истории

«Эта ниточка — это привет от Мейерхольда» Что говорят о задержании Кирилла Серебренникова. Реакции

Meduza
10:09, 22 августа 2017

Владимир Вяткин / Sputnik / Scanpix / LETA

Ночью 22 августа Следственный комитет задержал Кирилла Серебренникова по делу о мошенничестве — по версии следствия, режиссер в 2011–2014 годах организовал хищение «не менее 68 миллионов рублей», выделенных на театральный проект «Платформа». Серебренникова задержали в Санкт-Петербурге — там проходят съемки его фильма «Лето» о Викторе Цое; режиссера отвезли в Москву. «Медуза» следит за тем, как актеры, журналисты и политики комментируют новость о задержании Серебренникова.

Лия Ахеджакова

актриса

Ужасное известие. Эта ниточка — это привет от Мейерхольда. Не понимаю, что же будет дальше? Наверное, поползем на коленях к царю-батюшке. После обыска у него [Cеребренникова] же отобрали зарубежный паспорт, они же такие хитрые, каких свет не видел, у них опыт колоссальный: вспомните Мейерхольда или Мандельштама, даже Есенин — в пытках умер.

Алексей Кудрин

председатель «Комитета гражданских инициатив»

Арест режиссера — явно избыточная мера до суда, особенно после слов президента о чрезмерности арестов предпринимателей.

Павел Бардин

режиссер, сценарист, продюсер

Задержан Серебренников — очередная победа культуры насилия над культурой.

Павел Лунгин

режиссер

Мне кажется, мы еще раз видим, что наши правоохранительные органы не дают заднего хода, не могут проявить гибкость. Им надо доказать, что они были правы, им надо обязательно посадить, арестовать. 

И конечно, нет никакой необходимости в аресте. Кирилл никуда не уезжает, он работает. Он тут, он ходит на все допросы, пишет объяснения. Мне кажется, что это излишняя жестокость, какая-то мстительная жестокость. 

Собственно говоря, когда я уже услышал, что бухгалтер дала показания, как будто бы параграф был в статье Уголовного кодекса, что «организовал группу Серебренников в составе меня и кого-то еще». Так же никто не говорит — так диктуют. В этот момент я испугался и подумал, что дело может обернуться плохо. Но будем все-таки надеяться на лучшее. И я надеюсь, что все деятели искусства и, вообще, люди, которые понимают, что нет нужды держать режиссера в тюрьме, что он не убегает, что это не опасный уголовник, преступник, контрабандист. Я надеюсь, что мы все поддержим Кирилла.

Владимир Бортко

режиссер, депутат Госдумы

Если инкриминируемые ему действия касаются его творчества, то я буду стоять горой за освобождение Серебренникова. Если речь идет о финансовых нарушениях, то я не вправе ничего комментировать до тех пор, пока мне не расскажут, что, куда, зачем и почему.

Ксения Ларина

журналист

159, 4 — это та же статья, по которой задержаны все фигуранты дела Седьмой студии. Они сделали это. Кирилл задержан.

Пришли, как полагается по всем советским традициям, ночью, в гостиницу. В Петербурге. Тем временем адвокат КС вообще во Владимире. То есть все это время — с момента задержания и до предъявления обвинения — КС находился без адвоката.

Роман Супер

журналист

Пару недель назад разговаривали с Серебренниковым про возможность эмиграции. Кирилл, несмотря на все происходящее с ним сейчас, исключал этот вариант, не представлял его для себя, не считал правильным, достойным, нужным, хотя работы и признания вне России у него уж точно не меньше, чем в ее пределах.

Он вообще всегда твердил и твердит о том, что он русский режиссер и зона его театрального и жизненного комфорта — российский дискомфорт, который он использует как горючее.

То, что сегодня происходит с ним, это, простите за пафос, не только преступление против человека, который о деньгах думал в самую последнюю очередь — я могу об этом говорить ответственно и четко, за годы дружбы мы откровенничали с ним обо всем. Но это преступление против современной русской культуры. В чистом виде.

