с ней произошло в кабинете Нанобашвили. Она написала заявление об уходе, а потом еще несколько, потому что худрук отказывался их подписывать. Уволиться она смогла только через месяц, после этого уехала обратно в Воронеж, где открыла свой детский камерный театр, где сейчас работает актрисой и ставит спектакли.

По словам Мацкевич, она не стала подавать заявление в полицию, потому что решила — фактически изнасилования не было, явных следов от избиения тоже и она ничего не сможет доказать. «Да и действительно, я приезжий человек, а у Зураба большие связи в городе, — добавляет она. — Я струсила и не стала ничего делать».

Нанобашвили сказал «Медузе», что Мацкевич действительно работала актрисой, но «она была замужем, и я не мог ее изнасиловать. После этого [переезда] мы поддерживали с ней отношения в социальных сетях, она ставила мне лайки, — говорит он. — Даже не знаю, почему Оля теперь так говорит про меня. Наверное, у нее в жизни что-то не сложилось».

«Мне кажется, это уже глупости какие-то, — подытожил Нанобашвили. — Это [говорят] какие-то заинтересованные лица, которые хотят сделать скандал. Пожалуйста, не обращайте внимания на эту ерунду. Да и потом, кто кому мешал три года назад обратиться в прокуратуру или охранные организации? Почему же ты терпел, если ты честный и порядочный человек? Почему ты не зарегистрировал факт изнасилования? Понятно, что это уже травля».

Нанобашвили сказал, что ему «смешны» обвинения в изнасиловании и домогательствах. «Если б вы меня видели, вы бы сразу поняли, что я не могу изнасиловать, — сказал он. — Я не чувствую за собой вину, знаю, что и это пройдет. Конечно, это будет болезненно для меня. Но ваша задача информировать, а моя — преодолеть. Я сейчас перед могилой своей матери — не буду же я врать вам, стоя здесь».

Ирина Кравцова