Перейти к материалам
истории

«Странно, что меня к расстрелу не приговорили!» Третий приговор по «делу 26 марта»: Зимовцу дали два с половиной года колонии. Репортаж «Медузы»

Источник: Meduza
Андрей Никеричев / агентство городских новостей «Москва»

20 июля судья Тверского суда Москвы Елена Ермакова приговорила к двум годам и шести месяцам колонии Станислава Зимовца. Он признан виновным в том, что на прошедшей в столице антикоррупционной акции 26 марта бросил кирпич в сотрудника ОМОНа. Суд признал эти действия насилием в отношении представителя власти — часть 1 статьи 318 УК РФ. Это был первый суд в рамках «дела 26 марта», когда подсудимый отказался от признания вины и рассмотрения его дела в особом порядке. Другие участники дела, признавшие вину, приговорены к меньшим срокам. «Медуза» побывала на вынесении приговора Зимовцу.

Последнее заседание по делу Станислава Зимовца началось нервно. Слушатели — журналисты и активисты, поддерживающие подсудимого, — сразу стали ссориться с судебными приставами из-за нехватки мест.

— Какие злые сегодня пришли, — мрачно сказал один из приставов в черной служебной форме.

— Цвет формы у вас подходящий, — сказал Зимовец.

— Стас, прекрати, — попросила его адвокат Светлана Сидоркина.

Двоих слушателей удалили из зала, их заподозрили в ранее запрещенной судом видеосъемке.

Оглашение приговора заняло не больше получаса. Судья Елена Ермакова зачитала обстоятельства преступления: «26 марта Зимовец прибыл на Пушкинскую площадь, где принял участие в несанкционированной акции протеста в форме митинга. А потом решил воспрепятствовать в осуществлении профессиональной деятельности и применить насилие в отношении бойца Росгвардии Вадима Котенева, бросив в него кирпич».

Суд установил, что кирпич попал в спину Котенева, «отчего он почувствовал боль».

Вина Зимовца, согласно приговору, подтверждается показаниями потерпевшего и нескольких свидетелей. Среди них — полицейский по фамилии Климов, снимавший на видеокамеру акцию 26 марта. По его словам, Зимовец с расстояния трех метров бросил «кирпич красного цвета» в сотрудника ОМОНа, после чего снял куртку, вынул из рюкзака травматический пистолет (разрешение на ношение оружия у него было при себе), вставил его в кобуру на поясе и попытался скрыться в толпе. Именно Климов сообщил о действиях Зимовца своим коллегам, после чего его и задержали. Судья также отметила, что Зимовец извинился перед Котеневым в ходе очной ставки, а также признал вину и раскаялся в содеянном во время следствия.

Ермакова зачитала и версию событий, которую рассказал в суде подсудимый. На процессе Зимовец отказался признавать себя виновным. Он рассказал, что 26 марта приехал к памятнику Пушкину, чтобы встретиться с друзьями. Примерно час он смотрел, как омоновцы задерживают граждан, и, негодуя, решил бросить кирпич, целясь в пустое место и не собираясь никому навредить. Куртку он снял, потому что ему стало жарко.

Судья Ермакова «критически» отнеслась к показаниям Зимовца в суде и учла только то, что он говорил в ходе предварительного следствия. В то время интересы Зимовца представляла адвокат по назначению, которая и предложила ему признать вину. Впоследствии он от ее услуг отказался.

Судья не приняла доводы нового адвоката Зимовца Светланы Сидоркиной об отсутствии умысла в действиях подсудимого. В приговоре было сказано, что «все обстоятельства преступления нашли свое подтверждение». «Вина установлена и доказана», — сказала она и приговорила Зимовца к двум годам и шести месяцам. Это с учетом смягчающих обстоятельств: Зимовец ранее не был судим, у него на иждивении престарелая мать, кроме того, он ветеран боевых действий в Чечне. «Странно, что меня к расстрелу не приговорили!» — отреагировал на слова судьи Зимовец. После его громко сказанных слов в зале начала лаять собака.

«Друзья, ничего не бойтесь, мне нужно пройти через это. Я сделал личный вклад в развитие гражданского общества, — с заметно покрасневшими глазами обращался к журналистам Зимовец. — Будущее за нами — не за ними».

Адвокат Светлана Сидоркина сказала журналистам, что будет обжаловать приговор в Мосгорсуде. «Размер наказания, который ему назначили, — это отражение того, что он отказался от рассмотрения дела в особом порядке», — констатировала Сидоркина.

Другие фигуранты «дела 26 марта» Юрий Кулий и Александр Шпаков получили по схожим обвинениям восемь месяцев и полтора года соответственно. «Станислав был готов к тому, что получит больший срок, чем другие ребята», — добавила Сидоркина.

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Саша Сулим

Реклама