Лев Шлосберг

политик, правозащитник

Пишут, что администрация президента сбилась с ног в поисках «образа будущего России» для президентских выборов Путина. Ищут пожарные, ищет милиция. Ни мозги не помогают, ни деньги. Так вот же он, этот образ: ночью на съемочной площадке в Петербурге задерживают всемирно известного режиссера по показаниям, выбитым угрозами пыток.

Кирилл, все друзья с тобой.

Ольга Романова

журналистка, исполнительный директор движения «Русь сидящая»

Задержание Кирилла Серебренникова было абсолютно неизбежным. И я сейчас вовсе не про фактуру дела. Публичное апеллирование к президенту и публичное же «дураки» безнаказанным не могло остаться. Путин у нас коллективный, и СК сделало все, чтобы доказать: они не дураки. 

На мой взгляд, вторая ошибка тоже смысловая, в смысле выбора «башни» для защиты. Можно было бы взять очень хороших адвокатов (адвокатскую контору), так или иначе связанных с центрами силы «коллективного Путина». Их не очень много, они все наперечет, все, как на ладони. Самое последнее дело — обратиться в контору, которая тесно связана с Генпрокуратурой. Они, конечно, могут решать вопросы. Но не такие. Не здесь и не сейчас.

И третья ошибка — неоказание немедленной помощи бухгалтеру Нине Масляевой. 

А вообще финал был понятен в день, когда у Кирилла Серебренникова изъяли загранпаспорт. Я думала, что до выборов ситуация будет подвешенной — мастерам культуры дадут выразить свое искреннее, пламенное и бесплатное мнение по этому вопросу, а уж потом взвесят степень пламенности и искренности. Наши адвокаты говорили — нет, до нового года все решится, причем негативно. И только опытный экс-следователь и экс-прокурор, ныне орел «Руси сидящей», хмыкал и уверенно припечатывал: все закончится еще летом. 

Причем дела не видел никто из нас. 

Никита Кукушкин

актер «Гоголь-центра»

Друзья!

Там реально работают глупые и несчастные люди. В основном люди неталантливые или люди, свой талант затерявшие. Они слабенькие. За ними нет правды. Таким надо помогать. Значит, переживать есть смысл им. Они, как пчелки с жалом в попку. А нам — хватит горевать! Перевернуть игру.

Николай Картозия

генеральный директор телеканала «Пятница»

Можете считать меня наивным дурачком, но я не верю, что мой друг Кирилл Серебренников — мошенник. Я запрещаю себя даже думать так. И вас, если вы мои друзья и друзья Кирилла, прошу — не стройте допущений. Ведь все, что нам пока сообщили, не доказано-полудоказано. Где факты? Кирилл — потрясающий человек и огромная талантливая душа. Что бы там ни было в развязке… Дядя Кирилл, я твой друг и не отрекусь. 

Большая чистка френдленты сегодня, видимо, будет. Ну и к лучшему. Люди любят «предположить», это часть человеческого в нас. Но есть допущения, которые чернят душу и превращают тебя в токсичную *****. Вот такого у меня в ленте не будет.

Владимир Урин

директор Большого театра

Решение о задержании может принять только суд по ходатайству Следственного комитета. Суда еще не было — и такого решения пока нет. И я надеюсь, что его не будет, даже если у следственных органов есть какие-то претензии к Кириллу Семеновичу.

Это человек очень одаренный и очень талантливый. Большой театр относится к нему как к большому художнику.

Михаил Идов

сценарист, журналист; Михаил и Лили Идовы — авторы сценария фильма «Лето»

Я могу сказать только, что и я, и Лили в глубочайшем шоке. Мы были на съемках позавчера, Кирилл был в превосходном настроении, работа шла полным ходом. Те кадры из фильма, что я видел, выглядели фантастически — мы поверить не могли нашему везению, что имеем к этому проекту отношение. Фильм снят уже на три четверти, и я уверен, будет завершен.

Стас Тыркин

кинокритик, куратор программы «Гоголь кино»

Я не верю, что Кирилл виноват. Он был и остается моим другом, что бы ему не инкриминировали. Глупо, конечно, обсуждать: почему не подождали, пока он закончит съемки фильма о Цое. Этим людям абсолютно все равно, что он снимал или ставил в этот момент, они показывают, что им это абсолютно неважно. 

Кирилл работал не покладая рук: сразу после съемок в Питере, он должен был заканчивать спектакль «Маленькие трагедии», потом заканчивать в Штутгарте оперу, для которой снимал материал в Африке. Простое перечисление всего того, что он делал, снимает вопросы о его «незаконной деятельности». 

В последние недели мы с ним изредка переписывались: я был в Швейцарии на фестивале, он — снимал в Питере. Я писал ему, как это все круто выглядит на фото. 

Я уверен, что он не думал ни о каком аресте, не обращал внимания на слухи и новости, а просто продолжал работать как заведенный, потому что за месяц ему нужно было снять историческое кино в самом сложном жанре — о недавнем прошлом, которое все помнят. В том, что он столько работает — не собираюсь применять здесь прошедшее время, — в этом его счастье и его спасение, как и для нас всех. Он и не уехал именно потому, что он неустанно работает. Он прибил кроссовки к полу, как Вика Исакова в «(М)ученике», и сказал, что никуда отсюда не уедет. Это означает, что он ни в чем не виноват и ему нечего бояться. Это его главное заявление всем органам.

Антон Севидов

музыкант

Вот часто слышу — да нет, не посмеют! Не станут! Не будут! Ну, весь мир же увидит! Ну, стыдно же! Не, не посмеют!

И каждый раз, когда это «не будут» превращается в «будут» и «еще как будут», становится как-то невыносимо тоскливо и грустно. Я очень люблю свою страну и люблю я ее не за «Искандеры» и «Т-90» на Красной площади, а за отдельно взятых людей.

Держитесь КС!

Андрей Лошак

журналист

Фигура Кирилла — идеальная для показательного процесса над либералами. Наверное, нет других таких авторитетов, вокруг которых единодушно консолидировалась бы городская фронда. Его арест безусловно знаковый. Так смачно и с оттяжкой нам еще в лицо не харкали. Теперь будут размазывать долго и с удовольствием. Ну, минимум 6 с половиной лет.

<…>

Антон Долин

кинокритик, главный редактор журнала «Искусство кино»

Что тут сказать? Только выразить свой ужас. Любой человек, который следил за репортажами из зала суда, где фигуранты по делу «Седьмой студии», фестиваля «Территория» и проекта «Платформа» давали показания, где озвучивались какие-то обвинения в их адрес, мог сделать простой вывод: доказательства неубедительные, недостаточные, и дело выглядит абсолютно сфабрикованным.

<…>

Речь идет, конечно, о репрессивных мерах, о запугивании, о совершенно беспрецедентной и непонятно чем оправданной жесткости. Кинорежиссер, человек, ни разу в жизни не совершивший ничего, угрожавшего общественному спокойствию, посреди своей режиссерской работы арестован и в наручниках, до решения суда, до процесса, утащен в другой город, где его теперь будут содержать под стражей. Очевидно, что никаких логических оправданий, объяснений этому нет. Если нет логических, приходится искать другие объяснения.

Мое воображение говорит о том, что не случайно арестован — и таким жестоким образом — именно тот человек, который был крайне независим, который отказывался от самого распространенного в России вида цензуры — самоцензуры — и в «Гоголь-центре», и в кино, и в Большом театре. И каким-то образом еще, незаметно для себя или заметно, наступил на мозоль какого-то влиятельного лица. Это тот единственный правдоподобный вариант, который приходит в голову лично мне.

Михаил Фихтенгольц

музыковед, продюсер, критик

Ну вот и в русском языке слова закончились. Мы, моя страна, догнали и перегнали Данте по количеству кругов ада.

Кирилл, мужества, терпения и здоровья. И это тоже когда-нибудь пройдет.

Григорий Чхартишвили (Борис Акунин)

писатель

По поводу ночного ареста Кирилла Серебренникова. Международно резонансные аресты людей такого уровня у нас происходят только с санкции, а то и с прямого приказа Главного Начальника. Не иначе. 

Поэтому давайте называть вещи своими именами. Режиссера Мейерхольда арестовало не НКВД, а Сталин. Режиссера Серебренникова арестовал не Следственный комитет, его арестовал Путин. И хорошо еще, если с PR-целью затем явить высочайшую милость и выпустить всемирно известного режиссера под домашний арест или подписку. Потому что если нет — значит, Россия перешла на новую стадию существования, где будут действовать новые правила.

Александр Журавский

заместитель министра культуры РФ

Печальная ситуация.

Роман Волобуев

режиссер, сценарист, критик

Счастлив буду ошибиться, но Серебренникова и всех, кто с ним сейчас, обязательно посадят. Или по крайней мере будут держать в предвариловке до суда и вообще выпьют крови по максимуму, сколько получится.

Потому что террор — это не злодейство ради злодейства, и не способ расфигачить конкретную судьбу. Это способ управления обществом, с помощью превентивного устрашения. Адресат акта террора — не тот, кого посадили/взорвали/задавили машиной, а все остальные.

И жертва должна быть именно такая — симпатичная, не яростно оппозиционная, чуть-чуть, может, шагающая не в ногу (что там у К.С. — антиклерикализм легкий, желтые очки, артисты голые иногда), но в целом абсолютно политически безобидная. Так страшнее, такое проще примерить на себя, уровень эмпатии и личного страха — в сто раз выше, чем когда сажают кого-то, кто зовет на баррикады или там ОМОНовцу на ногу наступил.

Один из самых рациональных поступков режима в этом году, если что.

Свободу Кирилл Семеновичу.

Александр Баунов

журналист

И еще. Представители российской власти в отношении Кирилла Серебренникова не едины: есть противники, есть сторонники, есть безразличные. Хотя преследователи всячески пытаются создать у далеких от культуры людей представление, что это не искусство, а какое-то самодеятельное политическое подполье; в том числе в самых высоких государственных и деловых кругах знают, что это не так, любят его работы, там у него много поклонников и заинтересованных зрителей. Хотя бы среди тех, кто понимает, что культура — одна из немногих областей, где Россия может конкурировать с самыми развитыми странами мира благодаря тому, что у нас есть такие люди, как режиссер Серебренников. Хочется верить, что они помогут и не будут его ни на что и ни на кого разменивать.

Киносоюз

Киносоюз России выражает решительный протест против задержания нашего коллеги Кирилла Серебренникова. 

Эти действия наносят удар по культуре как основе общественных отношений в государстве. Этими действиями, совершенными с особой демонстративностью, отменяется хрупкий баланс общественного договора интеллигенции и власти. Эти действия подрывают нашу веру в возможность диалога. 

Мы требуем от власти если не мудрости, то хотя бы здравого смысла. 

Михаил Федотов

председатель Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека

Я весьма озадачен догнавшим меня на Сахалине сообщением о задержании режиссера Кирилла Серебренникова. Надеюсь, нашим следственным органам хватит мудрости не доводить дело до взятия режиссера под стражу. Ничего, кроме скандала, это не вызовет.

Елена Гремина

драматург, сценарист, сценарист

<…>

Плевки в лицо деятелей театра, один за другим. На месте Кирилла может быть любой из вас. Думаете, пронесет? Если вы будете очень хорошими? Не пронесет.

Надо протестовать, громко, солидарно, мощно. Всем.

Андрей Мовчан

экономист

Из далека, потому кратко. Казус Серебрянникова — это не первое и не тысячное уже наглядное свидетельство того, что российское государство создало условия, при которых, с одной стороны, с ним не возможно взаимодействовать, не нарушая закон, а с другой стороны, почти никто из нарушающих закон при полной поддержке и подстрекательстве государства, не защищен от ответственности за такое нарушение.

Точнее — защищены полтора десятка самых крупных феодалов; еще около полусотни рискуют в крайнем случае нервотрепкой и переводом на другую работу; еще пара сотен (от министров, до любовниц крупных феодалов) могут даже попасть под домашний арест в крайнем случае, но не надолго; остальные — пушечное мясо нашей коррупционной войны, будь то предприниматель, создавший тысячи рабочих мест, губернатор, еще вчера целовавший руки государю, ученый, которого ценят во всем мире, великий художник, артист или композитор, или — просто Вася, попавшийся под руку, «для плана».

Эффективная на 100% защита от этого — эмиграция. Эффективная (относительно) пока защита — не иметь никаких (без исключения) дел с государством и не дай бог не брать у него никаких денег. <…>

Томас Кох

директор по коммуникации Штутгартского оперного театра (Серебренников в сентябре должен там ставить оперу Хумпердинка «Гензель и Гретель» — прим. «Медузы»)

Со скепсисом и озабоченностью мы следим за задержанием Кирилла Серебренникова. Ему инкриминируется организация хищения государственных средств. Как можно одновременно похитить деньги и использовать их для реализации культурной программы, на которую эти средства и были выделены? Потому что-то, что Серебренников реализовал в рамках «Платформы» и «Седьмой студии» культурную программу на высочайшем уровне и с величайшим успехом, это не подлежит сомнению.

Партия «Яблоко»

<…>

Партия «Яблоко» расценивает арест Серебренникова как акт устрашения творческого сообщества.

Виновность режиссера вызывает большие сомнения — обвинения в растратах стали обычным инструментом политической расправы и сведения счетов с оппонентами в сегодняшней России.

Мы убеждены, что Серебренникова преследуют за искусство, которое идет вразрез с мракобесной государственной политикой, все силы которой министр культуры Владимир Мединский направляет на создание исторических мифов и дешевой пропаганды. Серебренников стал примером независимости духа, свободы и бескомпромиссности в творчестве, потому и был выбран жертвой нового показательного процесса.

Преследование сотрудников театра вызывает особое возмущение в дни годовщины Большого террора, который 80 лет назад унес жизни великих художников, режиссеров, поэтов, людей, которые свободно мыслили и не могли идти в ногу со страшным временем. Вся сущность сегодняшней власти в том, что она снова идет по этому опасному пути.

Мы требуем немедленно прекратить преследование Серебренникова, его коллег и закрыть сфабрикованное уголовное дело против Седьмой студии.

«Яблоко» всегда будет той силой в политике, которая твердо защищает свободу творчества от произвола и гонений.

Анна Старобинец

писатель, журналист

Ночь ареста Кирилла Серебренникова — это точка, в которой сходятся два историко-социальных, скажем так, мема тридцатых годов. Первый — родом из Германии: «Не может быть, что они действительно нас будут уничтожать». Второй — из СССР: «Значит, есть за что. У нас просто так не содют».

Правильную реакцию на первый давно сформулировали узники нацистских концлагерей: «Если вам кажется, что вас скоро начнут уничтожать — значит, так и есть». Второй мем до сих пор не переосмыслен, адекватный ответ на него не выработан. Как и 80 лет назад, эффективен только личный опыт: переосмысление наступает, когда черный воронок приезжает не за соседом, а за тобой. К сожалению, ты не успеваешь транслировать это новое знание остальным соседям. И так — пока не опустеет весь подъезд.

Гарри Бардин

мультипликатор

Нам нужно объединяться и выступать как-то, заявлять о себе, заявлять об этом откровенном деспотизме, который происходит на наших глазах. Если мы промолчим, грош нам цена. Все сошлось — [Кирилл Серебренников] и талантлив, и свободен, и надо его для острастки другим засадить, вот логика власти. Но то, что мы не должны пропускать этот удар, я в этом абсолютно уверен.

Евгений Гришковец

драматург, писатель

Нельзя сказать, что новость о задержании Кирилла Серебренникова была громом среди ясного неба, к этому долго шло. Все-таки уже арестованы коллеги Кирилла. Это ужасно и непонятно, раньше фигурировали одни цифры, теперь появились другие — какие-то бесконечные миллионы. 

Переживаю ли я по поводу Кирилла больше, чем по поводу других людей? Нет, не больше. Когда задержали и этапировали из Владивостока в Москву ректора Дальневосточного университета, я также переживал. Когда Бориса Вайнзихера задержали, я тоже переживал и писал об этом. И сейчас переживаю по той же причине — я не верю в преступную деятельность Кирилла Серебренникова.

Жулики и воры — это профессия, этим надо долго заниматься. Серебренников занимается постановкой спектаклей, ему просто некогда было жульничать. Я также не готов обвинять наши следственные органы в каких-то подтасовках. Это просто ужасная ситуация, в которой нельзя так топорно и жестоко себя вести. 

Кирилл Серебренников — у нас что борец с официальным искусством? Нет. Он фактически государственный служащий, возглавляет госучреждение «Гоголь-центр», делает, что хочет. Никогда не был оппозиционером. В чем посыл их действий? Не могу понять этого месседжа, если это месседж, то кому он? В чем он заключается?

Владимир Яковлев

медиаменеджер

Все без исключения российские авторитарные режимы кончали жизнь самоубийством. И все одним и тем же способом — экономический коллапc как следствие международной конфронтации.

Царский режим — первая мировая война, экономический коллапс. Сталинский режим — вторая мировая война, экономический коллапс. Брежневский режим — холодная война, экономический коллапс.

Режиму всегда было не по пути с умными, способными людьми, а те, кто в конце концов оставался работать с режимом, были неспособны управлять страной и неизбежно приводили страну к краху.

Сегодня меня спрашивают: есть ли хоть какие-то идеи, как помочь Кириллу Серебренникову? Я очень, очень хочу помочь Кириллу. Я готов поддержать любую разумную идею. У меня самого нет идей, что можно сделать. Ночной арест, доставка под конвоем в столицу — все это кромешный ужас. Но реальность в том, что этот ужас — прямая экстраполяция, прямое проявление сегодняшней ситуации в России. Смилостивится царь — помилуют. Нет — казнят.

Это правда. Это реальность. С ней жить. Пока.

Мне кажется, очень важно не создавать себе иллюзий. С этими людьми нельзя работать. С этими людьми нельзя договариваться. Этим людям нельзя доверять и нельзя рассчитывать на их понимание.

С ними можно только не иметь ничего общего.

Жора Крыжовников

режиссер

Не могу сформулировать точно после ночной смены, но в нашей стране возможно все. Буквально. В наше лицемерное время все теперь прикрывается экономическими преступлениями. Лицемеры и воры придут и обвинят тебя в своих преступлениях и с каменными лицами будут продолжать наслаждаться этой адской «вертикалью», к которой пока принадлежат. Потом и сами окажутся в бородавчатой яме, которую рыли своими грязными руками. Потому что придут такие же, как они, и столкнут туда своих учителей. Но гибель сотни из тысячи крыс не искупает то, что страдает в широком смысле Культура.

Мейерхольд, Мандельштам, Бродский — каждый раз новый повод, а суть все та же. Бездарности, казенные рыла, дубинноголовые атакуют все талантливое. И молотят пока хватает сил, а им в спину уже дышит новый «борец за нравственность». Такое ***** русское колесо сансары. Хочешь в России быть поэтом, композитором, режиссером — клади голову и крысы покатят по тебе свое ржавое колесо.

Людмила Улицкая

писатель

Много лет тому назад один старый еврей, родившийся в Литве, получивший образование в Швейцарии, закончивший жизнь в Советском Союзе, сказал: «Для жизни в этой стране нужно только две вещи — мужество и терпение». Терпения оказалось более чем достаточно. Но и мужества тоже не мало. Кириллу желаю мужества в предстоящем испытании. И всем нам, потому что происходящая история касается всех.

Станислав Кучер

журналист, телеведущий

Все, кто понимает, что вся история с преследованием Кирилла Серебренникова не про деньги, уже не столько возмущены, сколько потеряны и подавлены. Нет ничего противнее ощущения бессилия, помноженного на понимание собственной уязвимости. Уверен, именно эти чувства испытывают сейчас все, кто сочувствует Кириллу — от простых зрителей до коллег-творцов, высокопосаженных чиновников и «олигархов», которые ходили на его спектакли, высказывались сами или хотя бы ставили лайки постам в его поддержку. Все, кто публично или наедине с собой в очередной раз мучаются вопросом «Что делать?»

Один мудрый старик, у которого я недавно брал интервью, напомнил, что мир принадлежит не политикам, а семи миллиардам человек, что страны принадлежат не лидерам, а народам. И что ситуация в мире изменится только тогда, когда люди перестанут относиться к таким словам как к пустой банальности.

Сначала я вообще ничего не хотел тут писать — потому что уже столько раз все это было за 17 лет. Весь этот трагикомический повтор старой правды про то, кто и почему молчал, когда приходили за другими. Бизнес молчал, когда сажали Ходорковского, журналисты молчали, когда разгоняли НТВ, политики — тут вообще список бесконечен. 

Все сначала молчали, потом ложились, потом одни прямо из положения лежа садились, а другие снова молчали и снова ложились в надежде, что их сия чаша минует. Не минует. Уже не миновала. Потому что вот этот страх, беспомощность и ощущение противного проигрыша, который мы (ок, не все, но очень многие) испытываем сейчас — это тоже расплата за то самое молчание и вот эти постоянные самооправдания в духе «Ну все же сложнее, чем кажется… Не, ну он же тоже не ангел… Не, ну тут вообще про другое». 

Все про одно и то же. Про тех, кто живет и тех, кто существует. Про личный выбор каждого. 

<…>

Авдотья Смирнова

режиссер

В кино, например, это устроено вот как. Если ты получаешь госфинансирование, то деньги этого самого госфинансирования ты должен разместить на счете, открытом в казначействе. Разместил? Отлично. А вот, чтобы снять со счета казначейства, ты должен предоставить казначейству документы об уже состоявшихся работах. То есть, доски для декораций и ткани для костюмов тебе должны отпустить бесплатно, в счет будущего. Вот дали тебе доски, завалили тебя тканями, потом декораторы-энтузиасты построили декорации, а швеи-альтруистки сшили костюмы, отчитались о проделанной работе, приложили все отчеты, и вот теперь ты, напевая песенку и подпрыгивая, побежал в казначейство, осыпал его этими отчетами, и оно, милое, разрешило тебе взять денег, чтобы отблагодарить всех этих бескорыстных людей. Вот так будет по закону.

Анна Меликян

режиссер

<…>

Сегодня утром произошло чудовищное событие — арестовали одного из нас, и не просто одного из нас, а одного из лучших из нас, режиссера Кирилла Серебренникова. <.> Мы с вами видели, конечно, многое, читали о разном, но такого, мне кажется, мы еще не видели — чтобы режиссера забирали со съемочной площадки фильма, который он снимает. Это, конечно, какой-то уже предел.

И, наверное, символично то, что фильм, который он снимает — это фильм о Викторе Цое, который в свое время, в общем, тоже мало кому нравился. Но, вы знаете что? Вот эти люди, кому он не нравился — кто они, где они? Большинства уже и нет, и мы не помним их имен. Но Цоя мы все знаем, помним, и сегодня он как никогда актуален. <…>

Я верю, что эта чудовищная травля закончится, и Кирилл вернется туда, где ему место, на съемочную площадку. И мы с вами обязательно увидим фильм про Виктора Цоя, и увидим балет про Нуреева, и увидим еще много прекрасных работ этого талантливого человека. <…>